Отзывы о книге Хатынская повесть

Это не книга. Это удар в самое сердце. Это крик, застывший на страницах, крик тех, кого уже не вернуть. Читаешь и словно сам оказываешься в этом аду, созданный фашистами, где огонь пожирает не только дома, но и судьбы, где каждый вздох - это борьба, а каждый шаг - испытание на прочность человеческой души. И не только тех, кому довелось через всё это пройти , но и нас потомках, которые просто обязаны помнить и не забывать. Это зло в самом зловещем его понимании. Разве такое возможно простить или оправдать? НИКОГДА!!!! НИКОГДА!!!!! Адамович пишет так, что слова будто обжигают. Он не приукрашивает, не смягчает углы он безжалостно, с хирургической точностью вскрывает рану войны, чтобы мы не могли отвести взгляд. Перед глазами встают образы: сожжённая дотла деревня, пепел, смешанный с прахом невинных, глаза ребёнка, в которых застыл ужас, который не забудется никогда. Хатынь здесь не просто точка на карте, а символ бесконечной боли, собирательный образ сотен белорусских деревень, стёртых с лица земли. Особенно поражает то, как Адамович соединяет документальность с художественной силой. Самое страшное, что это не вымысел, за каждой строкой стоят реальные люди, их боль, их мужество, их последний выбор. Повесть дышит правдой, той самой горькой правдой, от которой хочется отвернуться, но нельзя. Потому что отвернуться, значит предать память. Такие книги нужно читать. Обязательно. Нам, детям, которые знают о войне лишь по рассказам, чтобы не стать равнодушными, чтобы понять, какой ценой оплачен мир над головой. Нашим детям, чтобы они знали, что зло - это не что-то из ужастиков, оно имеет лицо, имеет запах гари и звук выстрелов. И тем, кто это пережил, чтобы знали: их боль не забыта, их подвиг не обесценен, их голоса продолжают звучать, благодаря таким книгам. Это моральный компас, который показывает, как низко может пасть человек и как высоко может подняться дух, не сломленный даже перед лицом абсолютного зла. Это книга, которая оставляет шрам в душе, но такой шрам необходим, чтобы помнить. Чтобы не допустить повторения. Чтобы жить достойно тех, кто не вернулся из этого огня. Я не всплакнул, не плакал, я рыдал над книгой. Не могу больше писать. Только закончил читать книгу, поэтому эмоции через край. Хочется высказаться не так литературно, по отношению к тем, кто это творил и их потомкам, которые переписывают историю обеляя своих нацистов. У меня всё. Простите за ошибки. Всем любви и добра.

Звон колоколов – это плач… Сколько лет минуло с тех пор, Как фашистский, злобный палач Разводил в Хатыни костер? /Кирилл Сивец/ А вот эта книга оказалась куда страшнее так любимых мною триллеров и детективов. Потому что она ПРАВДА. Пронзительное и проникающее в самую душу произведение. Мне сложно словами описать эмоции, чувства и мысли - только одно постоянно - ну как же так, как же так, как же так возможно? Бывший партизан - молодой Флёра, а спустя четверть века - Флориан Петрович - вместе с бывшими сослуживцами - партизанами возвращается в те места, где застала их война - а заодно идет рассказ о ней, проклятой войне, погубивший миллионы людей. История Белоруссии в военные годы - и исторические хроники (а они имеется в книге как вставки) читать жутко - там сухими цифрами горе множества семей и самая страшная часть для меня - это сожженные карателями города, деревни и села, Хатынь - с людьми, детьми, полностью уничтоженные и стертые с лица земли. Описание этих злодейств - как сгоняли людей в одно место, как запирали в доме, хлеву, в одном месте, как не давали спасать детей, тем самым просто уничтожая будущее, как глумились - масштаб в трезвом уме представить страшно. При чтении зарево над деревней вызвало у меня не просто спазм, а четкое ощущение тошноты. Воспоминания очевидцев, переживших подобные пожары и, тем более, не спасших там родных, вообще заставляют волосы шевелиться. Пусть никогда больше не родятся такие выродки рода человеческого, как творившие подобное (знаю, что это наивно, потому что примеры подобных зверств были, есть сейчас и будут), но вдруг очередное пожелание уменьшит их огромное количество. А живым читать книгу и помнить - нельзя допускать повторения Хатыни, просто нельзя.

