Цитаты из книги Центр тяжести

Народ – не собственность государства, ребенок – не собственность родителя.

лучший способ убить шутку - объяснить её смысл. И точно также с будущим: хочешь убить его - распланируй жизнь на 10 лет вперед.

Из каждого технического прорыва всегда торчит милитаристская грыжа.

Что ты почувствуешь?
Именно! Счастье. И это счастье – оно и есть цель. Оно и есть произведение искусства.

Память не похожа на кинопленку, гораздо больше она похожа на бракованную книгу, книгу-уродца, из тех, что коллекционировал Грек. Чернила в ней нечеткие, и строки наезжают друг на друга, и нумерация страниц нарушена, а иногда – ты видишь чистые листы.

<...> мы поняли, что будущего нет, а значит, можно со спокойной душой жить здесь и сейчас.

На войне не так опасно, как в тени жестокого человека.

Эзоповым языком мы овладели в совершенстве, за текстами статей следим внимательно, и если и показываем кому-то средний палец, то всегда старательно маскируем его под указательный.

Наверно, в каждой технологии есть этот «вредоносный код» – они, технологии, делают мир чуть более удобным и в то же время более уязвимым, более хрупким. Технический прогресс уже давно движется по инерции, и эта инерция так сильна, что мы теперь просто вынуждены жить в ее кильватере.

Риск – важная часть произведения искусства, риск – это душа автора. Журналист, который пишет статью, зная, что ему за нее могут пробить голову, такой же художник, как и граффитист, который с трафаретами ночью выбирается на улицу, зная, что его могут догнать и отмудохать товарищи майоры.

Разноцветные капли салютов взмывали ввысь и растекались по темноте. Они все были разных цветов, но взлетали с одним и тем же звуком – «фффссссс», как будто стравливали воздух, затем – резкий хлопок, – светящиеся траектории напоминали грубые неловкие швы на брюхе неба. Кесарево свечение. На полпути один из салютов с треском расщепился на сотни мелких красных ломаных линий. И небосвод стал похож на кровеносную систему, словно в глазу у ночи полопались капилляры.

Вся штука в том, что быть умным и быть интересным – не одно и то же. Если ты можешь по памяти воспроизвести число «пи» до пятисотого знака после запятой – ты умен; и все бы ничего, но число «пи» не поможет тебе завести друзей.

Отличать правду от вымысла – часть моей профессии. Знаешь, в чем разница? Правда бесхитростна, ее не нужно приукрашивать. Когда человек говорит правду, он просто рассказывает историю, и если использует детали, то лишь для уточнения. Ложь работает по-другому. Когда человек врет, он всегда слишком старается насытить историю деталями. Лжец говорит о том, чего не было, поэтому ему без конца приходится дорисовывать и еще каждый раз проверять, верят ли ему.

Счастье. И это счастье — оно и есть цель. Оно и есть произведение искусства.

Наверно, в каждой технологии есть этот «вредоносный код» – они, технологии, делают мир чуть более удобным и в то же время более уязвимым, более хрупким.

Люди, идущие строем, всегда идут не туда. Чаще всего строем не «идут», а уходят – от здравого смысла.

Да ты почитай наших классиков - у них у всех проблемы с концовками. Это вообще одна из главных бед русских - мы ничего не способны довести до логического завершения: ни романы, ни реформы, ни дороги.

Если глаза  - это зеркало души, то ладони - карта характера.

Если ты хочешь меня оскорбить, то хотя бы делай это логично.