Отзывы о книге Жозеф Фуше

В дополнение к недавно прочитанному «Талейрану» игра весьма удачно выдала мне книгу про не менее интересную личность – его современника и заклятого врага Жозефа Фуше. Министр, создавший совершенную полицейскую машину. Человек, знающий буквально все обо всех. Перебежчик, молниеносно меняющий свои политические взгляды. Интриган, от чьей руки пострадала масса менее хитрых или более честных людей. Его история уже давно была у меня на примете, но именно сейчас оказалась как нельзя кстати, так как, кроме прочего, оказалось интересным сравнить Фуше и Талейрана – столь похожих и в то же время разных – между собой, пока воспоминания от обеих книг еще свежи.

Несколько лет назад я уже читала романтизированную биографию от Стефана Цвейга. Тогда это была Мария Стюарт, и моей основной претензией к книге стало то, что автор прямо-таки влюблён в описываемую им королеву и безбожно поёт ей дифирамбы, что бы она ни творила. С тех пор я биографии его авторства трогать как-то не решалась, но мне была интересна личность Фуше, и, так как я рассудила, что Цвейг вряд ли мог быть влюблён и в него тоже, то рискнуть стоило.

И я не прогадала. Цвейг обладает прекрасным стилем и к тому же тонкий психолог, так что образ Фуше и описываемой эпохи получился очень ярким. Я даже готова простить ему, если он где-то додумывает от себя. Потому что если и так, то это не очень заметно, видно, что он максимально старается опираться на имеющиеся документы и факты, а не на свою фантазию. А где факты точно историками не выяснены, то так и пишет. Даже местами, быть может, излишняя драматизация – романтизированная же биография, тут можно – в данном случае мне нисколько не мешала, наоборот, прекрасно ложилась на описываемые события (они и правда драматичны, что уж тут), так что читать было очень интересно. То, чего мне не хватило в книге о Талейране – психологического портрета и оживления «героя» – в книге о Фуше я получила с лихвой.

Он вкусил милость власть имущих и отчаяние отверженного, он бывал настолько беден, что тревожился о хлебе насущном, и был безмерно богат, был любим и ненавидим, прославляем и изгоняем…

Итак, Жозеф Фуше. Рожденный в семье торговцев и моряков, он тоже должен был стать купцом, пересекающим моря со своими товарами. Но оказалось, что он физически не годится для этого. Хилый, слабосильный мальчик, быстро устающий от любой физической нагрузки и к тому же страдающий морской болезнью. В суды и учреждения, а, тем более, ко двору, путь ему тоже был закрыт, родословной не вышел. Оставалась (как и в случае с Талейраном, хоть и по другим причинам) церковь. (Вот и раскрыт институт, поставляющий самых коварных и беспринципных людей эпохи!) Фуше стал монастырским учителем и в течение многих лет, зарабатывая гроши, тихо и незаметно жил в тени монастыря. На этом могла бы и закончиться его история, но ветер перемен, задувший во Франции в те годы, коренным образом изменил многие судьбы, и Фуше не исключение.

Казалось бы, как мог скромный учитель, не имеющий ни денег, ни связей, ни ораторского таланта, ни хотя бы внешней привлекательности и обаяния (а, по всеобщему мнению, внешность у Фуше была исключительно отталкивающая, а голос – неприятный и неприспособленный для ораторствования), сделать столь головокружительную карьеру, став проконсулом, министром, а в отдельные моменты истории – чуть ли не первым лицом в государстве? И, однако же, это факт. Фуше обнаружил в себе неуемную жажду власти, тягу к участию в политических игрищах и страсть вершить судьбы людей. И всю жизнь неустанно стремился к этому, взбираясь по ступенькам все выше и выше, иногда падая, но снова поднимаясь, пока в конце концов не рухнул окончательно.

Талант Фуше был не в произнесении громких речей и не в завоевании симпатий народа или власть имущих, а в умении действовать исподтишка, но эффективно. Нашептывать, находясь в тени, подталкивать в спину (чтобы, в случае чего, пострадал тот, кого подталкивают), распускать слухи, исподволь внушать необходимые идеи (так, чтобы в нужный момент большинство проголосовало за то, что нужно), хранить многозначительное молчание в сложных ситуациях (чтобы публично не высказать того, что можно будет потом ему предъявить) – в этом весь Фуше. Он никогда не выскажет своего мнения, пока не будет уверен, что тем самым примкнет к партии победителей. Никогда полностью не сжигает мосты, до последнего балансируя между теми и этими, чтобы была возможность повернуть оглобли, если вдруг запахнет жареным.

Просто обманывать одного человека, хотя бы то был и Наполеон, не в его натуре: обманывать всех – вот его единственное наслаждение, не внушать никому полной уверенности и каждому давать посулы, играть одновременно за все партии и против всех партий…

И, с другой стороны, когда ситуация ясна (и он, конечно же, в стане победителей), никто громче Фуше не заявляет о своей приверженности режиму. Во время Террора он ярый якобинец, враг капиталов и церкви, уничтожитель неугодных, без всякого сомнения отправляющий на гильотину и расстрел (а то гильотина работает слишком медленно!) тысячи людей. А чуть позже он же будет громче всех обвинять тех, кто показал себя слишком жестоким террористом, в том числе своего собственного «напарника». Во время империи он уже совершенно забыл о своей ненависти к деньгам и ничего не имеет ни против них, ни против титула герцога, дарованного ему Наполеоном. Что ж, Фуше всегда удавалось с максимальной наглостью переобуться в полете, да еще скинуть своих «соратников», выдвинув их вину на первый план. Поразительно, сколько раз это сходило ему с рук. Безусловно, случались и довольно болезненные падения, но вот гильотины и прочих не слишком приятных перспектив ему каждый раз удавалось избегать.

Но, конечно, наиболее известен он как министр полиции. Причем занимал он эту должность и при Директории, и при Наполеоне, и при Людовике XVIII (хотя при последнем недолго). Все они в достаточной степени ненавидели и презирали его, однако этому человеку удалось создать настолько мощную и гениальную полицейскую машину, что до некоторых пор без него невозможно – да и опасно – было обходиться. Если физически Фуше был не особенно силен, то умственная его работоспособность была высока. Он сумел создать такую систему, при которой держал в своих руках ниточки чуть ли не от всех тайн, имеющихся у кого бы то ни было в государстве. Он следил за всеми, его шпионы были повсюду, копии всех сколько-нибудь важных бумаг тут же попадали к нему на стол. И при этом, он, конечно, далеко не всем делился со своим «работодателем». Предоставляя прекрасные отчеты о делах в государстве, лучше и желать нельзя, Фуше многое все-таки оставлял для себя и использовал по собственному усмотрению, всегда ведя двойную игру. Работая день и ночь, никому не доверяя, он мог бы во времена своего могущества взять за горло кого угодно. Попробуйте избавиться от него, после того, как сами позволили ему сплести паутину!