В советской литературе есть несколько страшных и очень страшных книг о Великой Отечественной войне. Страшность которых заключается вовсе не в триллерском и ужастиковском содержании или в страшно-ужастиковских эпизодах и мизансценах — как ни крути, современный читатель крепко натренирован чтением всякого рода вампирских саг, ходячемертвецовых романов, байками из склепов и прочей мистико-потусторонней чепухой. И в особенности ещё и соответствующими фильмами...

Страшность книг о войне — подлинная их страшность и ужасность — заключается как раз в полной реалистичности описываемого, в полном соответствии той правде и истине, которая записана сухим языком протоколов свидетельских показаний и просто рассказов и воспоминаний людей, переживших ту войну и оставшихся волей провидения, случая, везения живыми.

Это некоторые книги Светланы Алексиевич. Это книга Астафьева "Прокляты и убиты". Это романы Гроссмана. Это романы и повести Василя Быкова, Ванды Василевской, Эммануила Казакевича. Это "Хатынская повесть" Алеся Адамовича...

Книга написана уже очень давно. И уже давно раздаются в мире и в Европе голоса и призывы забыть Вторую Мировую войну, потому что дескать мир уже живёт в другом времени и в других отношениях. Мало того, есть уже и люди и политики и государственные режимы, вовсю перелицовывающие историю Второй Мировой и Великой Отечественной и ставящие всё с ног на голову...

Ни к чему не хочу призывать. Просто хочу попросить — если вы ещё не читали эту книгу, то просто прочтите её... А потом загляните себе в душу — с кем вы?

В этом году исполняется 73 года со Дня Победы в Великой Отечественной войне. Все ужасы войны остались далеко позади. Ветеранов становится все меньше. И уже выросло не одно поколение людей, знающих об этой войне со страниц книг и с экранов телевизоров.

Стыдно признаться, но я за свою жизнь прочла всего 4-5 книг о войне. Ну не моя это тема, я человек мирный и неконфликтный. Но в преддверии очередной годовщины Победы решила прочитать что-нибудь на военную тематику. Мой выбор пал на «Хатынскую повесть».

Алесь Адамович, автор «Хатынской повести», знает о войне не понаслышке. Во время оккупации он воевал в партизанском отряде. Наверно поэтому книга получилась такой реалистичной и очень тяжелой в эмоциональном плане. В большинстве своем мы не представляем, что пришлось пережить людям, оказавшимся волею судьбы на оккупированной территории.

Главный герой Флориан Петрович Гайшун, преподаватель университета, в годы войны партизанил в белорусских лесах. Спустя почти три десятилетия он с женой Глашей и сыном едет на открытие памятника партизанам, едет на встречу со своим прошлым. Там в лесах и болотах он не раз находился на грани гибели, видел смерть своих товарищей.

В семнадцатилетнем возрасте Флёра Гайшун уходит в партизаны. Пока Флёра воевал в отряде Косача, фашисты сожгли его деревню и местных жителей. Так погибла его мать и сестренки-близняшки. Да и сам он едва спасся, когда фашисты сжигали деревню Переходы.

Во второй половине книги автор приводит документальные материалы (отчет об уничтожении деревни Борки), рассказы очевидцев - людей, чудом выживших в тех страшных событиях, но потерявших близких людей. Читаешь их и становится жутко. Как можно убивать мирных жителей, беззащитных детей, несчастных женщин, беспомощных стариков? И жить после этого дальше, есть, ходить, думать, просыпаться по утрам, чтобы опять лишить кого-то жизни. Почему для некоторых собственная жизнь важнее жизней тысяч других людей? Бедные женщины-матери вынуждены наблюдать мучения и смерть своих детей. Меня задела одна фраза, сказанная матерью своему сыну в амбаре, который позже сожгут:

– Сынок, сынок мой, зачем ты в эту резину обулся? Твои ж ножки очень долго будут гореть. В резине.

Комментарии излишни.

Из некоторых деревень люди сами бегут в леса и болота. Выкапывают ямы в земле и прячутся. Уж лучше так, чем сгореть заживо или быть расстрелянными в собственном доме.

Самое страшное, что эти зверства, расстрелы, поджоги становятся вполне обыденной «работой» для фашистов, полицаев и карателей:

Казнь была произведена планомерно и без особых происшествий, если не считать одной попытки к бегству. Большинство жителей деревни сохраняло самообладание и шло навстречу вполне заслуженной судьбе, которая вследствие их нечистой совести не являлась для них неожиданностью

(об уничтожении деревни Заболотье) А ведь по всей стране были уничтожены тысячи деревень и городов, миллионы людей были расстреляны, сожжены, умерли от голода и ранений.

