Цитаты из книги Мериамос 1. Золотая Лисица

Кто-то, указывая на фрески и проостор, считает, что это один из скрытых храмов.

Расхаживая в белоснежном халате, она изо всех сил сдерживалась, чтобы не лопнуть от гордости. Путь мойщика колб и мензурок закончен, настало время скальпеля и микроскопа.

Кто-то вновь поднял её с земли и как куль с мукой, забросил на плечо. Лежат было неудобно, больно и она забилась, пытаясь освободиться.

- Тише, это я.

Перед глазами мелькнуло что-то оторванное и окровавленное, когда глаза сами собой зажмурились.

Неожиданно тело оторвалось от пола. Тишина только и успела, что вскрикнуть, когда её выкинули в окно.

Она видела бабушку в коридоре, что оскалившись словно дикий зверь, ползла в её сторону, шипя ругательства и волоча за собой ружьё.

От чужого Таланта, кожа покрылась мурашками и волосы на теле встали дыбом. Удушающее давящее чувство прижало её к полу, вместе со всеми обитателями дома.

Оцепенев от ужаса, Тишина видела лишь чужую мужскую руку, что упала совсем рядом.

В руках бабушки оказалось ружье. Поднявшись на одно колено, уперев приклад в плечо, она выстрелила, даже не покачнувшись. Словно мешок, сзади кто-то рухнул на пол, зацепив стоящие на комоде мелочи.

В коридоре, стоя на четвереньках показалась бабушка, она что-то сказала, но Тишина её не расслышала.

Звук бьющегося кувшина выдернул её из едва подкравшегося зыбкого сна. Бросив взгляд в окно, она увидела уже толпу, что обступала дом. Они несли в руках масленые фонари, что пятнами света выхватывали из темноты нестройные ряды чужаков, приближающихся к дому.

В момент, когда она подскочила на ноги, чтобы окрикнуть папу, загрохотали выстрелы. Тело среагировало раньше разума, и она упала на пол.

Тишина надеялась, что родители обрадуются чуть сильнее дочери, которую не видели почти полгода, но о ней едва вспомнили, продолжая водить хороводы вокруг нового члена семьи.

По двору кто-то ходил.

Оставив разочарование на потом, она устроилась в кровати, что даже пахла теперь по-другому и закрыла глаза.

Младшему брату не было и месяца, а все уже носились с ним как с золотым яйцом.

Уставшая после долгого дня, Тишина прошла в комнату, что, когда-то была детской и упала на кровать. Раньше это была её комната, но три года учебы на другом конце страны сделали её чужой. Мама убрала личные вещи дочери, переставила мебель и вернула в комнату колыбельку.