«Нет более высокой чести, чем стать одной из игральных карт».
Хиткрест, восславленный и престижный, жил традициями, почитатели которых следовали им всю жизнь; коль карту получил, будь добр чтить свою масть, и будет тебе тогда воздаваться сполна. В общем-то, Карточные Масти были самым обычным для подобных мест тайным обществом со своим пафосным сводом правил, несмотря на свершившееся они процветали бы и дальше, вот только что-то сильно пошло не так, и под этим “сильно” я имею в виду восхитительную Ким Стоун, которая на беду преступнику оказалась свидетельницей преступления. Азами дипломатии и проблесками эмпатии эта удивительная дама, как известно, не страдает, а посему она взяла да ворвалась энергичным и непробиваемым бульдозером в уклад школы и начала усердно копать, как бы ни противились этому власть имущие, которые неустанно повторяли, что девочка-то была проблемной, да и вообще это несчастный случай, инспектор, вы вот вообще ничего не понимаете в этих своих расследованиях... «Ким чувствовала, что если ещё раз услышит это слово при описании ребёнка, то завизжит», – и её понимаешь, визжать от поведения этих взрослых людей и правда хотелось, потому что умер ребёнок, а им было важнее замести весь сор под ковёр (типично). Кровь же тем временем продолжала проливаться, а карты – раздаваться: игра продолжалась.
«Всегда ставь свою масть и её карты превыше всех остальных», – хорошее сообщество и правила интересные... В заведениях подобного уклада и не такое разыгрывается, потому происходящее на страницах не удивило, что, впрочем, всё равно не уберегло от отвращения, ибо карты были ещё те. Сестёр Винтерс было жаль, то, как обращались с ними родители – одну дочь игнорировали и дурманили таблетками, другую вынудили сделать аборт и подделать записи, – выводило из себя, и всё ради чего? Этот вопрос в принципе звучал в голове на постоянной основе, зачем всё это, какой во всём этом смысл. Что касается личины преступника, то она была ясна чуть ли не с первых страниц, но разложившийся под финал пасьянс был столь чудовищен, что должный эффект был достигнут (а ещё этот полёт...). «Это только поверхностный слой, под которым прячется уродство», – лучше и не скажешь. Страшно, что подобное было, есть и будет, и я не столько про то, что творится в учебных заведениях (не только столь престижных, а в школах и университетах вообще, там это с меньшим размахом, но есть), главная проблема всё равно кроется в отношениях родителей и детей, в этом порочном круге, из которого выбраться могут лишь немногие. Впрочем, кому-то выпадает шанс на спасение, Джеффри встретил настоящего героя, вот только герою этому не так повезло...
Восьмой роман цикла, подумать только! Тот факт, что всего их восемнадцать и новые пишутся... это впечатляет, да. На сей раз расследование было только одно, но зато какое, да ещё этот внезапный драматичный исход, который тронул благодаря особой сухости тона, таящем в себе такую сильную скорбь... В этой серии особенно хороша именно что командная работа героев, у каждого свои умения и своё дело, каждый движет расследование вперёд, и потому потеря этой фигуры весьма ощутима; жаль, что в данном случае не сработала сюжетная броня, она бы не помешала, выбывание персонажей из таких циклов сказывается на истории очень сильно. Неплохой роман, мрачный и атмосферный, очень осенний, я провела в его компании славный дождливо-снежный денёк, ленивый и уютный. Что-то всё-таки есть в детективах Анжелы Марсонс, вот казалось бы, ничего особенного, всё было довольно очевидно, но увлекает же! И это спустя столько лет... Ну и любовь к Ким Стоун всё такая же сильная, её упёртость, чёрный юмор и сила не могут не привлекать, глядя на неё понимаешь – знаешь – что дело обязательно будет раскрыто, она просто не может иначе, она в любом случае докопается до правды, чего бы ей это ни стоило. Здорово, что хотя бы что-то незыблемо в этом буйном мире, есть в этом нечто... успокаивающее. Потому, собственно, и читаю.
«Жизнь. Анафемская. Безмятежная. Однообразная. Растоптанная. Трогательная. Но всё-таки. Жизнь». 
42 понравилось
