Цитаты из книги Ведьма, мы-же-на-ты!

– Сгинь, ведьма! – меж тем, приходя в сознание, прорычал сидевший на скамье и прислоненный спиной к стене супруг. Была бы я послушной кроткой женой, непременно так бы и поступила: отскочила, мышкой юркнула за дверь и затихла. Ибо больно уж у пепельного вышел посыл угрожающим. Но я была ведьмой. И мало того, дочерью своего отца, а того куда только не посылали. Чаще всего в пекло к демонам! А он оттуда всегда возвращался, загоревший, отдохнувший, еще и с кошелем золота. Так что… – Чтобы я ушла, мне надо не «сгинь» говорить, а минимум «сдохни»! – просветила я болезного муженька, призывая силу. – Полагаю, что при этом по правилам хорошего тона нужно еще держать наведенный на тебя арбалет? – прошипел сквозь стиснутые зубы пепельный.

Ρаненый зашипел. – Потерпи, - шикнула я, не отпуская проклятия. – Ты не предупредила, что будет не просто больно, а мучительно, – проворчал супружник и добавил: – Лучше бы ты тянула из меня деньги, как всякая приличная жена… – А я приличная ведьма,так что тяну проклятия. – Я думал, что темные их только насылают, – прошипел муженек. – Я и наслать злословие могу, – оскорбилась я. – Да послать кого следует, куда следует , если надо. И даже без магии! – Почему–то я в этом даже не сомневался, - хмыкнул супружник.

– Простите-извините, – затараторила Маук, оправдываясь, – я тут на кухню шла, а дверь открыта. Не хотела вам мешать. Не знала, что туточки ещё мужчина есть, - пискнула она и исчезла. – Это не мужчина. Это муж, – произнесла я. – Ой! – пискнула еще раз Маук и,точно шустрая полевка, шмыгнула в коридор, даже дверь не закрыв. Я повернулась к пепельному,и мы с Рангером посмотрели друг на друга. – Значит, я не мужчина? – провокационно приподняв бровь, уточнил пепельный. – Я хотела сказать, что ты не какой-то сторонний мужчина, а узаконенный…

Так что, вернувшись к своему раненому, я решительно выдохнула: – Οткинь одеяло! – Только не говори, что будешь требовать с меня сейчас выдачу супружеского долга, - хмыкнул Ран и приоткрыл один глаз. – Долги нужно отдавать с утра. Α после обеда или на ночь – плохая примета: деньги водиться не будут. Я же, знаешь ли, последние очень уважаю, привечаю и всегда жду к себе в гости. Так что, увы… сейчас меня интересует в тебе лишь одно. – Платежеспособность? – деловито спросил пепельный и, открыв оба глаза, посмотрел на меня внимательно и пристально. – Из способностей у тебя пока в основном двигательные, да и те сильно ограничены, - не смогла удержаться от шпильки. - Так что нет,интересует меня не они, а проклятие. Нужно его вытянуть.

Пока каша медленно томилась на огне, я добавила остатки молока и меда, чтобы придать сладости. Так что в итоге каша получилась нежной, как первый снег, и вкусной. И я даже ей гордилась. Ровно до того момента, как принесла миску с варевом проснувшемуся Рану. Тот, к слову, выглядел куда лучше вчерашнего. Муженек придирчиво посмoтрел на мою стряпню и, как всякий больной, а потому капризный мужчина, произнес: – Хочется мяса, а не каши… – Для этого ты, милый супруг, ошибся семьей, - мило ухмыльнувшись тоном «у меня даже ежи не выёживаются, а то в супе окажутся», отозвалась я. Пепельный в ответ мрачно заработал ложкой