
"Странно, никто не видел танца умирающей чайки. Кого бы еще спросить?"
Комиссар Сальво Монтальбано, собираясь на работу, пьёт утреннюю чашку кофе и наблюдает зрелище, никогда им не виданное, хотя его дом стоит у самого моря: рухнувшая чайка какое-то время двигается, причём не хаотично, а как-то ... изящно, вроде со смыслом. На комиссара это производит и гнетущее, и завораживающее впечатление... Правда, добравшись на работу, он почти сразу об этом забывает: выясняется, что пропал его заместитель и друг Фацио. Попытавшись собрать хоть какую-то информацию о его последних действиях, комиссар выясняет, что, по-видимому, Фацио получил сведения о важном и, естественно, незаконном, что происходит в порту... Далее:
Спешите, господа и дамы, спешите на наше представление! Сегодня или никогда, уникальная возможность, на сцене прославленная труппа Сальво Монтальбано! Может статься, факир сам погибнет от своей пиротехники, но огненное шоу запомнится вам надолго! Спешите, господа!
Дело в том, что всплывают факты, касающиеся очень высокопоставленных чиновников и их отношений с мафией. И тут Монтальбано ведёт беседу со своим внутренним голосом:
Например, скажи себе так: «Тебе пятьдесят семь, твоя карьера подходит к концу, никто не заставляет тебя заниматься заведомо проигрышным делом». Или так: «Тебе пятьдесят семь, карьера твоя подходит к концу, что ты теряешь? Вперед».
Будет ли проводиться расследование? Сможет ли комиссар спасти друга? Много вопросов, но есть и ответы, что вообще в целом свойственно итальянским детективам. А ещё Камиллери свойственно немного шутить про порядки в своей стране:
Разве в Италии что-то отправляется или прибывает по расписанию?
, а иногда и не шутить:
Рассказывают, что на флоте в Королевстве обеих Сицилий была традиция: если штиль продолжался долго, требовалось как-то встряхнуть экипаж, чтобы тот окончательно не раскис. «По команде устроить тарарам. Те, кто на носу, перемещаются на корму, а те, кто на корме, – перемещаются на нос. Те, кто в каюте, поднимаются на палубу, а те, кто на палубе, спускаются в каюту». Это бессмысленное перемещение не имело никакой цели. Так, сотрясание воздуха. Если подумать, эта флотская традиция была метафорой бюрократии. Бессмысленное перемещение туда-сюда писем и бумаг.
По-прежнему привносит долю веселья в историю незадачливый секретарь Катарелла, парнишка "недавно с гор", который очень старается, но всё ещё не может правильно услышать и записать любую фамилию или название улицы. А вот ещё момент, который меня поразил: дело происходит не в седой древности, это практически наши дни - у всех есть сотовые, где-то там маячит Евросоюз, но:
Рогоносец может полгорода перестрелять, и все будут на его стороне. Застать жену в постели с собственным братом и не убить обоих? Разве ты после этого мужик? Для присяжных Долг, Семья, Честь и Женская Добродетель – не пустые слова, скорее всего, Никотра будет оправдан.
Реально!???