Кстати, перед смертью Фуше уничтожил все имеющиеся у него документы, среди которых, вероятно, сохранялось немало таких, которые могли бы кому-то очень сильно попортить кровь (не зря же все так всполошились, когда уже после смерти Фуше прошел слух о скорой публикации его мемуаров). Он больше 20 лет их собирал! Цвейг великодушно предполагает, что умирающий решил таким образом примириться с людьми. Мне же отчего-то кажется, что даже на пороге смерти Фуше была ненавистна мысль, что кто-то другой может воспользоваться плодами его трудов. Ведь он всю жизнь предпочитал держать всю информацию в своих руках, сам решать, что и когда пускать в дело. Поэтому мне кажется, что он, понимая, что уже не сможет ей воспользоваться, решил: да не доставайся же ты никому!

Цвейг так же сравнивает Фуше с Талейраном. Этого искушения, думаю, сложно было избежать, ведь это два самых мощных интригана своего времени, сошедшиеся в одном государстве.

Эти два самых способных министра Наполеона – психологически самые интересные люди его эпохи – не любят друг друга, вероятно, оттого, что они во многом слишком похожи друг на друга. Это трезвые, реалистические умы, циничные, ни с чем не считающиеся ученики Макиавелли. Оба выученики церкви, и оба прошли сквозь пламя революции – этой высшей школы, оба одинаково бессовестно хладнокровны в денежных вопросах и в вопросах чести, оба служили одинаково неверно и с одинаковой неразборчивостью в средствах республике, Директории, консульству, империи и королю.

Эти двое во многом похожи, но есть у них и существенные отличия. Один – богатый аристократ со связями, угадавший, куда дует ветер и вовремя «снизошедший» до принятия революции, другой – сын торговца, с самых низов пробивший себе дорогу наверх. Один – сибарит, ненавидевший работать и даже письма поручавший писать другим, другой – неутомимый трудоголик, заболевающий от вынужденного бездействия; у одного – быстрый ум, молниеносно проникающий в суть ситуации, с элегантной светскостью проворачивающий крупные интриги и не утруждающий себя мелочами, другой – скрупулезный, дотошный ищейка, специализирующийся на мелочах, знающий всё о всех и каждом, из этих мелочей выстраивающий свою паутину, опутавшую всю страну; один – яркий, утонченный, любезный, но равнодушный ко всем, другой – бесстрастный, холодный, неприятный тип со всеми вокруг, но нежно любящий отец и муж.

Но одно из главных отличий, как мне показалось, в том, что Талейрана никогда не привлекала власть ради власти. Он с удовольствием пользовался приносимыми ей благами: богатством, почестями, роскошной жизнью, он интриговал ради своей выгоды, но никогда не стремился встать во главе. Фуше же истинное наслаждение доставляла именно возможность властвовать, вести большую игру, управлять судьбами людей, быть серым кардиналом. Ему даже не особенно нужны были внешние регалии, а вот реальная власть – это была его страсть! И он настолько «подсел» на это удовольствие, что никогда не мог вовремя остановиться, потому иногда чересчур зарывался и оказывался в ситуации, близкой к провалу, а в конце концов это привело к его полному падению.

Наверное, вы уже поняли по длине рецензии, что книга мне понравилась (только такие пробивают меня на простыню), но скажу еще раз: это было очень интересное и познавательное чтение. Всегда бы так.

Время действия: 1759 - 1820 г. Место действия: Франция / Нант, Париж, Лион; Австрия / Линц Сюжет: Художественная биография видного политического деятеля Жозефа Фуше, герцога Отрантского, министра и советника при императоре Наполеоне Бонапарте.

"Жирондистов свергли - Фуше остаётся, якобинцев прогнали - Фуше остаётся, Директория, консульство, империя, королевство и снова империя исчезают и гибнут - один лишь Фуше всегда остаётся."

Впечатления: В последнее время я очень полюбила биографии исторических деятелей, всегда интересно почитать о жизни людей, творивших некогда историю. Выбирая для чтения "Жозефа Фуше" Цвейга, я практически ничего не знала об этом министре, но наивно предполагала, что его биография будет напоминать жизнь придворного интригана и кровного аристократа Талейрана. Давно уже я так не ошибалась. Я сознательно избегаю книг о французской революции, потому как не могу спокойно читать о творимых тогда бесчинствах, прикрываемых благородными воззваниями о равенстве и свободе. А тут буквально с первых глав автор вбросил меня в историю революции и более того оказалось, что этот самый Жозеф Фуше принимал в деятельности Конвента самое активное участие, хоть и стал в дальнейшем герцогом! А узнав, что Жозеф Фуше известен кличкой "Лионский палач" я совсем приуныла:(

Но здесь я ошибалась уже во второй раз. Книга очень скоро увлекла меня не на шутку и я все никак не могла понять, кто же он такой этот Жозеф Фуше? Предатель, обманщик, манипулятор, гениальный интриган, человек, раздающий клятвы верности направо и налево, лишь бы только победившей партии? Прирожденный шпион и талантливый полицмейстер? Или может быть дипломат и политик, умеющий сильной рукой управлять страной и одновременно успевать к своей выгоде дергать за сотни ниточек, поддерживая связи со всеми дворами? Я не смогла проникнуться Жозефом Фуше как человеком ибо по правде сказать, человеком он был таким себе, а вот его сильная личность и непотопляемость определенно восхитили.

Много всего было в жизни этого холодного, прячущегося за маской равнодушия и спокойствия, человека. Сын моряка, страдающий с детства морской болезнью, он выбирает своим поприщем церковь и становится монастырским учителем математики. Дружба с Робеспьером приводит Фуше к политике и выводит в ряды депутатов Конвента. Волны революции тогда многих подняли вверх, но и многих повергли вниз. Вожди революции творили свои жестокие расправы, а Фуше отсиживался в сторонке, когда вожди пали, Фуше остался. Правда за это ему пришлось заплатить воспоминаниями об учиненной по приказу Конвента расправе над Лионом: когда тысячи людей были убиты за сопротивление революции, ратующей за свободу (причем казнили их самым жестоким образом - расстреливая из пушек и добивая тех, у кого только лишь поотрывало конечности), церкви разграблены и порушены, а город снесён с лица земли, даже те здания, которые имели важное культурно-историческое значение для Франции. Для меня это были страшные главы, именно из-за таких событий я и не читаю о французской революции.

"Великий пример всегда либо развращает, либо возвышает целое поколение. Когда является человек, подобный Наполеону Бонапарту, людям, приближенным к нему, предоставляется выбор: либо стушеваться, принизиться, дать себя затмить его величию, либо, следуя его примеру, напрячь свои силы до крайних пределов."

Дальше было и противостояние с Дантоном, и сделка с Наполеоном, которому Фуше помог взойти на императорский трон и попеременно становился то министром полиции, то председателем совета, то отправлялся в ссылку. Бурными были отношения этих двух непростых, но схожих в своей гениальности людей. Кстати, оба друг друга ненавидели, но при этом оба были зависимы от власти и старались ее сохранить всеми способами. Символично, что в итоге именно Фуше, открывший Наполеону врата власти над Францией, после "ста дней" их же и закрыл, заставив императора отправится в ссылку. Так что меня очень порадовало, что в этой биографии мне встретились интересные заметки и главы про Наполеона Бонапарта. Жаль, что Цвейг не написал его полноценную биографию, как мне показалось он очень психологически точно составил как портрет лейтенанта, так и затем генерала Бонапарта, превратившегося потом в императора и самодержца Наполеона.

