Отзывы о книге Jerusalem

Ни обложка, ни аннотация не предвещали ничего сложного, но оно-таки накрыло! Книга религиозная, но абсолютно в неожиданной манере. Есть там не только место религиозному чувству, но и любви к родным местам, искуплению, любви, сильным характерам. Сельма Лагерлёф как-то умудряется из всего сделать притчу, а в том месте, когда ждёшь от неё морализаторства, оказывается улыбка и доброта, при том что писательница довольно жестока к своим персонажам и склонна подвергнуть их то внезапной смерти, то болезни, то другим злоключениям. Самое главное в книге - очень узнаваемый и неповторимый стиль. Её мир напомнил мне повествование Бажова - и легенда, и притча, и этакий постоянный прищур ироничный. Просто бесполезно пересказывать сюжет, книгу надо просто взять в руки и понять, подходит или нет, и совсем неважно, что Вы не готовы читать о крестьянах, сектантах, сельских пасторах, кузнецах и проч., мне кажется, она и о выборах в парламент могла написать живо и интересно, со свойственной только ей интонацией.

"ИЕРУСАЛИМ" ФИЛЬМ БИЛЛЕ АУГУСТА.

И не повернув Головы кочан. И чувств никаих Не изведав, Берут, не моргнув, Паспорта датчан. И разных прочих шведов. Маяковский "Стихи о советском паспорте"

Первые три ассоциации со Швецией? Квартет "ABBA"; шведская модель социализма; шведская, хм, семья. Три характеристики ментальности: музыкальность; высокий уровень коллективной ответственности; сильное религиозное чувство. Это из какого пункта такой спорный вывод, из третьего? А хоть бы из него. Когда люди просто хотят трахаться с кем попало, они не делают этого, декларативно создавая семью. Ибо, она всегда уровень ответственности, на порядок выше индивидуального. Ты добровольно берешь на себя обязанности, поступаешься личными интересами в пользу тех, с кем соединен узами и опорой тебе только любовь. Бог есть любовь и Бог есть добровольное служение.

О чем мир представления не имеет, так это о близости шведов к природе. Осторожном и уважительном партнерстве. Христианство сродни язычеству. Магия всюду: в кусте шиповника; в блуждающем ручье. которого не найдешь на прежнем месте; тролльи девы предлагают себя в жены христианским рыцарям, а горный король соблазняет селянку; ведьма-мачеха обращает пасынка вервольфом с заклятием: "Не стать тебе человеком, покуда не изопьешь братней крови"; летит по небу Дикая охота.

Книга, в основе фильма пронизана этим сплавом христианства с язычеством. "Иерусалим" Сельмы Лагерлёф - роман о сектантстве (в том числе), но рассматривать его, как рассказ только об этом, все равно, что назвать "Диких лебедей" пособием по плетению рубах из кладбищенской крапивы. У режиссера Билле Аугуста дар со знаком "минус" - выхолащивать самые яркие и яростные романы, какие попадают в поле его зрения. Так было с "Домом духов" Исабель Альенде, так здесь.

Прямой наследник Прокруста, он берет потрясающей красоты историю, укладывает ее на кушетку примитивно-механистического фрейдизма:

"правая нога хрясь, и пополам, левая - хрясь и пополам".

И вот уже перед нами не чудесное кружево, сплетенное из родовых заклятий; мистических прозрений; преступлений, наказаний и искуплений (которые не одно и то же, что наказание); из подлинной веры и суеверий, и самообмана; из самопожертвования и нежности, и любви. Но несколько истеричных баб и кучка дебиловатых мужиков, которых обмануть - что два пальца об асфальт.

"Сектантство - плохо" - говорит режиссер. И мы согласны. Но этого эффекта можно было добиться написав те же слова на плакате и выйдя с ним на улицу. Или перетяг над трассой М5 натянуть (точно, большее количество людей увидело бы). И вовсе не обязательно вбухивать в гениальное прозрение четыре с половиной ляма баксов. Это, конечно, в десять раз меньше, чем понадобилось херру Аугусту, чтобы тремя годами раньше убить книгу Альенде, но в Швеции, да без звезд, снимать и подешевле выходит.

