Цитаты из книги Normal People

Литература – в том виде, в котором она предстает на таких встречах, – служит чем угодно, только не способом сопротивления.

Как странно чувствовать, что всеми твоими действиями управляет другой человек, и одновременно как привычно.

Если ты животное, то быть оленем - не худшая участь. У них задумчивые глаза и ладные ловкие тела.

The experience of writing them feels like an expression of a broader and more fundamental principle, something in his identity, or something even more abstract, to do with life itself.

It feels intellectually unserious to concern himself with fictional people marrying one another. But there it is: literature moves him. One of his professors calls it 'the pleasure of being touched by great art'. In those words it almost sounds sexual.

Even in memory she will find this moment unbearably intense, and she's aware of this now, while it's happening.

Mental healthcare professionals are always using this hygienic vocabulary, words wiped clean as whiteboards, free of connotation, sexless.

How I act with her is my normal personality, he said. Maybe I’m just a weird person.

Although he takes pleasure in seeing her look good, he feels a special sympathy with her when she looks ill or her skin is bad, like when someone who’s usually very good at sports has a poor game. It makes her seem nicer somehow.

Жизнь в родном городе, казавшаяся им такой насыщенной и драматичной, просто закончилась без всякого итога, и к ней уже не вернуться – такой же она всё равно не будет.

Наверное, я сама хочу, чтобы меня мучили... Не знаю. Иногда мне кажется, я плохой человек и заслуживаю плохого обращения.

Коннелл заранее знал, что идти на вечеринку одному — глупо, но Лоррейн сказала по телефону, что это, наоборот, здорово. Да я там никого не знаю, возразил он. А она терпеливо сказала: так никого и не узнаешь, если будешь сидеть дома.

Он затушил сигарету и вернулся внутрь, забрать куртку. А потом ушел, ни с кем не попрощавшись, в том числе и с Рейчел, которая вскоре после этого его бросила. Вот и все, а потом все разъехались, и он тоже. Жизнь в Каррикли, казавшаяся им такой насыщенной и драматичной, просто закончилась без всякого итога, и к ней уже не вернуться – такой же она все равно не будет.

Она следила, как он в другом конце класса спрягает глаголы, покусывая кончик ручки. Как в обед стоит с друзьями в другом конце столовой и чему-то улыбается. Их общая тайна лежала в ее теле приятным грузом, давила на тазовую кость при каждом движении.

Иногда она среди дня вспоминает какое-то слово или поступок Джейми, и из её тела разом вытекает вся энергия, она становится трупом, этакой неподъемной тяжестью, которую приходится повсюду таскать за собой.