"Фуше и Талейран. Эти два самых способных министра Наполеона - психологически самые интересные люди его эпохи - не любят друг друга, вероятно, оттого, что они во многом слишком похожи друг на друга. Это трезвые, реалистические умы, циничные, ни с чем не считающиеся ученики Макиавелли."

Было интересно наблюдать и за противостоянием и интригами друг против друга Фуше и Талейрана. Талейран идеальный придворный 18 века, умный, утонченный, изысканный и умеющий быть роскошным, легко играет в дипломатию. Тогда как более тяжеловесный и простой Фуше трудится 24 часа, никогда не теряя бдительности. Наполеон, кстати, не любил ни одного, ни второго, уж слишком они были яркими личностями в его окружении. Но с удовольствием их стравливал и выслушивал потом донесения от одного министра на другого, даже не надо было тратиться на соглядатаев=) Удивительно, но именно мой любимчик князь в итоге победил: все как в жизни, происхождение взяло свое и министру-аристократу при короле Людовике XVIII отдали предпочтение, хотя опять же именно Фуше возвел его после Наполеона на трон.

"Фуше потому так сильно презирает людей, что слишком хорошо знает самого себя."

К концу биографии я так привыкла читать о Жозефе Фуше, вся жизнь которого промелькнула перед моими глазами, что мое первоначальное неприятие этой личности даже сменилось сочувствием. Все же он был не совсем пропащим человеком, очень любил свою жену и детей, тяжело переживал их смерть. Жаль было наблюдать и за тем, как после изгнания из Франции он в Австрии был никому не нужен, хотя раньше придворные толпились в его приемных. Все же земная власть и могущество действительно проходят быстро и оставляют по себе лишь прах. Кто постоянно играл такую важную роль в мировой истории, отлученный от дел, уже не может наслаждаться покоем и тихо угасает.

"Всегда, когда какое-нибудь правительство испытывает затруднения, будь это Директория, консульство, империя или королевство, всегда, когда нужен настоящий посредник, способный, сгладив противоречия, навести порядок, обращаются к человеку с красным знаменем, к самому ненадежному по своим личным качествам человеку, но к самому надёжному дипломату, к Жозефу Фуше."

Итого: На самом деле о Жозефе Фуше, герцоге Отрантском можно писать очень долго и подробно. Чего он только не пережил, даже спасаясь от ареста из окна своего замка удирал))) Я бы прочитала таки о нем более подробный исторический роман, но спасибо Цвейгу и за такую биографию, как по мне автору отлично удалось уловить и отразить изменчивый образ Фуше. Который отличился даже историей со своими собственными мемуарами. Они вышли через 4 года после смерти герцога Отрантского и очень переполошили свет, ведь очень много компромата хранилось в его бумагах буквально на каждого. И до сих пор не ясно писал ли эти мемуары сам Жозеф Фуше или это всего лишь ещё одна фасильфикация.

Книга прочитана в "Игре в классики"

«Жозеф Фуше» - это романизированная биография, рассказывающая о неординарной личности французского политического и государственного деятеля. Роман очень динамичный и насыщен яркими событиями, ведь описываемая Цвейгом эпоха была по-настоящему «пожароопасной». Это период французских революций, Директории и расцвета правления Наполеона. Как всегда, Цвейг мастерски снимает слепки с времени, и создается впечатление, будто собственными глазами видишь происходящее на страницах книги.

Думаю, автору было очень непросто раскрывать образ человека замкнутого в себе и настолько противоречивого в поступках. В книге Жозеф Фуше предстает перед читателем классическим двуликим Янусом – он принадлежит к духовному ордену, но при этом умудряется, как высмеивать религию, топтаться по религиозным чувствам французов, так и пользоваться достижениями церкви в свою пользу. То он «умеренный», то тут же превращается в радикалиста, лишь бы это было ему на руку. Сегодня он поддерживает монархию, а завтра уже развивает активную деятельность в рядах бунтовщиков. Он - революционер, кричащий о нуждах народа, а через минуту - жестокий палач для своего же народа.

Сегодня этого человека вполне можно было бы назвать не просто организатором государственного переворота, но и террористом. Но тогда, в конце 18 века он не только стоял у руля государства, он был уважаемым национальным героем. Одно ясно наверняка, каким бы он ни был двуличным, ума ему было не занимать, ведь проворачивать подобные схемы мог только человек невероятно умный, изворотливый и умеющий вкладывать свои мысли в головы окружающим, при этом неизменно добиваясь необходимого ему результата. Вот такие люди и становятся лицами своего времени, переворачивают страны с ног на голову и задают им курс развития не на одно столетие вперед...

Правительства, государственный строй, мнения, люди - всё меняется, всё рушится, всё исчезает в бешенном водовороте смены столетий, только один остается на своем месте при всех режимах и сменах политических настроений - Жозеф Фуше.

Художественные произведения Стефана Цвейга давно прочитаны/считаю его одним из лучших новеллистов в литературе/, но расставаться с любимым писателем не хочется, поэтому взор мой обратился к его беллетризованным биографиям. И хотя на полках давно уже пылятся томики о Марии Стюарт и Марии-Антуанетте, в руки мне попадает биография Жозефа Фуше, человека, имя которого было совсем не на слуху. Его знаменитые современники/Талейран, Робеспьер, Лафайет/ мне, совершенно не знатоку истории, знакомы/пусть и шапочно/, а вот имя Фуше осталось там, где его носитель при жизни успешно творил свои дела - в тени.

▸А на самом деле, личность была довольно интересная и незаурядная. Перебежчик, бог превращений, гений предательства, хамелеон, интриган, трижды министр полиции и семикратный клятвопреступник. Просто удивительно, как, в такие неспокойные времена и проворачивая такие интриги, Жозефу Фуше удалось сохранить голову на плечах. Просто поразительная живучесть! Словно таракан, который днем прячется под обоями от карающего тапка, а под покровом ночи, пока никто не видит, царствует на кухне.

Вспоминают, что Колло, его соучастник по лионским расстрелам, отправлен в ссылку на малярийный остров, а Фуше остался; Бабеф, его сообщник по борьбе против Директории, расстрелян, а Фуше остался; его покровитель Баррас вынужден покинуть страну, а Фуше остался. И на этот раз падает только впереди стоящий, Талейран, а Фуше остается.

Казалось, у Жозефа Фуше не было своей идеи - он с легкостью переступал через то, чему еще вчера "верно" служил. И все ради одного - чтобы быть с победителями, а значит у власти. Бывший духовник во время революции громче всех клял религию, отдавал приказы топтать кресты, разрушать алтари или напяливать епископскую митру на осла. За метаниями Фуше не уследить - он то левый, то правый, то умеренный, то ультрарадикал, а то и вовсе роялист. Он с такой легкостью меняет личины и с такой скоростью подстраивается под изменения на политической арене, просчитывая все на два шага вперед и почуяв запах горелого еще до того, как молоко убежало.

▸Но, разумеется, это не могло продолжаться вечно. Он слишком опасен и ненадежен, он слишком многих предал, поэтому неудивительно, что при первой же возможности Жозефа Фуше, этого политического Фигаро, который и здесь, и там, столкнули со сцены, используя его самое позорное клеймо - клеймо Mitrailleuer de Lyon /Палача Лиона/, за его жестокие и массовые пушечные расстрелы лионских жителей, за его причастие к цареубийству. Но его не казнили, не бросили в тюрьму и даже не отправили на малярийные острова, как его бывших соратников, а сделали то, чего он /возможно/ боялся больше - предали забвению.