Моя оценка: 10. Хотя очень сложно оценивать подобные книги. Трудно сказать понравилось или нет, когда в книге описываются такие ужасы. Страшно представить, что довелось пережить людям в годы ВОВ. Но книгу советую прочитать всем, не зависимо от пола и возраста, хотя бы для того, чтобы знать какой страшной ценой далась победа.

До мурашек... Иди и смотри, иди и чувствуй, иди и живи, осознавая, КАК это было, осознавая, что предела человеческой или НЕчеловеческой жестокости нет.

Я не просто так привела в самом  начале своего рассказа о книге эти слова - ИДИ И СМОТРИ. Многие или видели, или слышали о фильме Элема Климова с таким названием, вошедшис в список лучших фильмов мирового кинематографа, очень тяжёлого, очень хлестко и пронзительно отражающего суть времени, суть горя, суть фашизма... Именно эта книга белорусского писателя легла в основу фильма.

Читать книгу тяжело, несмотря на то, что повесть основанная на документальном материале не животрепещет кровавыми подробностями. Тяжело, потому что в своём произведении Алесь Адамович описывает не физику, а химию ужаса; то, что происходит в душе главного героя; то, как он видит боль и страх других людей своими ещё зрячими глазами; то, как он её чувствует, - боль, свою и чужую. Эта боль безгранична, безмерна, всепоглощающа.

Несмотря на то, что в повести фактически один главный герой, внутри этого человека словно сосуществуют два других: совсем юный парень Флера и взрослый мужчина Флориан Гайшун. Автор не скрывает этой раздвоенности: «...A ведь вы, Флориан Петрович, обязаны партизану Флере, самонадеянному, сердитому, глухому, в обвислых немецких обносках, обязаны тем, что вышли сюда, с Глашей вышли вот сюда... Порой я совсем со стороны вижу того Флеру – себя восемнадцатилетнего. Точно не во мне он, а там остался» ©

Мне не хватит духу рассказать о своих чувствах, мне хватит слов описать свои эмоции, мне не хватит смелости оценивать Хатынскую повесть как литературный труд. Она, будто бы беспощадная аксиома, не нуждается в оценках и доказательствах. Каждая буква, каждая строчка этого произведения кричит : "Помните, люди! Помните! Помните и никогда, никогда, никогда не забывайте, как это было!"

Вряд ли я когда-нибудь смогу вернуться к этой книге, но она навсегда останется во мне. Останется судьбами, останется плачем, останется ужасом огромного количества людей, но мне бы очень хотелось, чтобы сегодня, сейчас каждый из нас задумался над словами одного из героев этой страшной книги: "... надо, чтобы как можно больше людей осознали наконец смертельную угрозу загрязнения не одной лишь природной среды, но и человеческих душ. Конечно, привычнее спускать ядовитую грязь в реки и озера. Быстро и дешево! И еще привычнее иметь не граждан, не людей, а налитых фанатической бурдой крестоносцев, штурмовиков, хунвэйбинов, суперменов. Быстро, кратчайшим путем, дешево с их помощью решаются дела государственные и всякие иные. Так некоторым кажется. Да только очень дорого сегодня, завтра это может обойтись всему человечеству, планете. Придется осознать и это, если мир не хочет погибнуть. Как там у поэта: «Осторожно, человечество! Слово „ненависть“ включено!»

«Нам завтра хуже не будет – нас завтра просто не будет.
По нам в упор стреляют тысячи орудий —
Это уже не звери, это давно не люди».
25/17

Именно после этой книги я поняла стремление Адамовича сохранить и передать как можно больше рассказов выживших в столь страшных условиях. И раньше было понятно, что он делал важное дело, теперь — какую же силу воли нужно иметь, чтобы возвращаться, пусть даже в памяти, в этот ад. И понимать, что тактика выжженной земли в любом случае долговечнее памяти немногих выживших после нее.

«Хатынскую повесть» тяжело читать, но не только из-за наполнения: когда партизаны у Адамовича пробираются по болотам, ты и сам ползешь от страницы к странице, чувствуя, как тебя тянет все прекратить и в то же время затягивает. А во время встреч с другими персонажами темп меняется: разговоры буквально пролетают и снова бесконечная чадящая трясина.

Хороша книга как своей военной частью, так и документальными вставками — она вся буквально кричит: ты не придумаешь ничего страшнее реальности. И голос Бокии, в вечной темноте бывшего партизана Флориана Петровича рассказывающий о новых «достижениях» человечества, тому страшное напоминание.

