Цитаты из книги Siostra Cienia

И действительно, при обилии солнца и влаги, да еще и любовно-рачительного ухода, все в нашем саду цвело и благоухало. Эти наши утренние сеансы садоводства вместе с Па Солтом научили меня многому. В том числе и умению терпеливо ждать. Иногда, спустя пару дней после того, как мы с папой высадили в грунт наше очередное растение, я приходила на это место, чтобы проверить, как растение принялось, не пустило ли оно уже новые ростки и побеги, и, не обнаружив никаких признаков роста, а иногда и вовсе находя растение увядшим или даже засохшим, я всегда, помнится, спрашивала у отца, ну, почему оно никак не хочет приживаться на новом месте.

– Стар, – обычно говорил в таких случаях мой отец, обхватывая мое лицо своими обветренными руками, – все, что имеет долгосрочное значение и непреходящую цену, требует времени для того, чтобы укрепиться и войти в силу. Зато в один прекрасный день, когда ты обнаружишь, что посаженный тобой цветок наконец пустил отросток, ты почувствуешь себя наисчастливейшим человеком на свете. Потому что все твои старания оказались в итоге не напрасными.

За все то время, пока я осматривала полки с книгами, в магазин не зашел ни единый покупатель. Наконец я добралась до раздела с детской литературой и тут же выхватила взглядом подборку книг Беатрикс Поттер, в том числе и свою самую любимую с детства «Сказку о миссис Тигги-Винкл».

Я снова устроилась возле камина и стала листать книгу. И сразу же перед моим мысленным взором пронеслись картинки далекого-далекого Рождества, когда я была еще совсем маленькой. Помнится, в тот день я обнаружила под елкой особый подарок, который прислал добрый Санта-Клаус. А потом Па Солт усадил меня к себе на колени. И мы точно так же блаженно грелись с ним возле камина в гостиной, смотрели, как весело трепещут язычки пламени за каминной решеткой, как это всегда бывало в зимнее время, и папа читал мне вслух сказку Беатрикс Поттер. Как же мне было тогда хорошо! Как тепло и покойно… Я смотрела в окно на заснеженные вершины гор и чувствовала себя такой счастливой, такой любимой.

– Это называется жить в согласии с самой собой, – произнесла я громким шепотом. Именно этого мне и не хватает сейчас.

– Да, я так думаю. Вы, мисс, ищете что-то определенное? Или?..

– Я… Нет, ничего определенного…

– Тогда продолжайте свои поиски. Снимайте с полки любую книгу, которая вам приглянется, и читайте. Для большего удобства можете устроиться в одном из этих кресел. Как видите, наш магазин одновременно выполняет и функции библиотеки. Лично я считаю, что мы просто обязаны делиться с другими хорошей литературой. А вы как думаете?

– Абсолютно согласна с вами, – с жаром заверила я его.

– Позовите меня, если вам вдруг понадобится помощь в поисках чего-то конкретного. И если этой книги у нас вдруг не окажется, обещаю, что я смогу заказать ее специально для вас.

– Благодарю вас, – прочувствованно поблагодарила я мужчину.

Впрочем, ничего похожего на мешанку не наблюдалось. Приготовленный мною десерт скорее напоминал по своим внешним очертаниям тюльпан, который вот-вот распустится. Меренги образовали своеобразный сосуд, став основанием, на которое я выложила клубнику, изрядно сдобрив ее черносмородинным ликером, а сами меренги упрятав под толстым слоем крема шантильи. Я с замиранием сердца ожидала вердикт Маркуса. Либо он одобрит мою мешанку, и она придется ему по вкусу, либо с ходу отвергнет клубничный десерт. Вот он зачерпнул полную ложку и отправил ее в рот, пробуя блюдо на вкус.

– Великолепно, Стар! Восхитительный вкус. И сама подача блюда впечатляет. Очень креативно… Отличная работа.