Даже биографии Цвейг пишет великолепно, с неповторимым стилем и тонкой психологией. Я снова восхищена, влюблена, покорена.

Работы Стефана Цвейга стали для меня подлинным читательским открытием последних месяцев. Сочетая меткий психологизм, глубину идеи и потрясающе образный язык, этот автор создавал поистине восхитительные произведения. Многие знакомы с Цвейгом, прежде всего, по его новеллам, - неизменным жемчужинам в бурных водах литературы. Но хочу обратить внимание, что Цвейг-биограф совершенно не уступает в увлекательности Цвейгу-новеллисту.

Для меня определенный (и не малый) вес в книге имеет умение автора грамотно подать свой замысел; умение привлечь читателя. Обратить внимание на те аспекты жизни и времени, о которых читающий дотоле не задумывался, и заинтересовать ими всерьез. В этом отношении писательское мастерство Цвейга практически вне конкуренции. Он обладает способностью говорить так, что его хочется слушать, несмотря ни на что. Даже если не знаком с поданной темой, человеком, временем.

О французской революции я знаю до постыдного мало. Все собираюсь залатать пробелы, но, увы, как это часто бывает, новая и новая будоражащая ум информация зачастую прячет в дальний угол сии светлые порывы. Поэтому до чтения даже имя Жозефа Фуше было для меня окутано мраком. Но Цвейг, которому я не устану петь дифирамбы, пригласил меня познакомиться с этим экстраординарным человеком и его восхитительно скачкообразной судьбой.

Вы наверняка знакомы с выражением, которое гласит, что жизнь порою куда более невероятна, чем самая смелая выдумка. Да, на примере жизни Жозефа Фуше, министра полиции самых кровавых времен в истории Франции, можно в этом воочию убедиться. Этот человек незаметно, до невозможного тихо заправлял самыми оглушительными, переворачивающими ход истории событиями. Он был лишен громкой славы, почетных лавр, ликующих толп. И все потому, что он был слишком умен и расчетлив, чтобы понимать, до чего в отчаянные времена малого стоит мирская слава и что ее блестящие атрибуты - безделицы. Ничто в сравнении с подлинной властью. Такое осторожное и мудрое знание помогло Фуше пережить всю революцию, попутно уничтожая, испепеляя своих политических врагов (конечно же, окольными путями). Но выжить в огненные годы было недостаточно; для Фуше - так уж точно. Он быстрее всех соображал, откуда дует ветер, и его потрясающее политическое чутье делает ему честь. Таким образом он оказался мил и при Наполеоне.

Цвейг делает упор на основополагающих качествах Фуше - его двуличности, его лицемерии, его пожизненной готовности предавать, предавать кого угодно ради своих целей. Он был лоялен к трещащей по швам монархии и поддерживал бунтовщиков. После революции он работал на два лагеря, и никто в мире не подозревал о его нетерпимости к той или иной стороне. Да и была ли она? Он сам, наверное, не знал своих подлинных убеждений. Всё, чего он добивался всю сознательную жизнь - быть с теми, кто сейчас на коне. Как только он чувствовал, что опора становится нестабильной, он покидал тонущее судно первым, не оглядываясь, не щадя своих бывших соратников, и, скажем так, друзей. Оставим шумную полемику и пустую суету другим. Пусть тонут в крови, пытаясь нацепить драгоценную корону, которая принадлежит всем и никому. Этот человек спокойно посмеивался, помогая возвыситься и пасть сильным мира сего.

Автор одинаково восхищается и презирает Фуше за его феноменальные качества. С одной стороны, нельзя не восхититься его прозорливостью, предусмотрительностью, ловкостью и умом. С другой - его бессердечность, пренебрежение всем ради своей цели, - просто пугают. Даже понимая, что этот человек умер столетия назад, что события тех времен - давным-давно история, я все равно не переставала думать о том, что очень, очень бы не хотелось встретить подобную персону на своем жизненном пути.

Да, те годы во Франции были действительно темны, и не только Фуше отличался жаждой власти и жестокой беспринципностью. Но он, и только он - основа основ книги и самое поразившее в ней - оставался всегда. Бурбоны? Фуше где-то возле трона. Революция? Пожалуйте на баррикады. Или, точнее, в закулисье баррикад (еще чего, руки пачкать, пусть эти глупцы сами наломают себе дров). Кажется, к власти стремится действительно интересная фигура... Как там его? Бонапарт? Здорово, шикарно. Можно договориться, чтобы из этого что-нибудь вышло... Что-то происходит. Наполеон уже не тот. Пора и честь знать. Ах, Бурбоны? Опять? Ну здравствуйте. А знаете, я всегда подозревал, что этим кончится. Да здравствует король!

Он должен постоянно держать в руках карты, должен сдавать, тасовать, передергивать, блефовать, крыть карты противника и козырять. Ему необходимо всегда сидеть за столом - все равно за каким: за королевским ли, императорским или республиканским - лишь бы участвовать в игре, лишь бы avoir la main dans la pâte, быть поближе к пирогу, все равно к какому.

И в какие бы хитроумные западни не стремились заманить Фуше его оппоненты, он всегда ускользал, как угорь. Его верткость выглядит фантастикой, хотя все подтверждения на руках у историков. Действительно, неординарнейшая личность.

Но что же, какую мысль хотел донести Цвейг, берясь за биографию такого человека? Очень простую. Закулисье истории - опасная зона. Те, кто наверху, могут ошибаться или сверкать, но у них нет путей к отступлению, и именно это выписывает их имена, черным или белым, на плитах истории. Люди, подобные Фуше, всегда лишь во власти данного момента. Он жил, ориентируясь только на понятие "сейчас", и не прогадывал, потому что выживал, когда головы других падали с плеч. Но он распылил себя. Он ничего не оставил, кроме своего перебежничества. Время рассудило так, что закулисье поглотило его. А ведь будь его энергия созидательной, как много хорошего могло бы произойти.

Но... Nusquam est qui ubique est. Кто везде, тот нигде.

Я как то встречала мельком имя Фуше, но не заинтересовалась им ранее, а зря. Очень известный в свое время и такой необычный человек. Подняться с монастырской скамьи, работы учителем до политического деятеля, которого опасались все начиная с Робеспьера и заканчивая Наполеоном и Людовиком XVIII. Удивляет как этот человек мог приспосабливаться, менять свои взгляды- прочем их то у него и не было. В зависимости от ситуации он то за якобинцев, то за роялистов, то он ярый атеист клеймивший церковь, разбивающий алтари, то смиренно складывающий руки перед ними. Переживший и осудивший одного короля на смерть, бывший рядом со знаменитыми революционерами, во времена переворота, ставший министром к Наполеон, потом переменивший и поставивший во в главе государства нового короля- как этот человек мог оставаться живым и у руля власти , когда другие его соратники теряли головы под топором гильотины просто не подается разуму. Просто не понимаешь при чтении, кто же он это человек, без зазрения совести предающий интересы партии, переходящий на сторону другой. Удивляло его умение просчитывать, выявлять лучшие ходы - не зря он был математиком. Автор не раз обращается к его умению анализировать и подсчитывать как машина. Он умеет из любой ситуации выйти не только живым , но и с пользой для себя. Он умел ждать и появлялся в нужное время и в нужном месте, когда другие были на виду, он просто не высовывался, чтобы не навлечь на себя пристальные взгляды. И в то же время именно он сумел открыть путь Наполеону, когда тот стал слабым, отправить в ссылку, потом опять возвратить, дать дорогу опять монарху, брата которого сам же осудил на смерть- читать все эти его деяния конечно очень любопытно .Жаль , что Фуше все таки сжег свои мемуары, а ведь из них можно было бы узнать не только о нем, но и о других лицах того времени очень многого. Автор обратился к описанию жизни этой личности за что ему огромное спасибо. Книга читается очень легко, ведь это беллетризованная биография, а уж пишет Цвейг всегда отлично. Рекомендую книгу к прочтению, всем, кто любит историю, из нее много можно узнать и о Франции и о людях творивших историю и конечно о Фуше.

