Ожерелье планет Эйкумены. Том 1

Какое великолепие сочетания космической фантастики и фэнтези. И хотя автор в предисловии прошлась с иронией и критикой в отношении себя самой, имея ввиду недопустимость смешения столь разнородных жанров в одном произведении, однако при чтении никаких таких сомнений и тем паче отторжений не было и нет. Ну и что, что «смешались в кучу кони, люди»! Ну и что , что на одном игровом поле действуют разумные человекообразные расы примерно бронзового века технологического развития и сверхсветовые корабли! Ну и что, что на планете насчитывается одновременно и параллельно живущих пять разумных рас (хотя — как они не помешали друг другу развиться до разумного состояния — известно только одному богу этой планетки, обращающейся вокруг могучего Фомальгаута). Ну и что, что в качестве пегасов тут выступают животные сродни крупным кошкам с крыльями. Ну и что, что считаются вступившими в Лигу миров любые разумные расы вне зависимости от их желания — открыл Роканнон на планете новую разумную расу и тут же подумал, что вот ещё один член Лиги.

Всё это и многое другое нисколько не мешает вовсю наслаждаться чтением текста книги, удивляться авторским придумкам и романтическим ходам, любоваться красотами этого странного мира — странного и животно-растительными формами, и разумными расами (некоторые из которых так напоминают наших земных гоблинов и троллей, эльфов и прочих представителей малого народца).

Значительную часть объёма романа составляет некий квест, совершаемый главным героем Роканноном в сопровождении своих местных друзей. Квест изрядно приключенческий и отчасти героический, не без доли мистического и вместе с тем вполне реалистический.

В этой книге основная её идея не так ярко выражена, как в предыдущей повести цикла — наверное всё-таки речь идёт о личном героизме и о некоей жертвенности Роканнона во благо народов не только Лиги миров, представителем которой он являлся, но и во имя благополучия всех разумных народов этой планеты, да и просто во имя сохранения самой планеты.

Помните знаменитый кэмероновский фильм? Да нет же, не «Титаник» — неужто не понятно, что речь идёт об «Аватаре»! Ну вот, вспомнили. Так вот, если кто-то из смотревших фильм не очень любит читать, то может смело пропустить повесть Урсулы Ле Гуин мимо себя. Просто потому, что основная антуражная калька в «Аватаре» буквально снята со «Слова...». Ну да, планета с причудливым растительным и животным миром налицо (правда животный мир в повести где-то на задворках повествования). Аборигены разумного типа, стоящие, по привычным земным меркам, на более «низкой» ступени развития, есть, причём, как и в названном фильме, эти местные находятся с природой своей планеты в довольно оригинальных и необычных взаимоотношениях. Колонизирующие планету и вовсю при этом наступающие на природную среду земляне тут как тут, причём точно так же вырубаются леса и эксплуатируются бессловесные и неспособные дать сдачу аборигены. И даже негодяй офицер с квадратной челюстью будет к услугам читающего (правда в чине капитана, а не полковника).

Однако всё-таки лучше эту небольшую, но такую вместительную повесть прочитать, потому что, как водится у хороших писателей, за увлекательным и остросюжетным, умным событийно-сюжетным рядом скрывается второй, но на самом деле основной смысл. Раскрывать всю кухню Урсулы Ле Гуин совсем не хочется, однако стоит просто иметь ввиду, что при желании можно долго и глубоко рассуждать и даже спорить относительно идей, взятых автором в основу представлений аборигенов этой планетки. И тут диапазон может быть самым широким, от простых «зелёных» экофилов и экософов до Вернадского, Блаватской и прочих Рерихов.

PS Когда в российские ВУЗы попали вьетнамцы и поселились в советских общежитиях, то всех их соседей удручала привычка не мыть тщательно сковороду, а просто выжигать её на газу. А всё на самом деле просто — качественных СМС в джунглях нет, а во влажной жаре всякие микробы и прочая вредная живность заводится быстро... Просто другая культура с другими условиями существования.

Рассказ на стыке героического фентези и философской повести. С одной стороны увядающее средневековье, "осень империи", с другой - межпланетный гуманизм и научные исследования. Причем две основные линии так изящно сплетены между собой что лучшего и пожелать нельзя, хотя местами ритм повествования очень убаюкивает (в части описания географии мира особенно). Не радует только подход автора к любовным историям - "они вместе смотрели на открывающийся пейзаж", потом он улетел, а потом темнота и, бац, - она его вдова.