Уильям Хэзлит вел активную литературную деятельность. Написал множество эссе и прочел серию лекций по английским поэтам. Его почитателями были Стендаль, Гейне, Теккерей, Стивенсон. Конечно, он не мог пройти мимо проблемы отношений литературного таланта и Публики. К сожалению, я не знаток литературного английского бомонда тех времен, но общая идея понятна. Хэзлит язвительно распекает так называемую “литературную аристократию”. То есть тех, кто является законодателями мод и мнений, любителями закатывать вечеринки и ужины и долго с умным видом рассуждать о высоком. При этом как творцы, создатели или даже хотя бы как искренние ценители таланта, они ничего из себя не представляют. Пустое место. Хотя, если посмотреть со стороны, именно эти люди и представляют собой литературный цвет нации. Они у всех на слуху. Хотя являются только паразитами и прихлебателями. Не знаю как сейчас, но в ту пору сделать себе имя имея на руках только свой талант было просто невозможно. Нужно иметь рекомендацию, авторитетное мнение, принадлежность к определенному классу. И даже если ты добился популярности и славы, век твой недолог и беспокоен.
Самые умные, так же как и самые красивые, люди живут беспокойной жизнью, кое-как перебиваясь: сперва в них видят зерна таланта, обещающие расцвести пышным цветом, а как только они начинают оправдывать ожидания, их отшвыривают прочь за старомодность; на долю их выпадают и незаслуженные ласки, и безнаказанные оскорбления. Их преследуют прихоти, злоба и грубая лесть великого стража — Публики, и в конце концов они кончают плохо, как все те, кто расточает человечеству милости и рассчитывает на его благодарность.
К счастью время всё рассудит правильно. Сейчас трудно встретить человека, мало мало знакомого с литературой, который, хотя бы не слышал имя поэта Китса. Но кто сейчас помнит тех кто
Поэт Китс не имел такой защиты — он был во власти непогоды, змея ужалила его, и древо яда уронило капли на этот западный цветок; когда продажная шайка презренных негодяев напала на него, он не мог предъявить им родословной; не располагал и имущественным доходом, посредством которого мог бы заплатить им за похвалу; не состоял в свите великого человека, не служил шутом и марионеткой лорду; он мог предложить лишь «прелестнейшие цветы этой поры — гвоздики и пестрые левкои», да еще «рута для памяти и анютины глазки — для дум»Но какое дело мерзавцам до поэта и его дара? Они разорвали его в клочья с хохотом и гнусными воплями.
Хочет дожить до 100 лет, только чтобы посмотреть, кто из современных популярных писателей, останутся в читательской памяти и будут переиздаваться)))
41 понравилось