Многие деятели этого времени стали знаменем целых поколений. Их имена вызывали и вызывают до сих пор яростную полемику. Фуше не связал свою судьбу ни с одной из партий. Служа одним, обманывая других, он сделал предательство своим кредо. Фуше принадлежал к сонму тех "государственных мужей", для которых власть, богатство, личное преуспевание были смыслом существования. Люди, подобные Фуше, попадают в историю, но попадают они туда с "черного хода", оставляя зловещую память о своих преступлениях. Их жизнь всегда служит мерилом человеческой низости и коварства, беспринципности и политической нечистоплотности. Очень строгий историк о Жозефе Фуше

Врез в тему

У Жозефа Фуше была уникальная судьба. И уникальной она была не только в смысле его земного пути, но и в плане его посмертного восприятия потомством. Проведём простой эксперимент. Устроим опрос наших современников на тему, кто такой Жозеф Фуше? Полагаю, результаты будут неутешительные. Вот Наполеона, наверное, все знают. Робеспьера, вероятно, тоже вспомнят. Чем чёрт не шутит, может кто-то напряжётся и выдаст, кто такой Талейран. Но вот Фуше вряд ли войдёт в список фигур далёкого уже прошлого, которые до сих пор в той или иной форме присутствуют в коллективном бессознательном. А ведь в ту бурную эпоху истории, когда по выражению Цвейга, один мир сменял другой, этот человек был такой же значимой фигурой, как и все ранее перечисленные. И с судьбой Наполеона, Талейрана, Робеспьера неразрывно связано имя Жозефа Фуше.

И при этом до появления в 1901 г. классической биографии авторства знаменитого историка Луи Мадлена о Фуше практически не упоминалось в работах по истории Революции и Империи!

В пространство художественной литературы Фуше ввёл Бальзак в «Тёмном деле». У Бальзака образ вырисовывался практически демонический, но широкой публике к началу XX-ого века Жозеф Фуше был известен по большей части как персонаж псевдоисторической пьесы Сарду «Мадам Сан-Жен», где роль его сводилась к тому, что он как эдакий недалёкий водевильный полицейский перехватывал невинное письмо императрицы и бежал с ним к Наполеону дабы тому открыть глаза на моральный облик жены. В итоге, как во всяком водевиле правда торжествовала, злодеи посрамлялись, в императорской семье наступал покой (временный). А Наполеон в конце сего действа эффектно дёргал сконфуженного полицейского за ухо. Согласно сохранившимся свидетельствам, публика на этом моменте ревела от восторга. Прелесть какая, правда? Ну как тут не согласиться с Цвейгом:

Иногда его образ мелькает в пьесе или оперетке, посвященных Наполеону, но в большинстве случаев он фигурирует там в затасканной схематической маске прожженного министра полиции, этакого предтечи Шерлока Холмса: в плоском изображении роль закулисного деятеля всегда превращается во второстепенную роль.

Немного общих сведений о Жозефе Фуше (для тех, кто не в теме)

Родился он в зажиточной семье потомственных моряков. Как совсем недавно было доказано, предки Фуше сколотили своё состояние в том числе и на работорговле. Но маленький Жозеф не годился для продолжения семейного бизнеса. Он был тщедушный, слабый и болезненный. В суровое море такого отпускать было категорически нельзя. Поэтому мальчика решили готовить к церковной карьере.

Лирическое отступление. Неотъемлемой чертой образа Фуше является его редкое физическое уродство. Этот факт признают все, кто так или иначе соприкасался с ним. Редко бывает, чтобы у людей разных представлений о прекрасном настолько в этом конкретном случае сходились вкусы. Фуше все в один голос описывают как совершенно безобразного урода. Ну, представьте себе змею. Или какую-то иную рептилию. И вообразите, как бы она выглядела, если бы обратилась в человеческий облик. Представили? Фуше был как бы обескровленным. Мертвенно бледным. Губы тонкие. Глаза как у рыбы или змеи. Голосочек тихий-тихий. Страшненький он был мальчик. И ещё более страшным стал человеком.

Казалось бы, жизнь Жозефа Фуше пойдёт по заданной заранее колее. Ведь Франция тогда была сословным государством, в котором траектория жизни человека была определена с самого его рождения положением семьи, к которой ты принадлежал. Фуше, родившийся в семье, относящейся к третьему сословию, не мог при таком порядке рассчитывать на хватание звёзд с неба. Учитель физики в монастырской школе – вот чем он зарабатывал себе на хлеб до определённой поры. Но произошла Великая Французская Революция, которая предоставила безвестному провинциалу Фуше неслыханный социальный лифт. Он очень быстро понял, куда дует ветер и стал народным депутатом. В бытность cвою депутатом он, что называется, колебался с линией партии. Начинал как в меру умеренный, потом, чувствуя, как накаляется атмосфера, примкнул к радикалам. Голосовал за смерть короля. Такое лавирование принесло свои плоды и позволило ему самому не только избежать ножа гильотины, но и получить очень ответственный пост республиканского представителя в Лионе, где незадолго до этого было подавлено антиреспубликанское выступление. Здесь этот человек оставил после себя воистину кровавую память. Гильотина работала на полную мощность, но для выполнения поставленных грозным комиссаром целей и её «производительности» не хватало. Тогда в дело шли массовые расстрелы из пушек и утопления в Роне. Также активно проводилась по инициативе Фуше кампания дехристианизации, то есть, глумления над религией.

