Цитаты из книги Szóstka wron

- А що, як тебе тут не буде, Бреккере? Кожному відомо, що ти хребет Гаскелевої операції: поламай його - і Покидьки розваляться на шматки.
Джаспер фиркнув:
- Кишка, хребет. Що далі, селезінка?

- Що ж , у «Коуперомі» на мене чекають пиво й пательня з яєчнею, тож сьогодні помирати не мені.

- Хто відмовить бідолашному каліці в праві скористатися ціпком?
- Якщо каліка - це ти, то будь-хто, хто має хоч краплю здорового глузду.

- Жодних плакальників, - сказав Джаспер, передаючи гвинтівку Ротті.
- Жодних погребінь, - пробурмотіла у відповідь решта Покидьків. Між ними це означало „ хай щастить "

Она сделала плохую ставку. Вот так просто. Осенний листок может цепляться за ветку, но он уже мертв. Вопрос только в том, когда он упадет.

"Всегда бей туда, куда филя не смотрит". Здравая мысль, признал Матиас, даже, можно сказать, военно-тактическая.

Серце - це стріла. Йому потрібна мета, до якої можна неухильно рухатися.

Бачте, кожна людина це сейф, схованка секретів і прагнень.

Не можна чогось отримувати, нічого не даючи.

Люди кепкують із богів, поки не потребують їхньої допомоги.

Якщо всі навкруги мають тебе за потвору, тобі не потрібно гаяти час на всі ці потворні справи.

«- Мне нечего терять. Нина ответила горьким смехом: - Пожалуй твое пребывание у Вратах ада было слишком коротким, Матиас. Всегда есть что терять. »

- Ванден ольструм энд кендесорум.
''Вода слышит и понимает''
- Исен не бейструм.
''Лед не прощает''

- Это долгоносик? - спросила Инеж. - Химический, - ответил Джеспер. - Но Уайлен до сих ор не придумал ему имя. Я голосую за Уайленосик. - Это кошмарно, -прокомментировал тот. - Это гениально, - подмигнул Джеспер. - Прямо как ты.

Когда власть переходит в новые руки, кто-то непременно страдает.

Мы все чьи-то чудища, Нина.

Всё началось с бури и, в каком-то смысле, она с тех пор никогда не заканчивалась. Нина ворвалась в его жизнь с ветром и ливнем и заставила его мир перевернуться. За все это время он так и не обрел равновесия.

Джеспер никогда не знал наверняка, сколько из того, что сходило с рук Казу, было продумано, а сколько было обычным везением.

– Вот как выглядят тридцать миллионов крюге, – сказал Каз.
Джеспер тихонько присвистнул.
– Надеюсь, лодка не потонет.

Трость теперь – часть его мифа. Никто не знал, кто он на самом деле. Никто не знал, откуда он взялся. Он стал Казом Бреккером, калекой и самоуверенным парнем, подонком из Бочки.