Сонерма Ингмарссонов (не ферма, а "земля сыновей") в романе - примерно то же. что Тара в "Унесенных ветром". То, за что необходимо биться до конца, основа и смысл бытия. Ингмар - имя не случайное, оно как наше "Игорь" прочно завязано с руной "ингуз" - имущество, сохранение и приумножение, сбережение. Сонерма для Ингмара больше, чем земля - это ось, вокруг которой вращается жизнь всей общины, Ингмарссоны веками самые уважаемые люди в округе. Трагическая гибель отца при спасении чужих детей, сиротит и обездоливает его собственного сына и это начало тяжких испытаний, которые положат в итоге конец двум родовым проклятиям.

Почему ни слова об истории Ингмара старшего. Самый уважаемый жених округи берет невесту из хорошей семьи, откладывая бракосочетание до момента, когда можно будет сыграть широкую свадьбу. А пока они просто живут (и никого не смущает, оказывается, такие вещи в XIX веке в порядке были). Девушка рожает и (ручаюсь, вы такого и вообразить не могли) удушает незаконнорожденного младенца от нелюбимого, за которого, не спросив, отдали. Идет в тюрьму, а по выходе, должна отправиться в Америку, с глаз долой - семья ее знать не желает. Муж встречает у ворот, везет домой и живут они во взаимной любви и уважении многие годы. Это он, тот парень погибнет много лет спустя, спасая детей.

И Барбра, на чьей семье многие поколения проклятие: девочки рождаются здоровыми красотками, а мальчики слепые идиоты. Это не ее истеричные домыслы, но, тщательно скрываемая ото всех и всем известная (как водится), правда. Была предыстория и у этого, да пересказывать долго. Она не из глупого каприза за Гертрудой любимого мужа посылает, но в надежде не нести дальше проклятие семьи.

Гертруда - алмаз чистой воды. Из таких святые подвижницы или героини, как Жанна д`Арк получаются. или великие сказочницы. И встреча ее с Иисусом возле блуждающего ручья: ее, доведенной чередой фуриозных видений после предательства любимого с публичным унижением до грани самоубийства. Встреча - потрясающей красоты эпизод религиозной экзальтации, излечившей разорванную в клочки, душу. А нам что показывают? Коленопреклоненную женщину, которой мужик, старым как мир движением, кладет руку на затылок. Он что своей головой думал, режиссер, выстраивая мизансцену?. Христос в видении Гертруды прошел мимо, не коснувшись девушки.

И так весь фильм. Снизить, сколько возможно, пафос; вынуть жизненно важные детали; кое-как сляпать из разобранной царской колесницы кривой шарабан и куда-то уж ехать. Вопрос: зачем?

Никогда бы не подумал, что это Сельма Лагерлеф написала о путешествии Нильса на гусях. Книга совершенно другого плана, заставляющая читателя глубоко задуматься о морально-этических ценностях, понятиях добра и зла, которые сейчас так изменились по сравнению с периодом, описываемом в романе. Главное же в нем, это отношение к религии и христианским ценностям, готовность людей к самопожертвованию во имя религии. Благодаря этому роману познаешь жизнь Иерусалима того времени, городские достопримечательности и связанные с ними легенды и мифы, нравы и обычаи людей, живущих в этом священном городе, отношения между людьми различных религиозных верований. И, конечно, одной из движущих сил, руководящих поступками основных героев, является любовь. Через ее призму проявляются их характеры поступки.

Говорят, порой нужно прочитать сто книг, чтоб найти ту, которая действительно нужна тебе. Для себя я нашла такую. В ней есть что-то такое, чего невозможно описать, вот даже сейчас сижу и не могу собрать слова в предложения, чтобы рассказать о ней… Наверное, нужно просто её прочитать…

У каждого есть выбор, как поступить, и каков он будет правильным или нет… справедливым по отношению к себе или к тому, кого мы любим… И то, что мы хотим, всегда ли является верным, и то что является верным всегда ли совпадает с нашим желанием…

Начинается произведение с того, что муж не знает как ему поступить, его жена задушила собственного ребенка, как только его родила… Такое невозможно простить кричали все вокруг…. Семья в позоре… Или же ты мудр и знаешь как поступить…. Совесть, а если её слышат, это совсем не значит, что её слушают….