Но в то неспокойное время, когда Францию как корабль в бурном море кидало от одного берега к другому, Фуше своим шестым чувством почуял, что скоро курс корабля, на котором он находится, изменится. Поэтому он вовремя спустил террор в Лионе на тормоза, а сам поспешил заблаговременно уничтожить следы многих своих злодеяний (кое-кто из неудобных свидетелей очень кстати сам взошёл на эшафот). Это было очень вовремя, потому что над головой Жозефа Фуше сгустились тучи. Его отозвали из Лиона для отчёта в Париж. В ту эпоху все понимали, что значит такой отзыв. Ему самому грозила гильотина. Однако в Париже Фуше очень быстро сориентировался. Кроме него в аналогичном положении находились ещё несколько вызванных на ковёр из провинции комиссаров-террористов. Те же Баррас и Тальен подобно Фуше пребывали в том состоянии, когда над головой занесено остриё гильотины и терять уже собственно нечего. Поэтому между ними очень быстро установился контакт. К ядру примкнули и другие депутаты, которые по большей части сами боялись оказаться в списке следующих жертв «национальной бритвы». Наспех был сколочен заговор, участниками которого двигало не желание что-то изменить в стране и остановить террор, ставший к этому времени Великим Террором, а банальный инстинкт самосохранения. В итоге в результате термидорианского переворота Робеспьер и его сторонники были свергнуты и казнены. Участники заговора, они же бывшие террористы, поспешили свалить на Робеспьера все грехи, а сами оказались как бы честными республиканцами и избавителями отечества от кровавого чудовища. На смену суровости пришёл культ удовольствия и желание забыть о пережитых кошмарах. Кто мог - обогащался, кто не мог - старался просто выжить. Разруха в стране была полная.

На этом фоне Фуше предусмотрительно ушёл в тень. С одной стороны, он был уж очень скомпрометированной фигурой, с другой – понимал, что связывать себя с кем-то в правительстве пока небезопасно. Он просто исчез. Серьёзно. Существует ничем не подтверждённая, но и не опровергнутая легенда, что победитель самого Робеспьера зарабатывал себе тогда на жизнь разведением свиней. Фуше умел заметать следы. И на то были основания. Потому что ясно одно: Фуше активно занимался стукачеством и провокациями. Провокациями против своих бывших якобинских друзей, разумеется. Отношение тогда к нему было у окружающих неприятно-гадливое. Вскоре Фуше вышел из тени. Баррас, на которого он очевидно и работал в бытность свою провокатором, решил, что Фуше теперь «его человек», поэтому стал его активно продвигать наверх. Сначала ему была предложена роль дипломатического представителя в одной из дочерних республик, но дело, что называется, не зашло. Тогда Фуше был передан портфель министра полиции. И это стало новой вехой в его биографии. Потому что на этом посту он себя проявил гением. Это не преувеличение. Он создал невиданную доселе совершенную систему сыска и шпионажа. Он придумал заводить досье на подозрительных, которые хранились в специальных архивах-картотеках. Он создал некое наиболее приближенное к современному подобие паспорта, который невозможно было подделать. Щупальцы спрута, которым была его система осведомления, раскинулись по всей Европе. И подчинялся этот механизм только одному ему и никому больше. Да, кстати, именно тогда Фуше, бывший якобинец-радикал, официально закрыл якобинский клуб. Он теперь был уже более консерватором, так как опять понял, что власть сменится.

На политическую сцену вышел генерал Бонапарт: только армия могла поддерживать порядок в стране. В брюмерианском перевороте Фуше напрямую не участвовал, но портфель министра полиции замечательно сохранил. Он естественно с самого начала знал, что будет переворот, знал поименно всех заговорщиков (с его системой осведомления это было как два пальца об асфальт). Но ничего не предпринял. При том, что знал, что главной жертвой будет тот самый Баррас, которому он всем был обязан и который и дал ему пост министра полиции, чтобы обезопасить себя от подобного поворота событий. Фуше же просто ждал, чем дело закончится: удастся переворот – он сохранит министерский портфель, так как предоставил заговорщикам полную свободу действий, провалится переворот – он также сохранит министерский портфель, так как вовремя докажет, что предпринял необходимые меры. Очень удобно.

И ещё тогда проявилась одна очень примечательная черта характера Фуше. Как бы мы сейчас сказали, он обожал троллить окружающих. Ну, представляете картину. Вы – заговорщик. За несколько дней до даты переворота Вы получаете от министра полиции частное приглашение на обед. Приходите к нему, садитесь за стол. Смотрите по сторонам и понимаете, что все остальные приглашённые – это также участники заговора. Они также озираются кругом, не понимая, что всё это значит? Это не может быть совпадением! Министр полиции раскрыл заговор и сейчас всех нас отправит на гильотину! А Фуше как ни в чём не бывало поддерживает светский разговор, интересуясь, что нового, граждане? Вы в ответ ему испуганно бросаете, что ничего нового нет. А у вас что нового, гражданин министр полиции? И Фуше, глядя на вас своими глазами мёртвой рыбы, отвечает совершенно спокойно: «Нового ничего нет, всё как всегда. Только вот заговорами какими-то нас пугают. Но я в это, признаться, не верю». От таких вот шуточек некоторых слабых духом лиц вполне мог хватить удар. Но обошлось. Поужинали и разошлись. А Фуше нормально над их физиономиями про себя посмеялся.

Итак, Фуше стал министром полиции в правительстве Наполеона. С некоторыми перерывами он стоял во главе данного ведомства с 1799 до 1810 года. Власть его была огромной. Существуют совершенно уникальные, отдельно опубликованные документы: переписка Наполеона и Фуше. Уже только по ней можно сделать вывод о той роли, которую Фуше играл в системе управления и о тех рычагах власти, которые этот хилый человек держал в руках. Фуше ежедневно предоставлял Наполеону отчёты о состоянии дел во Франции, в которых находили отображение все стороны жизни общества: от пьес в театрах до слухов в подворотнях. Наполеону не нравится, что в ещё не закрытых газетах слишком часто упоминается Жозефина, тогда как он уже задумал развод? Пару строк Фуше и завтра газеты будут такими, как им следует быть. Императору не нравится в отчёте Фуше упоминание о некоей даме в Сен-Жерменском предместье, которая слишком громко выражает симпатии к прусской королеве? Пару строк Фуше и завтра она будет выслана из Парижа. Наполеон находит, что во время его отсутствия в очередной кампании в столице царит слишком тягостное настроение? Он так и пишет Фуше, что нужно распустить в Париже слух о его скором возвращении из армии. Не нравится императору какая-то пьеса в театре Одеон? Ну так надо об этом дать знать Фуше и завтра же пьеса исчезнет из репертуара.

Казалось, этот тандем Наполеон-Фуше работает идеально. Они понимали друг друга с полуслова. Фуше навсегда вписал своё имя в анналы мировой криминалистки, когда собрал доказательства вины роялистов в покушении на первого консула при взрыве адской машины на улице Сен-Никез. Было проведено ювелирное расследование, которому позавидовал бы спустя почти столетие сам Шерлок Холмс. И при этом Фуше также ювелирно исполнил и другое пожелание Бонапарта: он организовал расправу с якобинской оппозицией. Предлогом было то самое покушение. Фуше понимал, что вины якобинцев нет, но составил списки якобинцев для высылки в колонии на медленную смерть. Потом нашли виновных, но про высланных ни первый консул, ни министр полиции почему-то уже не вспомнили… Фуше окрутил своими сетями и самого Наполеона. Он будет впоследствии утверждать, что его шпионом при Бонапарте была сама Жозефина. Правда ли это? Нет никаких доказательств, но выглядит правдоподобным. У Жозефины была одна всем известная слабость: вечная нехватка денег. Поэтому Фуше волне мог обеспечить мадам Бонапарт дополнительный источник дохода в виде своих субсидий. К тому же, Жозефина Богарне и Фуше знали друг друга ещё со времён Директории, контакт мог быть установлен уже тогда. Зато можно считать вполне доказанным, что ретивый министр полиции подкупал секретарей Наполеона. Всё что тот диктовал – транслировалось незамедлительно Фуше и могло быть им пущено в ход по его усмотрению в любой момент. Бонапарт также следил за своим собственным министром через другое ведомство, созданное как раз для контроля над полицией. Однако Фуше шпионов разоблачал и делал из них двойных агентов. Между слугой и хозяином фактически шла тайная война.

