Цитаты из книги Светлячок

Нельзя потакать страхам, иначе придётся служить им всю жизнь.

Сон - удивительная вещь. Любой бред воспринимается как должное, особенно если твёрдо знаешь, что спишь. Во сне можно позволить себе немного больше, чем обычно.

Рука с букетом взлетела в тот же миг и опустилась на голову вконец обнаглевшего кошмара. Не лопата, конечно, но тоже сойдет! Судя по сдавленному воплю, собственный букет Доран оценил по достоинству.

Не ожидала я таких трудностей… Но правильная ведьма даже неожиданным неприятностям вежливо покажет выход и помашет на прощание лопатой.

— Ты не пострадала?! Тебя не ранили?!
   — Лучше бы спросила, цела ли русалка и сможет ли она после этого плавать.
   — Я ей всего один плавник отодрала, — смущенно пробормотала девчонка. — И, кажется, ухо надкусила… Думаешь, не сможет?

Не повезло тебе с семьей, — посочувствовала я, подумав, что моя еще ничего так. По крайней мере мои криво намалеванные портреты где попало не расклеивают. Хотя… может, еще не успели?

— У меня и заколка твоя была, — выпалил он. — Это ты же ее из моей комнаты забрала? Ты?!
   — Я, — буркнула я. — Потому как это папин подарок, да и вообще тебе она не идет.

— Нашла и познакомилась, — кивнула, нацепив на лицо любимое мамино выражение «ведьма не в духе, но у вас все еще есть шанс спастись». — А теперь, если не возражаете, пойду спать. Доброй ночи, господа.

Казалось, в копчик вгрызлась стая оголодавших комаров, и Эван, позабыв обо всем, выбежал в коридор, одержимый одним желанием: найти ведьму, которую столь опрометчиво выловил из озера. Найти — и утопить. Даже если придется тащить ее прямиком в тот демонов лес и отбиваться от русалки! Да что там отбиваться — он на коленях готов молить хвостатую нечисть о том, чтобы побрала неблагодарную ведьму и во веки веков не отпускала!

Маги, конечно, сильнее ведьм, если речь идет о прямом столкновении, но конкретно эта ведьма явно напугана, а потому опасна втройне. Как приложит каким-нибудь пакостным проклятием — за полжизни не избавишься.

— Зато мне не нравится! — буркнула я и, сверля котика взглядом, требовательно позвала: — Мурзик!
   Котенок и ухом не повел.
   — Барсик!
   Тот же эффект. Вернее, полное его отсутствие.
   — Рыжик! Пушок! Бантик! — принялась перечислять я, но ни одну кличку вниманием так и не удостоили. Перебрав еще с десяток вариантов, обреченно вопросила: — Атон?
   — Мяу! — немедленно отозвался котенок.

— Кайра, будь моей женой! — одной рукой по-прежнему прижимая ко лбу компресс, а другой подобрав букет, решительно выпалил Доран.
   — Ах! — расчувствовалась мама.
   — Э?! — растерялся папа.
   — Кхе-кхе! — подавилась шоколадкой Дейдра.
   — Засунь свои извинения, а заодно и предложение своему батюшке… в карман! — прошипела я, до глубины души пораженная такой наглостью.

— Видела бы ты себя! Щеки красные, глаза блестят… Бери этого, Кая, не беда, что темный, — перевоспитаем. Тобой!
   И прежде, чем я в полной мере осознала услышанное, под кровать нырнула, пакость мелкая!
   Сил выуживать сестру не было, я опустилась на пол, скрестила ноги и закрыла глаза. Вдох. Выдох. Спокойнее, Кайра, спокойнее.

За изящно сервированным столом сидели мама и незнакомый молодой мужчина в строгом сером костюме, смуглый и темноволосый. Отец то ли еще с работы не вернулся, то ли уже успел сбежать. В ярко-изумрудном, под цвет глаз, платье, с тщательно уложенными светлыми локонами госпожа Райна была чудо как хороша. Еще бы выражение лица поласковее сделала, а то с таким только злостных должников встречать, а не родную дочь.

Погруженная во тьму безлунной ночи комната встретила неприветливо. Ни шороха простыней, ни сладкого посапывания… Ни-че-го! Я хлопком включила свет и скрипнула зубами. Ну, хоть бы куклу какую под одеяло засунула, нахалка малолетняя! И окно бы прикрыла, а то только плаката «Добро пожаловать, воры дорогие!» над ним и не хватает.