Цитаты из книги Бесы

Коли люди врут, почему картам не врать?

Вместо того чтобы представить факт в приличном свете, чем-нибудь римско-гражданским или вроде того, он только выставил грубый страх и угрозу собственной шкуре, что было уже просто невежливо. Конечно, во всем борьба за существование, и другого принципа нет, это всем известно, но ведь все-таки...

Как и каждый страдальчески мнительный человек, Андрей Антонович всяческий раз бывал чрезвычайно и радостно доверчив в первую минуту выхода из неизвестности.

Женщина всегда женщина, будь она монахиня.

Подкупленные, господа, все те, которые трусят в минуту опасности. Из страха всегда найдется дурак, который в последнюю минуту побежит и закричит: «Ай, простите меня, а я всех продам!»

Нельзя же всю жизнь прожить на верхах своей фантазии.

... что праздно лежит и само на нас рот пялит, того стыдно не взять рукой.

Кто победит боль и страх, тот сам Бог будет.

Стала наклёвываться в легкомысленной и плутоватой голове его опять всегдашняя успокоительная мысль, что с ним хитрят и ему лгут, а коли так, то не ему бояться, а его боятся.

Вы и счастье, являетесь одновременно!

Согрешив, каждый человек уже против всех согрешил и каждый человек хоть чем-нибудь в чужом грехе виноват. Греха единичного нет

Вы не поверите, они измучили меня со всех сторон, все, все, и враги, и людишки, и друзья; друзья, может быть, больше врагов.

Настоящая правда всегда неправдоподобна.

"Она его выдумала и в свою выдумку сама же первая и уверовала. Он был нечто вроде какой-то её мечты...Но она требовала от него за это действительно многого..."

Не желаю вам много счастия - наскучит.

(Степан Трофимович Верховенский)

– Лиза! Что же такое было вчера? – Было то, что было. – Это невозможно! Это жестоко! – Так что ж что жестоко, и снесите, коли жестоко.

Петру Степановичу, я вам скажу, сударь, оченно легко жить на свете, потому что он человека сам представит себе да с таким и живет. (Федька Каторжный)