И всё же этот тандем никогда не был идеальным. Бонапарт терпеть не мог Фуше, зная, что тот предаст его при первой возможности, а Фуше тяготился своим начальником, как тяготился бы любым, кто в чём-то ограничивал его власть. Тем не менее, до поры до времени всё работало гладко: Бонапарт нуждался в гениальном министре полиции, чтобы «держать» Францию, а у Фуше не было возможности предать Бонапарта. Система первый раз дала сбой в 1808-1809 годах. Тогда Фуше понял, что внешняя политика Наполеона не доведёт того до добра. И объединил свои усилия со своим давним «заклятым другом» мсье де Талейраном. Политические тяжеловесы друг друга ненавидели, но сходились во мнении, что что-то идёт не так. Остались так до конца и не установленными их намерения, но, судя по некоторым обрывочным сведениям, вполне правдоподобна версия готовящегося плана физического устранения императора. Тогда дело дальше слов не пошло, но Фуше активно продолжал искать гарантии безопасности «на всякий пожарный». И при этом с радостью троллил Наполеона. Когда во время войны с Австрией в 1809 году англичане высадили десант на континенте, Фуше без всякого согласия со стороны императора собрал национальную гвардию для отпора врагу, а во главе её поставил весьма сомнительного в глазах Наполеона человека. Как будто он таким образом дразнил властелина Европы, демонстрируя тому свою власть. И в конце концов Фуше самолично начал переговоры с Англией! Этого Наполеон уже потерпеть не мог. Фуше был отправлен в отставку. Но Жозеф Фуше был не таким человеком, от которого можно так вот просто избавиться. Он никому не собирался отдавать свою гениальную полицейскую машину. Поэтому он попросту уничтожил все важнейшие документы, оставил в архиве только незначительные материалы, предварительно их хорошенько перепутав. А кое-что видимо умыкнул. И Наполеон был убеждён, что Фуше сохранил некие очень-очень компрометирующие его документы. Судьба этих материалов так и не установлена. Наиболее вероятно, что Наполеон их всё же получил и поторопился их уничтожить. Но что же там такого было? Этого мы никогда не узнаем…

А что же Фуше? Он жил себе спокойно частной жизнью, исполнял роль губернатора какой-то богом забытой провинции (Наполеон его туда услал намеренно в 1813 году, чтобы он не мутил воду во Франции). В итоге, при первом отречении Наполеона в 1814 году Фуше никакой значимой роли не сыграл. Но активно включился в который раз в подковёрные интриги. Теперь уже против Людовика XVIII. В конце концов король решился на его арест, но Фуше в прямом смысле сбежал. Тем временем вернулся на сто дней Наполеон. И Фуше вновь стал министром полиции. К этому времени Наполеон и Фуше друг друга взаимно ненавидели и считали свой союз не более чем временной взаимовыгодной мерой. Всё решилось при Ватерлоо. Фуше сыграл в окончательном падении Наполеона зловещую роль. Он фактически организовал второе отречение императора. В подконтрольное ему собрание депутатов Фуше вбросил идею отстранения Наполеона от власти. Всё прошло успешно для Фуше и с Наполеоном было покончено. И что же он сделал, став фактически единственным правителем Франции? Всё правильно. Он сторговался с Людовиком XVIII, брата которого он отправил на гильотину, об условиях его возвращения на французский престол. При этом возвращение Бурбонов ознаменовалось вспышкой «белого террора». И в этом тоже засветился Фуше. Теперь он, сам бывший министром в правительстве Наполеона в период «Ста дней», составлял уже списки лиц, подлежащих высылке и преданию смерти, за то, что они изменили королю! Правда, надо отдать ему должное: он не особо свирепствовал. Не потому что проявил какое-то благородство и человеколюбие, а потому что понимал, что Франция больше крови уже просто не выдержит. Когда всё было кончено, Фуше надеялся и дальше оставаться всесильным министром при дворе короля. Но здесь он просчитался. Теперь Людовик XVIII понимал, что вернулся надолго и трону его ничто не грозит. И от Фуше по-тихому избавились. Его сначала отправили послом в одно немецкое государство, а потом ему как «цареубийце» фактически запретили въезд на территорию Франции. Фуше был к этому времени миллионером, на деньги его никто не покушался. Но жить ему в австрийской провинции было скучно. Ведь единственным смыслом его жизни была власть над людьми. Теперь у него этой власти не было, а значит не было и смысла продолжать жить.

Перед смертью он писал мемуары. Впоследствии они были изданы, но семья Фуше поспешила заклеймить эту книгу как фальшивку. В итоге, в исторической науке остался до сих пор неразрешённым вопрос: писал ли Фуше книгу, известную как «Мемуары Фуше», или не писал? Большинство историков, насколько мне известно, в этом вопросе склоняются к тому, что при создании книги под названием «Мемуары Фуше» оригинальные рукописи Фуше были частично использованы его подручными и «литературными неграми». Но каково процентное соотношение того, что было собственно написано Жозефом Фуше, и того, что дописали третьи лица? Этого никто так и не установил. Я читала эти мемуары. Могу сказать, что это очень смешная книга. Фактически просто сборник злых и пошлых анекдотов про политических противников Жозефа Фуше. Смешнее читать только мемуары Поля Барраса (это вообще бомба!) Хорошо про Фуше в данном случае сказал Гейне:

Его фальшивость заходила так далеко, что он уже после своей смерти издавал фальшивые мемуары.

Про собственно книгу Цвейга

Это шедевр в жанре, именуемом «романтизированная биография». Автор не старается дать объективную картину исторической действительности, выявить глубинные причины исторических событий. Свою задачу он видит в том, чтобы понять характер Фуше, разгадать загадку той власти, которую эта мрачная личность имела над окружающими. И разгадка кроется по Цвейгу в «возведённой в принцип беспринципности» Фуше. Сама книга написана мастерски. Даже зная заранее из учебника истории исход, всё равно физически чувствуешь гнетущее напряжение в описаниях всех этих заговоров и интриг. Автор рисует Жозефа Фуше как концентрированное выражение определённых черт. Под его пером этот человек предстаёт как настоящий «гений зла». Определённая сознательная демонизация данного образа имеет место быть. И это придаёт книге ещё одно дополнительное измерение. Потому что все персонажи книги, которых выхватывает перо автора, являются сугубо отрицательными. Вернее, правильнее будет сказать, что исторические персонажи в описании Цвейга делятся на «дураков» и «мерзавцев». Первые не вызывают симпатии в силу своей недалёкости (Карно, Савари), вторые… А вторые – это такие как Наполеон, Талейран и тот же Фуше.