Я не знала, о чем эта книга. Представляла, но очень смутно. Не знала чего ожидать от автора, ведь я была знакома с Лагерлёф только по детской книге и советскому мультику. Я могла ожидать книгу, полную нравоучений и религиозных наставлений (Иерусалим же!), но получила нечто большее... Сразу хотелось бы отметить, что книга завораживает и увлекает. Не многие детективы могут похвастаться такими сюжетными поворотами. Лагерлёф мастерски выписывает и природу, и человеческие характеры, как они есть. Очень живописно, с большой любовью: и зеленую Далекарлию, полную сказочных фей и шведских легенд, и Иерусалим, сжигаемый религиозными распрями. Я верю в такой Иерусалим и такую Веру, расцветающую среди нищих кварталов, бедняков и прокаженных, с потрескавшимися стенами и унылыми видами. Ведь совершенно не обязательно, и скорее всего даже вредно, насыщать веру атрибутами, единственная цель которых украшательство. Настоящая Вера не нуждается ни в архитектурных изысках, ни в золотых крестах, etc, etc. Настоящую Веру носят в сердце, внутри, а не снаружи. Отдельной любовью я прониклась к Ингмару Ингмарсону и с настоящим трепетом следила за его жизнью. Впервые в повести он появляется молчаливым умным мальчиком, вынужденным покинуть родовую усадьбу. Только одна его любовь к родной земле достойна уважения. Правда, я испытываю некоторую неловкость от мысли назвать эту любовь патриотизмом. Это что-то гораздо более светлое, без гимна на фоне развевающегося флага. Любовь крестьянина к своей земле. Владелец Ингмарсгорда по праву зовется Ингмаром-старшим, и, живи я в Далекарлии с маленькой дочкой, я бы тоже говорила ей "Поклонись, это Ингмар Ингмарсон из Ингмарсгорда", проезжай он мимо нас в своих старых санях. Это человек, который добивается своего, следуя зову предков и совести. Ингмару предстоят тяжелые испытания в Ингмарсгорде и Иерусалиме ради родной земли и любви.

Необычная сага, глубокая, живая и настоящая. Здесь парадоксальным образом пересекаются Швеция и Иерусалим, христианство и ранний коммунизм, альтруизм и коварство. А Святая Земля, вопреки ожиданиям, пробуждает в людях худшее — и собирает обильную жатву пламенных идеалистов.

Прочитала за одну ночь, плавно перетекающую в утро. Не читала - жила. Полный эффект присутствия. Это я шла утром за плугом, вдыхала аромат свежих булок и славного кофе. Жила с мужем-алкоголиком. Сеяла и пахала. Пряла, ткала и пекла хлеб. Страдала от малярии и жажды. Боролась с доносами и несправедливостью. Дышала историей и искала свой путь к Спасителю. И постепенно Иерусалим становился плотью от плоти моей, а я — его порождением. Это было неожиданно и поразительно близко. Это были далекие и чужие шведы, и в то же время - это была я.

Это полный эффект 5D. Причем объемность и реалистичность и в пространстве, и во времени. И это абсолютно потрясающе.

События в книге разворачиваются неторопливо, с внутренней логикой и достоинством. В первой части мы знакомимся с героями в их родной шведской деревне, с ее зелеными равнинами, бурными реками и густыми лесами. Плоть от плоти родины. Здесь женятся и умирают, поддерживают веками заведенные порядки и пытаются быть лучшей версией себя. Верят в Спасителя и любят родную землицу. А по воскресеньям ходят в церковь. Реальное и нереальное, христианское и языческое здесь соседствуют. Напоминает "Сто лет одиночества". Ингмар сын Ингмара сын Ингмара сын Ингмара, и так далее — ныне, и присно, и во веки веков. Никому не вырваться из замкнутого круга. Да и нужно ли?...

Во второй части герои оказываются в Иерусалиме, на территории, называемой американской колонией, — в самом сердце Святого города. Совершенно чуждые пейзажу. Иерусалим, в который они переезжают, ненавидит и убивает. Ощетинившийся Иерусалим, дышащий жарой и пороком. Клевещущий Иерусалим, отторгающий своих преданных детей. Лицемерный Иерусалим, где католики ненавидят протестантов во славу божию. Иерусалим-город из осязаемого камня, неудобный для жизни, грязный и больной .

Хотя у Иерусалима Лагерлеф есть и другая сторона - библейская и мистическая, где тысячелетние холмы ведут жаркий спор о первородстве, и где сама природа начинает (наконец-то) помогать праведникам, именно здесь герои Лагерлеф начинают хождения по девяти кругам земного ада. Альтруисты-коммунары-мученники. Современный апостолы, которые множат добрые дела во славу Спасителя. Причем их отвергают все, даже свои. Но именно это столкновение с реальностью и есть их путь. Поэтому Иерусалим у Лагерлеф - не просто избранная точка на карте. Пусть здесь каждый камень и может поведать о великих, ступавших по нему. И пусть именно здесь закончил свой земной путь Спаситель. Иерусалим — это пространство для трансформации. Иерусалим-Солярис. Город, где каждый проходит сквозь отчаяние, боль, разочарование, встречу со своими темными сторонами. И меняется. Или умирает.

