Цитаты из книги Лабиринт Менина

Я очень люблю жизнь во всех ее проявлениях – при условии, что эти самые проявления отличаются некоторым разнообразием.

- Ты с какой радости так развеселился? - опешил Мелифаро.

• Ни с какой, - честно ответил я. - Просто понял, что если немедленно не развеселюсь как следует, сойду с ума. И, чего доброго, повешусь на первом попавшемся суку. А это, сам понимаешь, ни в какие ворота. Вот я и стараюсь. И тебе советую. Все уже так хреново, что хуже быть не может. Следовательно, может быть только лучше. Логично?

Я люблю нравиться, мое глупое сердечко жаждет восхищенных вздохов, а голова идет кругом после пары-тройки второсортных комплиментов. Я знал, что самый деликатный упрек из чужих уст встряхнет меня гораздо эффективнее, чем длительный сеанс самоедства.

«Все вокруг такие умные, что за дерьмом послать некого»

...на его челе красовалась почти видимая моему наметанному глазу надпись: «Источник беспокойств».

Прощание закончилось, теперь их ничто не связывало. Даже воспоминания друг о друге отныне надежно спрятаны в потаенную шкатулку, на крышке которой выжжена надпись: «Больше не имеет значения».

Я еще сам не решил, что меня больше раздражает: постные рожи или глупые ухмылки.

Безделье - мать сентиментальности.

- Любая женщина - сумасшедшая птица. <...> Проблема в том, что большинство женщин не стремится научиться летать. Им лишь бы вить гнезда. Просто беда с нами!

Есть люди, для которых время подобно воде; в зависимости от темперамента и личных обстоятельств они представляют его себе в виде бурного потока, все разрушающего на своем пути, или ласкового ручейка, стремительного и прохладного. Это они изобрели клепсидру - водяные часы, похожие на капельницу; в каком-то смысле каждый из них - камень, который точит вода; поэтому живут они долго, а стареют незаметно, но необратимо.

Смерть трудно назвать полноценным здоровым отдыхом...

Мне бы очень хотелось, чтобы твой дурацкий оптимизм оказался высшей мудростью...

Кажется, смерть не пошла тебе на пользу. Ты скверно выглядишь.

Личное благополучие - состояние приятное, но для дела вредное

Мир делится на тех, кто "все понимает", и на всех остальных. "Остальные", при всех своих гипотетических достоинствах, - неинтересны.

Стиснуть зубы и очертя голову рвануть навстречу неприятности могут многие: тут требуется не столько врожденное мужество, сколько благоприобретенная привычка действовать, не обращая внимания на страх. Но стать счастливым болваном в самом сердце наихудшей из "неприятностей", в какие мне когда-либо доводилось влипать, -- признаться, я и не надеялся, что такое возможно

я отделался багровым браслетом, который оставался при мне еще много дней, то и дело причудливо изменяя оттенки, как это свойственно лишь закатам и синякам...

каждый из нас живет в окружении загадочных существ - других людей.

Есть и такие, для кого время - огонь, беспощадная стихия, которая сжигает все живое, чтобы прокормить себя. Никто из них не станет утруждать себя изобретением часов, зато именно среди них вербуются мистики, алхимики, чародеи и прочие охотники за бессмертием. Поскольку время для таких людей - убийца, чей танец завораживает, а прикосновение - отрезвляет, продолжительность жизни каждого из них зависит от его воинственности и сопротивляемости.