Отзывы о книге 金閣寺

В книге много размышлений о Красоте, Прекрасном, Добре и Зле. Сначала это заинтересовывает, этим проникаешься, но чем глубже уходишь в эти размышление, тем менее понятно всё становится. Я так и не понял до конца, почему Мидзогути постоянно тянется ко злу. Сперва это было понятно, потому что он хотел проверить, возможно ли чистое и незамутнённое зло. Но после этого-то зачем? В какой-то момент он и сам перестаёт это понимать.

Из-за этого произведения я теперь сам не понимаю, что такое Красота. Похоже на чтение Бодлера, который восхищается мёртвой лошадью. То же о добре и зле. Это всё-таки внутренние потуги души или просто собственный выбор к какой стороне примкнуть. Может это вообще история об одержимости Храмом, который вечно появляется перед глазами и не даёт спокойно жить.

Возможно, я просто как-то неправильно читал, но у меня осталось больше вопросов, чем ответов.

Для меня всё было совершенно очевидно: мои чувства тоже страдают заиканием, они всегда запаздывают.

Пока я пыхтел и заикался, он брал мои мысли, выворачивал их наизнанку и являл в таком виде миру. Благодаря поразительному этому превращению я постиг одну вещь: нет различия между чувством наиблагороднейшим и наиподлейшим, эффект их один и тот же, и даже желание убить неотличимо от глубочайшего сострадания.

Калеки, по-моему, чем-то похожи на красивых женщин. И те и другие устали от вечно обращённых на них взглядов, они пресыщены постоянным вниманием, они затравлены этим вниманием и открыто отвечают взглядом на взгляд. Кто не отводит взгляд, тот выигрывает.

Мне хватает и самого факта моего существования. Более чем. Я вообще думаю, что беспокойство по поводу смысла жизни – это роскошь, позволительная тем, кто не в полной мере ощущает себя живущим на белом свете.

Мир может быть изменён только в нашем сознании, ничему другому эта задача не под силу. Лишь сознание преобразует мир, сохраняя его неизменным. Вселенная навсегда застыла в неподвижности, и одновременно в ней происходит вечная трансформация… человеку для того и дано сознание, чтобы вынести все тяготы жизни. Зверю подобное оружие ни к чему, он не считает жизнь источником тягот. Это прерогатива человека, она и вооружила его сознанием. Только бремя от этого не стало легче.

Много лет назад я написала выпускное сочинение по этому произведению и тогда, в 17 лет, безусловно поставила бы ему 5 из 5 баллов. А сейчас... то ли краски стали тусклее, то ли Золотой Храм уже не так красив среди меня, но унылый японский Раскольников скучен, а его размышлизмы читать мне было тоскливо и депрессивно. Вот это вот все - тварь ли я дрожащая или право имею.... скукотища. Страдал, страдал, пошел сжег. Нет чтоб мужик сказал, мужик сделал! Надо было сжечь его еще в первую неделю службы в храме, был бы экшн. Ну да, я инфантильно хочу блокбастера, а не унылое "мне не дают девки, потому что я заика". Короче герой фу, проблемы у него от рыбы в голове, а храм -- фетиш и не достанься ж никому. Автор тоже плохо кончил. А Золотой Храм как стоял, так и стоит. Восстановленный, но тем не менее.

Сколько красивых вещей нас окружает? Для каждого ответ на этот вопрос будет свой. Для главного героя Золотой Храм представлялся самым прекрасным творением человеческих рук. Он был настолько прекрасен, что ни одно творение, ни одно чувство и ни один человек не мог бы сравниться с ним. Юноша буквально влюбился в него, в идею быть рядом с Храмом. Он хотел быть таким же прекрасным как этот Храм, но в итоге забыл свою личную ценность - ценность как человека. Жизнь этого юноши нельзя назвать легкой. В трудные моменты у него не было проводника, который бы смог помочь преодолеть ему сомнения. Не смогла помочь даже вера, которая постепенно угасала с годами. Он натыкался на неправильных людей, которые вкладывали в его голову неправильные идеи. Когда же последний луч света в его жизни угас, можно сказать, он потерялся окончательно. Возможно, если бы в определенный момент произошли бы иные события, исход получился совсем иным.

Неблагодарное это дело - писать рецензию такому как я, на такое произведения как "Золотой храм". Но сидит это во мне, ятрит. Возникает Золотой храм передо мной и освободится от него можно лишь так. Сжечь ридер не хочется. Я читал биографию Мисимы, я читал вступительную статью Г. Чхартишвили о Мисиме и "Золотом храме". Как по мне жизнь автора и роман переплетаются и повторяются. И там и там в основе лежит стремление к разрушению. Это банально, но я вижу так. Безумие молодого монаха, навязчивые видения и образы преследуют уже не его, но тебя. Ты живешь с этим. Монах сжег храм, но тебе дальше жить неся все это знание. Храм слишком велик для одноразового прочтения, слишком многогранен для однозначных выводов. Пока что я вижу лишь безумное стремление к Прекрасному и стремление убить прекрасное. Но на дне, в осадке остается трусость. вместо жертвы Прекрасного остается лишь трусливый Герострат.

As I kissed her goodbye, I said, 'All beauty must die'