Цитаты из книги Karalienės sesuo

Если он перегорит, что станет со мной? Остынет и отправится к другой. Надо же ему свой хрен куда-то макать.

"Ты всегда одна из многих..."

Дух этой женщины закалён как лучшая сталь, издаёт только чистый звук.

«Я не грустная, я несчастная. Несчастная настолько, что не хочу ничего делать, только лежать лицом в подушку и плакать.»

Отрывок из книги: Грегори, Филиппа. «Другая Болейн.»

– Конечно, тебе есть что терять. Невинность, первую любовь, доверие. Может быть, даже разбитое сердце. Бедная глупышка Марианна, – мягко сказала она. – Один пытается тобой задобрить другого, а тебе достается только разбитое сердечко.

за короля выходят не для радости

— Сегодня вы очень несведущи. Разве вас не радует возвышение сестры? — Не такой ценой. – Я отворачиваюсь и иду прочь.

— Помогайте сестре, – приказал дядя. – Обеспечьте все, что нужно, для обольщения короля. Идите на любые хитрости, доставайте все, что ей потребуется, научите ее всему необходимому. Не забывайте, мы будем наблюдать, посмотрим, удастся ли вам обоим уложить сестру в его постель. Награда будет велика. Но при неудаче мы потеряем все. Помните об этом!

- Сущий ангел, – замечает Уильям.
– Змея она напудренная – вот кто, – решительно возражаю я.

Не знаю, о чем он таком говорит. Он совсем дурачок.
– Ты сказала, он тебя любит.
– Это еще не доказывает, что он не дурак. 

"Не имеет значения, кто победит, всех съедят в своё время."

(Диалог Марии с братом) — Иногда мне кажется, мы с тобой только и делаем всю жизнь, что на Анну работаем. И много ли нам за это достаётся? — Ты, мой дорогой, наследник графской короны, вернее, двух. — По мне бы лучше отправиться в крестовый поход и убивать неверных. А потом вернуться в свой замок к красотке-жене, которая от меня, храбреца, без ума. — А мне подавай поле хмеля, яблоневый сад и стрижку овец. — Ясно, оба дураки. — Георг снова прикрыл глаза.

«— Ясно дело, одна сестрица Болейн или другая — какая разница. Каждая из нас может стать королевой Англии, а семья — семья нас в грош не ставит.»

«Моя собственная семья решила — Мария должна быть шлюхой, а Анна женой.»

— Королеве небось ничем подобным заниматься не приходилось, — с негодованием произнесла она наконец. — Конечно не приходилось. — На минуту выплеснулось и мое хорошо скрываемое негодование. — Но она его дражайшая супруга, на которой он женился по любви, а мы с тобой просто две шлюхи.

Она, Екатерина Арагонская, говорит за всех нас, женщин всей страны, добрых жен, которых нельзя прогнать из-за того лишь, что мужу приглянулась хорошенькая мордашка, всех женщин, которые только и знают, что кухню, спальню, церковь да детишек, за всех женщин, что заслуживают большего, чем мужнины капризы.

Мир не настолько изменился. Командуют все еще мужчины