Цитаты из книги Эмма

Если тебе нравится поэзия, то вот что я поставила бы в первый ряд: Мильтон, Шекспир, Томсон, Голдсмит, Поуп (если захочешь, но у меня он восторга не вызывает), Скотт, Байрон, Кэмпбелл, Вордсворт и Саути. Не пугайся имен Шекспира и Байрона. Оба они великие люди, и их труды подобны им самим. -(Шарлотта пишет подруге).

Есть разница между робостью, которую можно разыграть так, что она понравится окружающим, и сдержанностью, когда человеку безразлично, нравится он или нет.

Часто воля небес состоит в том, что теряешь одну радость и тут же приобретаешь вместо нее другую. Мне пришлось покинуть дорогих друзей, но я тут же вернулась к родным, столь же дорогим и любимым. -(Шарлотта).

Шарлотта говорила, что может общаться с любым человеком, у которого есть шишка на затылке (она имела в виду честность).

Вскоре после того, как Шарлотта покинула школу, она призналась, что читала что-то из Кобетта. По ее словам, он ей не понравился, но «все, что попадает в сеть, – рыба».

...хотя ее [Шарлотты] воображение и было чрезвычайно сильно развито, однако прекрасное понимание практической стороны жизни очищало его от фантазий и не давало им воплощаться в реальности.

...дети, растущие в глуши и уединении, часто оказываются задумчивыми и мечтательными. Впечатления, которые производят на них необычные виды земли и неба, случайные встречи с людьми, обладающими странными лицами и фигурами, – встречи редкие в этих отдаленных местах – подчас преувеличиваются ими так, что приобретают смысл почти сверхъестественный.

То обстоятельство, что мистер Бронте приобщил детей к своим политическим интересам, помогло им избежать умственной ограниченности, которой отмечены все, кто занят одними только местными сплетнями.

...юность тянется к юности, а дети к детям...

Впечатлениям, идеям и представлениям, полученным от жизни восьмилетним ребенком, суждено было возродиться в гневных словах четверть века спустя. -

[Говорится о Шарлотте, описавшей в своем романе «Джейн Эйр»  тяжелые годы учебы в Кован-Бридж].

...робость - сложное состояние сознания, оно включает не только неуверенность в себе, но также и тщеславие...

Неразделенное счастье вряд ли можно назвать счастьем, оно абсолютно пресное.

Есть люди, которые не борются с трудностями; они просто забывают о них, когда позволяет здоровье, желудок или какой-нибудь другой орган, причиняющий беспокойство тем, кто ведет сидячий образ жизни.

Я помню, как однажды мисс Бронте привела мне поговорку жителей Хауорта: «Храни камень в кармане семь лет, потом переверни его и храни еще семь – пусть он будет у тебя всегда под рукой на случай, если твой враг подойдет поближе».

Впрочем, редко бывает так, чтобы люди, обладающие большими талантами, оказывались счастливы в детские годы: в душе у них кипят страсти, и вместо того чтобы воспринимать окружающее объективно (как называют это немцы), они начинают размышлять и жить внутренней, субъективной жизнью.

Она боготворила герцога Веллингтона, но про сэра Роберта Пиля говорила, что он не заслуживает доверия, поскольку не верит в принципы, как другие, а действует из соображений практической выгоды.

Те редкие случаи,когда что-либо просто о такой помощи,порождает сомнение в ее целесообразности: достигнув успеха,человек становился зависим от других и вынужден был переоценить свои собственные силы и энергию.