Цитаты из книги Старинные психопаты

Военному всё смелее.

Впрочем, дьякон попробовал произвести обозрение личности: он прошёлся к выходной двери вагона, мимо самого нигилиста, и, возвратясь, объявил потихоньку, что весьма ясно приметил «рукава с фибрами», за которыми непременно спрятан револьвер-барбос или бинамид (динамит).

Одно находили на лошадях лучше, что можно ехать в своей компании и где угодно остановиться. – Ну, да ведь здесь компания-то не навек, а на час, – молвил купец. – Однако иной если и на час навяжется, то можно всю жизнь помнить, – отозвался дьякон.

– Чего это вы на меня так смотрите? Тот отвечает: – Я на вас вовсе никак не смотрю, я чай пью. – А-а! – говорит воитель, – вы не смотрите, а чай пьёте? так я же вас заставлю на меня смотреть, и вот вам от меня к чаю лимонный сок, песок и шоколаду кусок!.. – Да с этим – хлоп, хлоп, хлоп! его три раза по лицу и ударил.

Знал я её за женщину прекрасной честности, да и горе её такое трогательное, – думаю: отдаст или не отдаст – господь с ней, от полутораста рублей не разбогатеешь и не обеднеешь, а между тем у неё мучения на душе не останется, что она не все средства испробовала, чтобы «вручить» бумажку, которая могла спасти её дело.

– Это ваш чудотворец всё напутал, с него и взыскивайте. – Какое же с него взыскание! Он праведник. – Ну, а если праведник, так и молчите.

Оставили старики эту просительную записочку и пошли домой весёлыми ногами.

— Так-то, благодетель мой, — похлопав меня по плечу, дружески заключил Степан Александрович, — век идеалов прошел. Нынче даже кто и совсем по-латыни не знает, и тот говорит suum cuique... ——————————————— Каждому свое (лат.).

Любовь ведь – это по нашему женскому ведомству – мы ее замечаем и видим в самом зародыше.

Это у нас прификс такой, с которого мы уступать не желаем и больше не берём.

Только между старинными чиновниками бывали отчаянные доки.

Всё равно - какая бабушка ему ни ворожила и всё на милость преложила.

Ко всему легко относился… даже по постам скоромное ел… и притом, слышат они стороною, будто он и червей и устриц вкушает. А жили они все в одном доме и часто сокрушались, что есть в ихнем купеческом родстве такой человек без веры. 

Вечером я их видел в театре в ложе с слишком красивою и щегольски одетою женщиною, которая наверно не могла быть ни одному из них ни женою, ни родственницею и, по-видимому, даже еще не совсем давно образовала с ними знакомство.

Как это - иностранцам-то?.. Э, нет, батюшка, нет, — не продам! Нет, батюшка, и так у нас уже много этого несчастного разлада слова с делом. Что в самом деле баловаться? Зачем нам иностранцы? Если мы люди истинно русские, то мы и должны поддержать своих, истинно русских торговцев, а не чужих. Пусть у меня купит наш истинно русский купец, — я ему продам, и охотно продам. Даже своему, православному человеку уступлю против того, что предлагают иностранцы, - но пусть истинно русский наживает.

....в одну минуту увидел и готов обрешетиться на всю жизнь.