Этот образ неожиданно перекликается с "Градом обреченным" Стругацких ... Несмотря на пропасть во времени, героях, идеологии, обе истории рассказывают о Пути Героя. Где место действия, будь то вымышленный "Эксперимент" или реальный Иерусалим, — фон для духовного становления. Где заранее заданы точки кризисов, утрата ориентиров, разочарование, поиски Храма и — Трансформация. Где главное — не терять Веру, ни внешнюю, ни внутреннюю. И... — оставаться немного детьми.

При этом история, положенная в основу "Иерусалима", если погуглить, — абсолютно реальна, хоть и подана под густым соусом магического реализма. Возможно поэтому, в отличие от своих латиноамериканских двойников, стертых с лица земли, в отличие от "Града", где лишь двое вышли из "матрицы", "Иерусалим" вселяет надежду, что Вера и сила духа побеждают. А те, кто выжил, поднимаются над своим слабостями, завистью, мстительностью и привязанностью к земному. Разрывают замкнутый круг. А в этом и есть долгая дорога в Землю Обетованную. К духовной чистоте. К себе.

Иерусалим - поднимись над земными желаниями.

Послесловие Американская колония, описанная Лагерлёф, действительно существует в Иерусалиме и по сей день — ныне это отель, управляемый потомками тех самых шведских переселенцев. В 1972 году одна из улиц города была названа в честь Сельмы Лагерлёф — это стало данью её влиянию не только на литературу, но и на дальнейшее развитие Святой Земли.

Книга отличная, жаль ее еще мало, кто прочитал, я и сама случайно наткнулась и тут же заказала. Немного напоминает 100 лет одиночества, тем, что у мужских героев одни и те же имена из поколения в поколение. Даже трудно сказать, чем берет за душу это произведение, скорее всего, некартонными персонажами, ни про одного нельзя сказать, что вот положительный герой, а вот этот отрицательный, в каждом намешано и добро, и зло, как и бывает в настоящей жизни. Не всегда понятно, чем руководствуются герои, насколько они адекватны, что им кажется, снится или происходит на самом деле. В книге много религии, но она не напрягает, просто каждый ищет в этом мире свой путь и образ жизни, который ему подходит. И не очень понятно, в какой момент человек ближе к богу, на лоне природы, в церкви, в игре, в изучении святых текстов, в болезни, в здравии, в молитве или песне, во сне или наяву, на Святой земле или на родине. В любом месте, а где именно может подсказать только внутреннее ощущение умиротворения и счастья, так прислушайся к себе.

Для меня эта книга оказалась не только долгожданным знакомством с автором (кроме как "Путешествие Нильса" фамилия Лагерлеф мне мало о чем говорила), но и с шведами, их бытом, жизненным устройством, их твердым и сильным характером, их верой в Бога (пусть и в нетрадиционной для Швеции религиозной "колонии", как они сами себя называли).

Роман простой и сложный одновременно. Извечные темы - предательство или воля Божия, доверие к Богу или вера в суеверные народные обычаи, зарождение настоящей любви между совершенно чуждыми людьми, самопожертвование, высота духовных подвигов, главенство и верховенство взаимоуважения и милосердия, вера в промысл Божий, достоинство и честь, благородство рода - из книги в книгу затрагиваются самыми великими писателями человечества. Не прошла мимо этих аспектов и Сельма Лагерлеф. И уж очень удачно и аутентично у нее удалось это. Любовь к Богу и любовь к человеку, выбор между ними, поиск Бога и обретение веры в него - все на страницах книги.

Знатокам религий и любителям Святой земли будет интересно прочитать об Иерусалиме, о Святой земле и связанными с нею библейскими событиями. Писательница обладала достаточными знаниями в этом вопросе, потому как весьма познавательно описала центр религиозного мира и жизнь северных шведов в нем. Тема эмиграции (в Иерусалим) и любовь к родине (к Швеции) особенно затронуты в романе. Возможно, все эти моменты были близки С.Лагерлеф, коль так много места в романе она уделила им. Отдельно хочется отметить диалог двух святынь иерусалимских, Храма Гроба Господня и мечети Омара, так долго спорящих между собой на страницах романа, и не находящих того единения между религиями и между людьми, о которых так часто повторяла писательница словами основательницы колонии гордонистов.

