Цитаты из книги Biblioteka o północy

Здесь, в этой жизни, она выбрала такую карьеру, которой он был бы доволен, пожертвовав собственными отношениями, любовью к музыке, своими мечтами – всем, за что не дают медаль, своей жизнью.

Глупость, но вокруг было полно глупостей, и в том возрасте ты их принимаешь близко к сердцу.

– Боюсь, я всего лишь библиотекарша.
– Библиотекари много знают. Они направляют нас к верной книге. К верным мирам. Они знают лучшие места. Они как одушевленные поисковики.
– Именно. Но ты сама должна знать, что тебе нравится. Что напечатать в метафорическом окне поиска. И порой ты должна перепробовать разное, прежде чем станет понятно.

– Но это помогает понять, верно?
– Помогает понять что?
– Ну, что ты можешь выбирать варианты, но не результаты. Однако я настаиваю. Это был хороший выбор. Просто результат нежелательный.

Задумалась, сколько еще дэнов в этом мире, мечтающих о том, что будут ненавидеть, когда получат желаемое. И сколько из них подтолкнут других людей к своей иллюзорной идее счастья?

...и, думаю, ты ценишь меня, только когда меня нет рядом, а это не лучшее качество в человеке.

Он ни капли не благодарен за вселенную, в которой живет. А она так винила себя в том, что эта вселенная не материализовалась.

Если ты найдешь жизнь, которую действительно захочешь прожить, ты сможешь жить в ней, пока не умрешь от старости.

Не волнуйся. Салфетки – как жизни. Всегда есть еще

Каждый такой выбор приводит к иным результатам.

Старое музыкальное клише: у пианино нет неправильных нот.

– Думаю, твоя проблема в том, что ты боишься жизни.
Это было больно. Слова выбили из нее воздух.
– А я думаю, что твоя проблема, – парировала она дрожащим голосом, – в том, что ты винишь других за свою паршивую жизнь.

– У всех есть выбор, Нора. Есть такая штука, как свобода воли.
– Ну, ее нет, если придерживаться детерминистского взгляда на вселенную.

Она так испугалась своей внезапной смены чувств, что продолжила улыбаться, словно улыбка могла удержать ее в мире, в котором она до сих пор пребывала...

В ее голове это звучало смешнее, чем тогда, когда она произнесла фразу вслух.

Дэн хотел детей. А Нора не  очень. Ее ужасало материнство. Она боялась усиления депрессии. Ей не удавалось даже за  собой уследить, не говоря о комто другом.

В голове звенело так, будто в ней звучала симфония «Бури и натиска» Гайдна , словно призрачный немецкий композитор, запертый в ее черепе, заклинал хаос и страсть.

"у пианино нет неправильных нот " Телоунис Монк.

"Я не чёрная дыра, засасывающая всё живое и уничтожая. Нет. Я вулкан!"