Цитаты из книги Лабиринт Менина

Поначалу мне приходилось подавлять настойчивое желание изловить всех солнечных зайчиков в округе и собственноручно набить морду каждому из них.

Нет ничего хуже, чем ясное, солнечное утро в любое время года и любой точки Вселенной, если вам не дали выспаться.

Мои "исповедники" слушали молча, не перебивая. Бесстрастно. Почти безучастно. Я их вечный должник. Мне до сих пор кажется, что именно их сдержанность позволила мне освободиться от невыносимого груза впечатлений, оставить при себе лишь одно сокровище, очищенная грязный шелухи эмоций, - опыт.

Иногда принятое решение, каким бы дурацким оно ни было, связывает по рукам и ногам куда надежнее, чем дюжина метров стальной проволоки.

Шанс на бессмертие должен быть бесплатным, иначе свинство какое-то получается!

Это какой надо быть сволочью, чтоб меня не любить!

Один из самых простых способов любить город, в котором живёшь, - время от времени смотреть на него глазами чужака.

Надо отдать мне должное, уж если я решил испортить себе настроение, то своего добьюсь рано или поздно.

Не знаю в точности, что там можно было предпринять, но пока человек жив, всегда есть шанс выкрутится.

Я взялся за дверную ручку и сразу понял, что дверь откроется, никуда она от меня не денется. Так порой бывает, когда берёшь за руку малознакомую девушку и уже знаешь, что она разрешит тебе все- ну, по крайней мере, не станет откладывать первый поцелуй на туманное послезавтра.

Путешествовать надо в хорошей компании.

... я люблю нравиться, мое глупое сердечко жаждет восхищённых вздохов, а голова идёт кругом после пары-тройки втосортных комплиментов.

С другой стороны, справедливость как таковая вообще не является одним из непреложных законов Вселенной. Это понятие - всего лишь порождение великой потаённой мечты всякого человека получить хоть какую-то награду за свои истинные и мнимые достоинства, не оценённые ближними.

- Я люблю тебя больше, чем подушку...Честное слово.

Тот, кому жизнь стала казаться сном, должен ждать или смерти или перемен!

— Прежде чем толковать о бессмертии, предложи даме пожрать.

События, оставшиеся в прошлом, не менее призрачны, чем события, которых никогда не было.

Но я предпочитаю прозвища именам. По крайней мере, прозвища дают более-менее осмысленно, а имена — как бог на душу положит.

Самые чудовищные глупости в своей жизни я всегда совершал, отлично сознавая, что делаю именно чудовищную глупость. Сознавать-то сознаю, но не останавливаюсь, а лишь завороженно наблюдаю за собственными действиями как бы со стороны, словно не мне предстоит потом расхлебывать последствия. Кролик и удав в одном лице, провокатор и жертва провокации, сам себе наказание!