Язык повествования в романе (или работа переводчика) показался не совсем удачным, сюжет также не был слишком интересным и оказался достаточно предсказуемым. Но, тем не менее, роман заслуживает высокой оценки, так как несмотря на некоторые недостатки, роман получился добротным, эдакой тяжеловесной, хорошей сагой, даже не семейной, а родовой.

Многие знают такую писательницу – Сельма Лагерлёф, автора Чудесного путешествие Нильса с дикими гусями, но не все знают эту писательницу, как автора восхитительных семейных саг о жизни шведских крестьян, и как первую женщину, получившую Нобелевскую премию по литературе. Иерусалим - история о жизни, о людях и о вере. История, даже не отдельно взятого большого семейства, но целого селения; история, в которой каждый играют свою значимую роль. Эти люди на первый взгляд совсем просты. Вся их жизнь сводится к возделыванию земель и постройке все лучших домов и сараев. Они свято чтят традиции и семейные устои, твердо стоят на своей земле, врастая в нее корнями. Они неразговорчивы и угрюмы. Но стоит взглянуть на них с другой стороны, коснуться вопроса веры и все оказывается не так уж и просто. Образы простых крестьян тут же обретают сложность и глубину, их размышления затрагивают очень сложные темы, а поступки становятся не такими прямолинейными. Что заставляет этих приверженцев консервативных взглядов на жизнь покидать родные земли, родовые имения, отрекаться от родителей и детей, совершать безумные поступки. Очень глубокая и духовная книга. Но советовать ее всем не стоит. Во-первых, жизнь скандинавских крестьян и их характеры очень своеобразны и нравятся далеко не всем. Ну а во вторых, в книге очень много религии и вопросов нравственности, что остановит еще большее количество читателей. Если это вас не пугает, то обязательно прочтите эту книгу, в противном случае – не стоит. Вопросы и проблемы, которые поднимаются в этом романе, вечные и очень сложные, впрочем, как и любые вопросы, касающиеся веры. Об этом романе можно разговаривать много и долго, но лишь с теми, кто разделяет твои взгляды или теми, кто очень лоялен к различным точкам зрения. Это очень «личное» произведение, которое надо читать, перечитывать и размышлять о нем наедине с собой.

Шведская деревня, где все знают друг друга, и их отцы знали друг друга, и их деды. Есть в деревне фамилии уважаемые , такие как Ингмарсоны, про которых говорили, что они живут на земле так долго, что знают волю Божью. А это ведь накладывает отпечаток на каждого старшего мужчину в роду. Он должен быть не хуже, а в чем-то даже и лучше своих предков, чтобы не посрамить имени. А жить по воле Бога, оказывается, ох, как не просто. Зачастую ты должен буквально пожертвовать своим счастьем, чтобы чувствовать, что ты поступил по совести. Есть в деревне и другие, менее примечательные люди, но это не серая масса, а каждый из них – личность со своими радостями, горестями, победами над собой и поражениями. И каждый из жителей деревни верит в Бога, но оказывается, что и Бог у каждого человека может быть свой. В деревне произошел раскол на почве религиозных убеждений. И вот, повинуясь воле Бога, часть жителей деревни отправляется в Иерусалим, чтобы там, на Святой земле посвятить себя служению Богу. Для этого они должны оставить землю, которую обрабатывали их предки, разлучиться с теми, кого они любят, отрешиться от любой собственности. Все это очень тяжело, но каждый сам волен определять, на что он положит свою жизнь. Жизнь в священном городе так не похожа на жизнь в шведской деревне! Другой климат, другие люди, другие религии, другой образ жизни. Все это переживается переселенцами очень тяжело, некоторые из них умирают, не выдержав перемен, но никто не ропщет, потому, что таким был их выбор. Какая-то удивительно простая и светлая книга. Каким-то образом Сельме Лагерлеф удается так просто рассказывать о сложнейших вещах – вере в Бога, сложнейших выборах, которые определяют всю дальнейшую жизнь и даже смерть, способности поступать в соответствии со своими внутренними убеждениями, каким бы сильным не было давление извне, смирении, с которым следуешь своим путем, даже если это тебе совсем не нравится. Появилось желание жить сердцем, как герои «Иерусалима», и разобраться, наконец, в себе – что во мне от ума, и в чем же он, промысел Божий, в отношении меня.