Цитаты из книги Trybunał dusz

Сатанинская подоплека присутствует во многих преступлениях. Но в большинстве случаев это всего лишь предлог для того, чтобы дать волю извращенной сексуальной фантазии. Иные убийцы-психопаты убеждены, будто некая высшая сила пытается вступить с ними в контакт. Кровавый ритуал — способ ответить на зов. Убитые превращаются в посланцев.

Серийному убийце нравится то, что он делает. Именно поэтому он хочет продолжать свою деятельность как можно дольше. Известность не интересует его, она стала бы препятствием. Но иногда он оставляет после себя какой-нибудь знак. Не для того, чтобы сообщить, а для того, чтобы поделиться.

Рим – самая большая в мире «обитаемая» археологическая площадка. Город развивался слой за слоем, достаточно углубиться на несколько метров, чтобы найти следы предыдущих эпох и цивилизаций. Маркус хорошо знал, что даже на поверхности с течением времени и человеческих жизней нарастают слои. Во всяком месте скрыто много историй, у всякого – свое предназначение, и не одно.

Ужас тоже имеет свои градации, свой кодекс поведения.

"Позитивный взгляд на вещи заставляет нас двигаться вперёд, невзирая на превратности, на боль, которыми усеян жизненный путь. Одно неладно: за позитивностью часто таится зло."
"Когда тебе уже не к кому обратиться, последнее, что остаётся, - уповать на Бога, в которого не веришь."

Женщина всегда найдет пару минут, чтобы как следует уложить волосы,​ – сказала она. И добавила:​ – Даже когда так страдает, что ей трудно дышать

- И что теперь, ты будешь продолжать?

- Я ещё не знаю. Но если ты спрашиваешь, не боюсь ли я, что однажды чему-то удастся совратить меня с пути, я могу только ответить: "Да, боюсь",

Слишком давний срок, чтобы докопаться до истины, подумал он. Ему хватило бы и правды вместо правосудия.

— Католицизм – единственная конфессия, где предусмотрено таинство исповеди: люди рассказывают о своих грехах служителю Бога и взамен получают прощение. Но иногда вина настолько тяжела, что простой священник не может ее отпустить. Это касается так называемых смертных грехов, то есть тяжких преступлений, совершенных сознательно и преднамеренно.

– Зло, которое мы преследуем, может пробраться даже в их сердца, вот зачем. Если все прочие меры не приведут ни к чему, если ни одна из преград не устоит, кто-то должен оставаться на страже. Ты – последняя линия обороны.

...истории о серийных убийцах, которые жаждут открыть миру свои подвиги и поэтому бросают вызов тем, кто старается их остановить, не более чем сказочка средств массовой информации, предназначенная для того, чтобы привлечь внимание публики. Серийному убийце нравится то, что он делает. Именно поэтому он хочет продолжать свою деятельность как можно дольше.

... зло, единожды порожденное, порождает другое зло. Порой оно заражает безудержно, всех без разбора.

В любом человеке кроется нечто врождённое, находящееся за пределами самосознания, накопленного опыта и полученного воспитания. Искра, которая определяет человека больше, чем имя или внешность.

Сколько людей встречаются случайно, а потом расстаются, как ни в чем не бывало, не подозревая, что подходят друг другу, составляют совершенную пару?

Наши действия надлежит судить не нам. Мы можем только молиться о прощении.

- Я спрашивал себя: если я и правда священник, где же моя вера?
- И каков же был ответ?
- Что это - не просто дар. Веру нужно все время искать - Он опускает глаза. - Я ищу ее среди зла.

Есть предметы, которые привязывают мертвых к миру живых. Их полагается найти, чтобы разорвать эту связь.

– Ну, тогда приятно поразвлечься.
– В самом деле, ходишь по этому дому, и настроение повышается.
– Ага, мы все ликуем как дети, играющие в прятки на кладбище.

Желание, когда оно выходить из-под контроля, заставляет нас совершать поступки, на которые, по нашему глубокому убеждению, мы не способны.