Цитаты из книги Гротеск

Мне скоро семьдесят, и, оглядываясь назад, я вижу, как жестока бывает молодость. Молодежь чересчур зациклена на себе, и до других ей нет дела.

Однако за человеком, вступившим с кем-то в некие отношения, стоят еще какие-то отношения, связи с другими людьми. Получается бесконечная, уходящая в вечность цепочка. Разве это не удивительно?

Может, у меня талант? Вдруг я гений? Гений должен быть фанатиком. Без этого ничего не выйдет!

Дети будут показывать на меня пальцем: «Гайдзин! Гайдзин!» — за спиной буду слышать: «Полукровки, конечно, милые, но они стареют быстро», — одноклассники будут издеваться надо мной.

Будь это в моих силах, я поселила бы в их душах демонов.

Мицуру — белка, а я — совершенно другое. Дерево. Не цветущее, а из класса голосеменных, что-то вроде сосны или кедра. В его ветвях не порхают птицы, не жужжат насекомые, опыляя цветы. Просто одинокое дерево, живущее само по себе. Я старое толстое дерево, которое полагается на ветер. Что он дунет и разнесет по свету мою пыльцу.

Нет, подумай, чего ты просишь. Ты же никого не любишь. Ни себя, ни других. Вот тебя и гнобят.

Почему эти мужики любят молоденьких? Трахать приятнее? Ничего подобного. У молоденьких есть будущее, и мужикам, когда они их снимают, мнится, что они покупают время.

Люблю нравиться мужчинам, которые выше меня. Люблю момент, когда становится ясно, что я ему уступаю. И жду, что он меня похвалит.

Хотя есть в этом мире мужики, которым нравятся такие чудовища. Как ни странно. Хотя, может, как раз мужики и делают из нас чудовищ.

Впрочем, то, чем мы гордимся, и то, чего надо стыдиться, — две стороны одной медали.

Позови меня кто-нибудь. Обрати на меня внимание. Скажи что-нибудь доброе. Пожалуйста, пожалуйста! Я милая, хорошая, правда? Ну скажи! Шепни: давай выпьем чаю и… Скажи, что хочешь побыть со мной наедине.

В жизни кругом враги. И не надо стесняться привлекать на свою сторону союзников.

— Ну выйдешь замуж, обрастешь хозяйством… Это конец! Поражение! Ты должна бороться до конца. — Может, и так. — Ямамото наклонила голову. — Только я больше не хочу бороться.

Однако стоит только лишиться свободной ночной жизни, как распадется и мой дневной мир. Вот чего я боюсь. Но жить все равно надо. Больше всего мне мешают скачки настроения. Я должна сохранять равновесие, стать сильнее.

Усилия не имеют никакого отношения к развитию организмов, изменению их формы и физиологии в результате увеличения численности популяции. Это бесполезное расходование энергии. Почему? Потому что изменения происходят под влиянием порыва, по прихоти.

Дух, да будет вам известно, имеет темное обличье. Его лик искажен сквернословием и яростью, раскрашен в цвет ненависти, испятнан злобой. Вот за счет чего он выживает. Как укрывшийся в тени потемневший снег, который никогда не тает.

Для девчонок внешность может быть мощным оружием, чтобы показать свое превосходство над другими. Сколько бы ума, каких бы способностей у тебя ни было — все равно сразу не разглядишь. Никакие мозги и таланты не могут сравниться со смазливой мордашкой.

Если любовь лишает свободы, без неё обойдёмся.