– Господи, до чего же вкусно! – с благодарностью выдохнула она. – Столько скрытых талантов я открыла в тебе сегодня, Стар. А я вот могу приготовить только самое элементарное, на уровне яичницы, не более того… А уж что касается растениеводства… Думаю, мне не под силу вырастить даже обычный кресс-салат в горшке. Не говоря уже о всей этой красоте. – Алли взмахнула рукой в сторону горшков с цветами.

– А я, знаешь, в последнее время много размышляю над тем, что такое настоящий талант, – задумчиво бросила я в ответ. – Что это такое? Природный дар, который дается человеку легко, как нечто само собой разумеющееся? Вот, скажем, ты… Ты ведь много потратила усилий для того, чтобы научиться играть на флейте так красиво. Так?

– Не думаю, что очень много. Во всяком случае, на начальных этапах обучения я точно не перерабатывала. Правда потом, когда потребовалось усовершенствовать свое мастерство, заниматься пришлось много. Очень много… Днями напролет. Как мне кажется, наличие врожденного таланта никогда не может полностью заменить труд. Тяжкий труд, который уходит как раз на шлифование этого самого таланта. Ведь мало того, чтобы мелодия просто зазвучала в твоей голове. Композитор, если речь, к примеру, идет о сочинении музыки, должен уметь записать ее с помощью нот на бумаге, а потом еще и переложить для оркестра, если это симфония или, скажем, концерт. А на это уходят годы и годы напряженной работы. Но именно через такие усилия и совершенствуется мастерство. Уверена, людей с врожденными способностями рождается очень много, но если мы не поставим свой талант на службу делу, не будем целенаправленно развивать его, то никогда не сможем раскрыть все свои способности в полной мере.

Я молча кивнула в знак согласия, а про себя задалась невольным вопросом, какие же собственные таланты я уже успела безвозвратно загубить?

– А почему ты записалась на кулинарные курсы?

– Потому что очень люблю готовить! Кулинария – это для меня самое большое удовольствие в жизни. – Она широко улыбнулась. – А ты почему?

А эта женщина может разговорить любого, подумала я. Такая уж у нее специальность. И тут же мысленно приказала себе быть начеку.

– Мне тоже нравится готовить.

– Хочешь в будущем работать поваром?

– Нет. Думаю, мне нравится возиться на кухне, потому что у меня хорошо получается. Наверное, звучит немного самонадеянно, да?

– Что значит самонадеянно? – весело рассмеялась в ответ Шанти. Ее мелодичный голос невольно ласкал слух. – Разве напитать человеческое тело менее важно, чем накормить его душу? Так что никакой самонадеянности или тем более эгоизма я в твоем увлечении не вижу. И потом, по себе знаю, всегда приятно заниматься тем, что у тебя хорошо получается. Это, кстати, самым положительным образом сказывается и на результатах твоих усилий. Страсть, она, знаешь ли, всегда способствует.

Скажу лишь одно: прожив долгую жизнь, я усвоил одну простую истину. Ничто в этом мире не вечно и ничто не остается в своем неизменном состоянии. Все меняется. Не видеть этого, не понимать – значит, совершать самую большую ошибку из всех, которые может совершить человек. Перемены неизбежны, хотим мы этого или нет. Они происходят по-разному, часто приходят, не спрашивая нас. Понять и смириться с таким положением вещей – это значит обрести радость жизни во всем ее многообразии. Это значит жить и радоваться тому, что живешь на такой прекрасной планете, как наша планета Земля.

Я часто вспоминаю сейчас одну библейскую притчу, на которую постоянно ссылался отец, когда мы с ним вместе трудились в саду. Согласно этой притче, каждое живое создание должно взращиваться с момента своего появления на свет с заботой и любовью. Вот и растение. Если мы ухаживаем за ним любовно, то оно вырастает сильным, крепким и будет радовать нас в будущем много-много лет.

– А разве мы, люди, не похожи на те же семена? – вопрошал у меня отец, с улыбкой глядя на то, как я поливаю рассаду из своей детской лейки, и отряхивая со своих рук крошки торфяной смеси со знакомым слегка кисловатым запахом. – Ведь нам, как и этим семенам, нужны только солнце, дождь… И конечно, любовь. И больше ничего.