Когда покупала книгу в букинистическом, милая бабулечка участливо сказала: «У нас еще два в одном «Я из сожженной деревни» и «Блокадная книга» Адамовича есть. Возьмете?» Спасибо, бабушка. Я сейчас «Карателей» дочитаю и, если не сойду с ума, обязательно приду за добавкой.

Написанная простым, где-то даже наивным языком, совершенно жуткая книга. Книга о войне, где погибают не на поле боя, а в собственных домах. Погибают не солдаты, а крестьяне. Чудовищно мучительную смерть принимают старики, женщины, дети.

В 1969 году прошедшие войну партизаны собираются в автобусе, отправляющемся на открытие мемориального комплекса Хатынь. В компании своих боевых товарищей на встречу со своим прошлым отправляется Флориан Петрович, потерявший в боях зрение. По дороге к месту назначения он вспоминает свои военные годы, заново переживает потерю матери и сестер, знакомство с будущей женой, жестокие преступления карательных фашистских отрядов, которые он видел своими глазами.

Книга вышла скорее документальная, чем художественная - наравне с пугающе реальными описаниями происходящего приведены выдержки из документов, есть вставка со свидетельствами очевидцев. И, безусловно, это не то чтение, которое вспоминаешь с удовольствием, в которое хочется погрузиться с головой. От книги хочется бежать, зарыться с головй под одеяло, не чувствовать не знать. Но знать необходимо. Для того, чтобы как только возникнет глупая мысль затеять войну, спровоцировать какой-то вооруженный конфликт, вспомнить о той цене, которую придется заплатить, которую уже заплатили наши предки. И хорошо бы заткнуть этой книгой рот тем, кто кричит дурниной "можем повторить!". Что повторить? Болота, полные разложившихся гниющих коровьих туш, по которым в поисках пропитания пробираются живые люди? "Лаокоона", обвитого не змеями, но собственными внутренностями? Сгорающих заживо людей, стаскивающих с себя и детей одежду, чтобы не тлела на теле, не продлевала мучения? Матерей, которым предлагают спасение в обмен на то, чтобы бросить своих детей сгорать в одиночестве? Убитых стариков с простреленными руками, закрывавшими головку ребенка? Это только несколько страниц, только одна книга. А в действительности наверняка было и того страшнее.

Читать такие книги в транспорте, за столом, мимоходом я считаю кощунством. С ними нужно оставаться наедине, чтобы никто не видел ваших слез. Рассказ ведется от лица мальчишки-партизана Флеры, участника тех событий. Его глазами, впоследствии ослепшими, мы видим этот чадящий ужас горящих белорусских сел. Флёре было 17 лет, когда он попал к партизанам. Мы узнаем о партизанских буднях, о том, как юноша, добывая еду для небольшого числа жителей, сбежавших от карателей и прячущихся на болоте, сам попал в облаву, и был загнан в сарай вместе с другими, как участвовал в неравном бою вместе с группой партизан. Мое поколение знает о трагедии Белорусии, где во время оккупации был уничтожен каждый четвертый житель. А дети наши и внуки навряд ли слышали об этом. Дайте им эту книгу. Пусть эту историю им расскажут дети, запертые в амбарах и сожженные заживо, их матери, в последний страшный миг снимавшие со своих детей одежду, чтобы сгореть быстро, отцы, с простреленными ладонями, которыми они пытались заслонить головы своих детей от фашистских пуль. И обязательно эту книгу нужно прочесть тем, кто уверен, что, победи тогда фашисты, мы бы сейчас пили баварское. Пусть они прочтут о том, как выглядит приказ убивать детей, потому что «ребенок съедает хлеба больше, чем взрослый». Много прочитано мной книг о той войне, но впервые я встречаю подобную силу слова, заставляющую захлебываться слезами даже через какое-то время после того, как перевернута последняя страница. Повесть не изобилует кровавыми подробностями, да и не нужны они были писателям того поколения, ведь то, что написано тем и страшно, что это БЫЛО. Не физику ужаса описывает автор, но его химию. Его глазами, пока еще зрячими, мы видим боль и ужас людей, сожженных заживо вместе с детьми. Эта книга долго будет в моей памяти. Мне не хватит слов, чтобы рассказать о своих чувствах. У меня нет столько смелости, чтобы оценить как литературный труд, да она и не нуждается в наших оценках. А в чем она нуждается, так это в нашей памяти. И в том, чтобы мы поняли и передали это следующим поколениям. Если забыть, то уже скоро те, у кого в головах родилась мысль, что «ребенок съедает хлеба больше, чем взрослый», снова придут сюда.

