Цитаты из книги Karalienės sesuo

«Мы выбрали силу и власть, нам не до женщин, мы используем наше положение, чтобы утвердить законы, позволяющие навсегда удержаться наверху.»

«У нас, Болейнов, все отлично, не так ли? Я обручен, ты почти затащила короля в постель, а маленькая мадемуазель Совершенство свободна и весь брачный рынок к ее услугам.»

«— Она смотрит на меня. — Конечно. Но важнее, что на тебя смотрит он, а еще важнее, отец и дядя Говард тоже смотрят и ждут от тебя поведения, подобающего молодой преуспевающей даме. Ты поднимаешься наверх, миссис Кэри, и мы все поднимемся вместе с тобой.»

«Я — Болейн, а Болейны действуют сообща.»

«— Она, наверно, потеряла надежду, — сказал Георг. — Сколько ей сейчас? Тридцать восемь? Тридцать девять? — Всего лишь тридцать семь, — возмутилась я.»

«Я — темноволосая француженка, модная и таинственная, ты — милая, простодушная, белокурая англичанка.»

Легко ли непрерывно излучать очарование, и не только для короля, а для любого, кто посмотрит в твою сторону? Покажешься на минуту чуть менее ослепительной, чем всегда, и водоворот слухов засосет и тебя, и всех нас.

— Хочешь выглядеть такой же осунувшейся и изнуренной, как королева? — Да, у нее вид не слишком цветущий. Она что, больна? — Просто старость. — В голосе Анны звучит злорадство. — К тому же она все время пытается казаться счастливой и всем довольной. А это так утомительно.

С той минуты, как она научилась говорить, научилась и держать язык за зубами. С той минуты, как сделала первые шаги, научилась поступать осмотрительно и говорить милостиво и с богатым, и с бедным, ибо никогда не знаешь, кто тебе понадобится — бедный или богатый.

— Я не лошадь, чтобы меня щупать, — бросила Анна. — Будь у меня кобыла с вашим характером, я скормил бы ее собакам, — холодно возразил король. — Норовистую лошадь нужно уметь объездить, — с вызовом произнесла она. Мы ждали обычной бурной реакции. Долгую минуту король молчал, улыбка Анны становилась все более вымученной. — Не все лошади того стоят, — ответил Генрих едва слышно.

— Мои родственники костьми лягут ради вас, — возразила Анна. — И вы, и ваша сестрица, конечно, лягут, — быстрый как молния, вставил королевский шут.

...кто станет спорить с Папой, когда в его руке — ключи от Рая.

– Ваше величество, – произнес он со вздохом. – Я пробыл на солнце все утро, но ослеплен только сейчас.

В суде не произнесут ни слова правды, правда никого не волнует.

Только подумай, придется клясться в верности этому кусочку мяса. Однажды он может стать королем.

Есть занятия получше, чем страдать от любви.