Кстати, Цвейг здесь выступает как последовательный противник сложившегося в историографии и литературе культа Наполеона. Нет, он признаёт его гениальность и реальные заслуги перед Францией и Европой. Но чётко проводит грань между Бонапартом-консулом и Наполеоном-императором. И как горько звучат в 1929 году такие слова автора:

Перед самым рассветом, укрытая черной мантией ночи, словно траурным покрывалом, плохонькая коляска (собственную коляску Наполеона захватил Блюхер вместе с императорской казной, саблей и бумагами) въезжает в Париж, направляясь к Елисейским полям. Тот, кто шесть дней тому назад в своем приказе по армии высокопарно писал: «Для каждого француза, обладающего мужеством, настал час победить или умереть», сам не победил и не умер, но зато ради него при Ватерлоо и Линьи погибло еще шестьдесят тысяч человек.

Наверное, неслучайно что именно Жозефа Фуше Цвейг считал наиболее ярким выражением современного ему типа политического деятеля, его квинтэссенцией. На глазах писателя бездарно и бессмысленно целое поколение сгинуло в мясорубке Первой мировой войны, которую вели под знаменем высоких идеалов. И уже начинал поднимать голову нацизм. В воздухе носилось предчувствие новой и кровавой беды. И как тут, перебирая фигуры далёкого прошлого, не вспомнить было о Жозефе Фуше? Если вдуматься, то от этого человека сегодня осталась в коллективной памяти только фраза, которую ему приписывают: «Это хуже, чем преступление: это ошибка». И великолепная, в чём-то провидческая книга Стефана Цвейга. Произносил ли Фуше знаменитую фразу, доподлинно неизвестно. Она, как и многие другие утверждения, связанные с Фуше, вызывает множество вопросов. Зато книга Цвейга никаких вопросов не вызывает.

И ежедневно мы снова убеждаемся, что в нечистой и часто кощунственной политической игре, которой народы все еще простосердечно вверяют своих детей и свою будущность, руководят не люди с широким нравственным кругозором, не люди непоколебимых убеждений, а те профессиональные азартные игроки, которых мы называем дипломатами, искусники, обладающие ловкостью рук, пусторечием и хладнокровием. Если в самом деле, как уже сто лет тому назад сказал Наполеон, политика стала la fatalité moderne, современным роком, то мы, в целях самообороны, попытаемся разглядеть за этой силой людей и тем самым понять опасную тайну их могущества. Пусть же это жизнеописание Жозефа Фуше будет вкладом в типологию политического деятеля. Стефан Цвейг Зальцбург, осень 1929 г.

Сложные, сложные отношения у меня с Цвейгом. И с Цвейгом романистом и Цвейгом биографом. Понимаю, что он просто пытается дать толчок к переосмыслению известных исторических личностей и своими ремарками в том числе, но меня это в который раз выводит из себя. Слишком много отступлений, причем отступлений статистически скупых, и водинисто бессмысленных. В итоге и не научный труд и не роман. Что-то среднее, с автором, выскакивающим из-за каждого угла. Хотя толчок я все же получила - к поиску дополнительной информации, и книг других авторов более широких, более документальных и менее субъективных.

И ежедневно мы убеждаемся, что в нечистой политической игре, которой народы все еще простосердечно вверяют своих детей и свою будущность, руководят не люди с широким нравственным кругозором, не люди непоколебимых убеждений, а те профессиональные азартные игроки, которых мы называем дипломатами, искусники, обладающие ловкостью рук, пусторечием и хладнокровием. Зальцбург, осень 1929г

Стефан Цвейг говорил, что его «Жозеф Фуше» - единственная книга, которая нравилась нацистам. Почему? Кто такой этот Жозеф Фуше? Когда говорят о Французской Революции, наверняка вспомнят имена Марата, Робеспьера, Барраса, Наполеона. Жозеф Фуше начинал вместе с первыми революционерами, он их всех пережил, и он все пережил: революцию, террор, Директорию, империю Наполеона, восстановление монархии Бурбонов. Фуше создавал заговоры и предавал: Робеспьера, Барраса, Наполеона. История его жизни и есть история французской революции. Жозеф Фуше — квинтэссенция интриги, шпионажа, шантажа и предательства. Наполеон на острове св. Елены говорил «Фуше был совершенным предателем». И да, он был идеальным министром полиции. Наверное, о таком мечтали нацисты. Он все знал, всех контролировал, создавал «общественное мнение», плел интриги и заговоры. У него душа хамелеона. Человек совершенно лишен моральных принципов. Он говорит и поступает так, как выгодно именно в данной ситуации. Он был церковным учителем при короле, депутатом от буржуа в начале революции, радикалом во времена террора, умеренным после смерти Робеспьера, миллионером при буржуазной Директории, графом и министром при Наполеоне, инициатором мирных переговоров с англичанами, русскими, австрийцами и прусаками — в любое время, как только покачнется власть Наполеона. Секрет его живучести при столько разных режимах: вовремя сменить маску, абсолютное отсутствие совести и принципов. Ну что же, много было таких в революцию, но Фуше еще умен и лишен страстей, его не интересует вино, женщины, игры, деньги. Его интересует власть, только она его возбуждает. Но не та власть, что видна на публике, нет, ему не нужна популярность, пошлая слава у пошлой толпы. Он властолюбив, но не тщеславен. Фуше достаточно знать, что он «кукловод», держать в своих руках судьбы людей — вот его упоение. Если говорить о Политике, то Фуше — идеальный политик, верный последователь Макиавелли. Наверное, такой человек необходим в любое время и любой власти. Чтобы контролировать, направлять толпу. Но если говорить с точки зрения Истории, Фуше — неудачник. Его хороших дел помнить не будут. Потомки будут помнить, что Фуше — палач Леона, утопивший французов в крови, что Фуше — предатель, покончивший с Робеспьером и Наполеоном, не считая тысячи других, преданных им. Но похоже, ему самому было наплевать на мнение потомков и даже современников. Он жил так, как ему хотелось.

Цвейг написал книгу о Фуше в 1929 году. Это его переосмысление современных ему событий в Австро-Венгрии и Германии. Первая мировая, и все что за ней последовало — весьма «горячие время». Время, когда поднимаются на гребне волны такие как Жозеф Фуше, люди без моральных принципов, готовые предавать, убивать, обманывать и воровать ради … просто ради удовольствия.

P.S. Цвейг неожиданно показал мне Наполеона под интересным углом зрения. Он ведь в начале очень хорошо все делал, дал истерзанной Франции покой, порядок и уверенность в завтрашнем дне. Все бы хорошо. Но, потом в Наполеоне проснулось его естественная страсть. Ведь он по образованию, по опыту жизни, по характеру и всем своим устремлениям — Солдат. О чем мечтает такой человек, к чему стремится? К Войне! Только в Войне он себя реализует в полной мере. Только в войне он подобен своим кумирам — Александру и Цезарю. И я поняла, как ,оказывается, образование и первоначальный опыт влияют на поведение правителя!

Увлекательно написано, как приключенческий роман, да еще и основанный на реальных событиях. Но, есть нюанс. Слишком много автора, его мнения и оценок, осуждения, ярких эмоциональных эпитетов, догадок, проекций и приписок герою мыслей и чувств. Герой яркий, противоречивый, многоликий, но отделить героя от «одежек», в которые его нарядил автор сложновато. Точно в плюс автору: сумел заинтересовать, даже заинтриговать и хочется изучать это безумное время и его творцов внимательнее. Триумвират титанов: Наполеон, Талейран, Фуше – и каждый из них является той личностью, что творит историю.