Считающий печные трубы звук Хатынских колоколов уже за спиной у нас, мы уходим, а он остается, но снова догоняет, дробится, спрашивает: «Так-вы-по-ня-ли?.. Так-ли-вы-по-ня-ли?.. Вы-по-ня-ли?.. По-ня-ли?..»

В этом году майские праздники я провела в Беларуси. И, возможно, раньше я не осознавала этого в полной мере, но в преддверии Дня Победы особенно остро почувствовала трепетное отношение белорусов к событиям ВОВ. Это не просто историческая память, это неотъемлемая часть их национальной идентичности, прочно вплетенная в их “генетический код”. Война оставила глубочайший след в каждой белорусской семье.

Желание прочитать эту повесть возникло сразу после посещения мемориального комплекса в Хатыни. Сегодня это – священное место для белорусов, а дата 22 марта 1943 года навсегда вписана в трагическую историю страны.

Эта повесть – не о войне в привычном понимании, с победами и поражениями. Она о войне против человечности, о том, как легко сломать хрупкую оболочку добра и выпустить на волю чудовищную жестокость. Адамович пишет не чернилами, а кровью, его слова – это осколки разбитых судеб.

Автор не щадит читателя, погружая его в атмосферу страха, отчаяния и нечеловеческих страданий. Он показывает войну глазами Флера, простого белорусского паренька, ушедшего в партизаны и чудом выжившего в хатынском аду. Его повествование лишено прикрас, это сухой, почти документальный рассказ о зверствах оккупантов и несломленной силе духа обычных людей.

Читать “Хатынскую повесть” – это не просто сопереживать, это пережить. Это почувствовать удушливый запах гари и страха, отчаянные услышать крики и тихие молитвы, увидеть пламя, поглощающее жизни. Читать тяжело, но необходимо. Это опыт, который навсегда остается в памяти, это своеобразная прививка от забвения, напоминание о невероятной цене, заплаченной за нашу свободу, и о том, как важно беречь хрупкий мир.

Очень страшная книга, по которой снят не менее страшный фильм под названием "Иди и смотри". Такие произведения не должны потеряться во времени, так как они рассказывают о героизме и борьбе простых людей, прошедших через ад. До сих пор отказываюсь верить в те ужасы, которые раскрывает перед нами Алесь Адамович. Но автор знает о них не понаслышке, ведь во время войны он был бойцом партизанского отряда.

Гремит Великая Отечественная война. Фашисткие войска воюют с особой звериной жестокостью. В лесах прячутся партизаны, которые помогают регулярной армии в борьбе с оккупантами. Главный герой книги Флёра в начале повествования предстает полным сил и желания сражаться. Попрощавшись со своей матерью и сестрами-близнецами, он отправляется в ряды партизанов. Там он начинает познавать нелегкую армейскую дисциплину. Именно глазами Флёры мы увидим ужасы тех военных времен: голод, сваленные в кучи трупы, сожжение людей заживо, расстрелы, тщетные попытки мирных жителей спастись в лесах и т.д. Лишь чудом главному герою удалось выжить в тех нечеловеческих условиях. К концу повествования Флёра уже не тот юный не знавший ужасов войны парень, а искалеченный физически и психологически несчастный человек. Изредка в книге история Флёры разбавляется другими повествованиями о тех военных временах. До сих пор не могу забыть рассказ об изуродованных от выстрела ладоней тех, кто прошел через эту мясорубку. Какой же душевный надлом оставляет такой шрам на всю оставшуюся жизнь.

У каменного старика, того, что держит убитого мальчика, ладонь, пальцы прострелены. Я не знаю, видят ли это зрячие. Я видел не раз после войны. Почти у всех, кого расстреливали вместе с детьми и кто при этом случайно остался жив, рука изуродована. Та, которой закрывали, прижимали к земле голову ребенка. Человек упал рядом с убитыми, успел упасть живой с живым ребенком, их заливает ужас, заливает кровь мертвых. Не двигаться, не шевелиться, что бы ни происходило!.. Но ребенок, он хочет встать, сейчас он заплачет, закричит! И его держит, прижимает к земле рука отца или матери, просит, умоляет молчать, не звать смерть… А смерть уже подошла, смотри! в упор, целится. Стреляет в головку ребенка – и в руку, которая защищает, прячет круглую теплую, как летняя земля, головку…

Благодаря таким авторам как Алесь Адамович ужасы войны остаются в памяти людей. "Хатынская повесть" - это произведение о том, что нельзя забывать то, на что способен фашизм и какой ценой дается победа над ним.