Цитаты из книги Поддай пару!

– Оказывается, – заметил лорд Витинари Стукпостуку, – ритмичный стук вагонов по рельсам приведет к моральному разложению. Так утверждает господин Реджинальд Стиббингс из Сестер Долли. – Витинари дал знак одному из темных клерков. – Джеффри, что нам известно о господине Стиббингсе? Можно ли назвать его… экспертом в области морального разложения?

Патриций, конечно, знал, что при любой перемене найдется тот, чьи чувства она оскорбляет;

Чип оказался рукастым и очень общительным, хотя Мокриц не понимал ни слова из того, что он говорил. Он приехал откуда-то из Графств и говорил такими словами, которые теоретически были морпоркскими, но на деле состояли из соломы и слога «а-ах», который принимал активное участие в каждом разговоре

В сущности, мир - это то, что происходит, пока зреет следующая война.

Это было время паровых двигателей, и паровой двигатель явился как капля дождя, упавшая точно в свою лужу, а Мойст, и Дик, и Гарри, и Витинари, и все остальные были просто брызгами непогоды.

Вчера ты даже и помыслить не мог о таком, а завтра уже не будешь знать, как без этого жить.

И помни, главное — что вы навсегда останетесь первыми. На это никто не может посягнуть.

Неизвестность всегда неизвестна, но проблема в том, что люди, которые полагаются на систему, начинают верить, что все вокруг, так или иначе,  является системой, и тогда в конце концов они становятся бюрократами.

Пока ты интересуешься людьми, они интересуются своей работой...

Сложно постичь ничто, хотя множественная вселенная полна им. Ничто странствует повсюду, вечно что-то опережает, и в великом облаке неведомого ничто стремится стать чем-то, вырваться наружу, прийти в движение, ощущать, меняться, танцевать,  познавать - попросту говоря, быть чем-то.

"Не ты ли однажды сказал, дорогой мой, что жизнь, лишенная риска, не стоит того, чтобы жить?"

В том-то и проблема. Когда ты прожил столько лет, что ненависть уже навязла на зубах, ты не знаешь, как её выплюнуть.

И Стукпостук – тот Стукпостук, который считал, что лучшие вещи в этой жизни лежат в официальных конвертах, – побежал по лестнице вниз, перепрыгивая через ступеньку, чтобы вскочить на площадку, загребать лопатой уголь, запускать двигатель, подавать свисток, вдыхать дым и сажу и быть самым удивительным из людей – машинистом.

...между разбойники и правительство столько общего, что они в любой страна могут оказаться взаимозаменяемы…

Странная красная змея на руке командора поблескивала, а сам он мурлыкал так вкрадчиво, что любое бабушкино чаепитие в сравнении с этим показалось бы бандитским рейдом.

Присутствующие нервно посмеялись, за исключением лорда Витинари, который просто посмеялся.

Я тиран, и без ложной скромности скажу, хороший тиран.

Мокриц посмотрел на сумрачное лицо патриция. Тот произносил слова «железная дорога» с такой интонацией, с какой пожилая герцогиня могла бы объявить, что нашла нечто непотребное в своем супе.

Но в человеческих умах продолжался этот вечный бег по кругу: вот новое, вот нет. Вчера ты даже помыслить не мог о таком, а завтра уже не будешь знать, как без этого жить. Вот что делали технологии. Они подчинялись тебе, но в некотором смысле всё было ровно наоборот.