Das Feuer

Война похожа на похлёбку. Густую, дурно пахнущую солдатскую похлёбку, в которую идёт всё, что можно: подгнившее мясцо, подмороженная картошечка, пустая трава для вкуса, случайно упавшая в кастрюлю труха с разбомбленного потолка, пыль с пола землянки, украденная костлявая курица, пополам с перьями, лишь бы всё это переварить вместе до склизкого месива, а потом запихать в луженую солдатскую глотку, абы было горячо и глоталось. Смотри, как одинаково разварились все солдаты, такие же серые и одинаковые, как подпорченные макарошки в кисловатой жиже запоздавшего ужина.

Война похожа на бешеного дикого зверя. Неважно, лис это, лесной кот или волк — перед бешенством все равны. Бешенство гонит зверя вперёд и вперёд, выдирает хриплый вой из его лёгких, заставляет жаркую пену капать с клыков. Зверь хочет напиться, но боится воды, а горячая кровь других существ не утоляет жажду, а только усиливает безумие.

Война похожа на лесной пожар, Кругом только огонь, огонь, и куда ни беги, везде только боль и смерть от удушья, жара, яркого пламени. Этот огонь не затихает, а его бесконечно жадную глотку не насытить ни живой, ни мертвой плотью. Только великая сила может остановить эту стену пламени, но чаще всего приходится просто ждать, когда она уничтожит все, что есть вокруг, и только после этого растворится в небытии.

О войне не надо писать красиво и романтично, о ней надо писать вот так, чтобы огонь со страниц книги обжигал руки и глаза, чтобы никогда никому не было повадно превращать людей в ничто. Чтобы от переплета воняло трупами, ржавой сталью кровищи и гноя, человеческими испарениями и отчаянием. Чтобы из-под обложки доносились крики о помощи, плач, лязг металла, жужжание снарядов и тихий шёпот: «Мама, забери меня отсюда».

Спасибо, Анри. Это было честно.

Этот роман рассказывает об ужасах Первой Мировой Войны. Анри Барбюс рассказывает, как это страшно, какие мысли посещают солдат на поле брани. Молодые мужчины всегда чего-то ждут: то солдатскую похлёбку, то пулю в сердце, то плохую погоду, от которой не скрыться. Мне было не по себе. Произведение значимое и сильное, но такое горькое, что невозможно выносить. Солдат, которые не хотели идти в окопы, расстреливали без сожаления. «И пока мы собираемся догнать других, чтобы снова воевать, чёрное грозовое небо тихонько приоткрывается. Между двух тёмных туч возникает спокойный просвет, и эта узкая полоска, такая скорбная, что кажется мыслящей, все-таки является вестью, что солнце существует». «Солнце существует», то есть рассказчик, несмотря на невыносимые условия, бесчисленные смерти боевых товарищей, верит, что война когда-нибудь закончится и наступит благостный Мир!

Эта книга является первым антимилитаристским романом  про Первую Мировую войну, которая начала публиковаться в 1916 году ещё до завершения войны. Примечательно, что писалась книга от лица представителя нации-победителя. Сам автор до всех событий осуждал Балканские войны, но после начала ушёл добровольцем, считая данную войну справедливой, но позже, насмотревшись на окопную сторону войны, стал ярым её противником. За книгу он получил Гонкуровскую премию, но, увы, новых войн книга не предотвратила. Хотя понятно, что одной и даже кучи книг мало.

Героев тут много: сам автор-рассказчик и разные его товарищи: Паради, Перпен, Пупарден, Блер, Капрал Бертран и другие.  Описания нередко вполне натуралистично, но и художественные описания имеются.

Описывается нехватка продовольствия, скудное питание, устройство на квартиру во время переходов, торг за алкоголь, рассуждения граждан о выгодности им войны при сдаче домов солдатам и о желании скорейшего завершения через пару месяцев с надеждой на русских. Отдельная глава посвящена яйцу, которое появилось в конце главы после натурализованных страданий, но автор ввёл его как внезапное чудо, не вводя мистики.

Есть здесь рассуждения о применении запрещённых приёмов, таких как отравляющих газов и что лучше: быть отравленным газом целым или быть разорванным на куски снарядом. Далее приводятся примеры разных ситуаций кровавого конца.

В конце в этом огне войны солдаты в бардаке который достигает апогея, где уже нередко не отличить француза и немца, настолько они похожи, солдаты рассуждают о немцах, о милитаризме, находят причину в тех, кто стоит над народами и их стравливают. Определённо рецепт понравится не всем и даже у сторонников такого метода реализация может вызывать сомнения, как и необходимость нового Огня. Но, как мне кажется, до причины автор добрался очень точно. Огонь здесь символ озарения, познания правды.

В начале книга казалась документалками с монтажными склейками, но чем дальше, тем больше начали проявляться художественные приёмы, достигнув апогея в конце. С учётом того, что книга начала публиковаться в 1916 году, то шаг очень смелый в разгар бойни. И даже несмотря на натуралистичность, ранений, контекста не было ощущения грязи. В современной литературе при её зачастую неспособности обходиться без мата даже в милоте грязи бывает куда больше.