Цитаты из книги Разрешите влюбиться

— Зачем тебе? — Беспокоюсь о твоей благонадежности. Я должен знать, с кем оставляю Серегу. Мы с ним… в общем, прикипели друг к другу за ночь. И я хотел быть уверенным, что ты будешь заботиться о нем. И… — Прочистил горло, теряясь от смущения. — И еще я желаю обсудить график посещений. Хочу с ним видеться. Девушка застыла с вилкой в руке, на которой с трудом удерживался здоровенный кусок торта. — Гай, — сглотнула, — он не наш сын, и мы не разводимся. Это просто ёжик. Я сказала, что ты можешь оставить его себе, если хочешь. — И ты так легко откажешься от Серёни?

— Ты можешь оставить ежа себе. — После недолгой паузы произнесла она. — Забота о ком-то вполне вероятно благоприятно скажется на твоем поведении. — Что? — Опешил. — Я к тому, что тебе придется кормить его и убирать за ним какашки. Это как развивающее занятие для законченных эгоистов. Ты, конечно, можешь нанять для этого специально обученного человека… — Значит, ты такого обо мне мнения, да? — Я откинулся на спинку диванчика. — Я делаю выводы исключительно по тому, как ты себя ведешь, зазнайка. — Она не выбирала выражений. — И по тому, какое впечатление стараешься о себе произвести.

— Ну, да. — Пожал плечами, глуша мотор. — Ты же хочешь получить Серегу обратно? — Хочу. — Дрожащей рукой освободилась от ремня безопасности и снова посмотрела на меня. — Так вот. Он у меня в заложниках. — Обворожительно, как мне казалось, улыбнулся ей. — И если хочешь увидеть его живым, ты должна выполнять все мои требования. Вышел из машины, открыл пассажирскую дверцу и протянул ей руку. Ежова тяжело вздохнула и выбралась из тачки, проигнорировав предложенную ей помощь: — Тогда ты должен знать. — Замялась возле входа в кафе. — Я не веду переговоров с террористами. — Отлично. — Закрыл автомобиль и повернулся. — Тогда вчера ты видела Сергея живым и здоровым в последний раз. — Указал на вход. — Прошу. Девушка напряженно втянула голову в плечи. Будто не знала, стоит ли идти или лучше остаться здесь. — Так что, видишь, я не шучу. — Набравшись наглости, взял ее мягкую ладонь в свою. — Если откажешься выполнять мои условия, получишь его по частям. — Потянул за собой к входу. — В первой посылке будет крохотный пальчик, во второй ушко. Или сразу два. В третьей иголки. Я буду выдирать их по одной и без обезболивания. — Ты ужасный человек… — Поморщилась она. От меня не скрылась ее смущенная улыбка. — В четвертой будет то самое, из-за чего Сергей больше никогда не сможет стать отцом. — Еще и извращенец… Открыл перед ней дверь и вынужденно отпустил руку. Чувствовать в своей ладони ее горячие, согревающие пальцы было чем-то особенным и захватывающим. — Десять маленьких посылочек. По одной каждый день.

— Эй!— обратился я к девчонке, которая прошла мимо. — Зовут лошадей.,— буркнула она, не оборачиваясь. Пришлось схватить ее за плечо и резко развернуть к себе. — К тебе обращаюсь! Чернявая смерила меня недовольным взглядом и дернула плечом, сбрасывая мою руку: — Ты берега попутал, мажорище? Грабли свои убери! — Как ты меня назвала? — Я наклонился к самому ее носу. Бить девчонок не входило в мои правила, но вот парень точно получил бы в табло за такие слова. — Уши с утра не почистил? — скривилась она брезгливо. — Я смотрю, вы совсем ошалели, золотые детки. — Я что тебе плохого сделал, коротышка? — Мои брови поползли вверх. — «Эй» будешь своих подружек звать, понял? А ко мне обращайся «девушка, простите, что отвлекаю». Ну, или «глубокоуважаемая» тоже подойдет.

А когда через пару минут иголочки опали, а из-под колючей брони вдруг снова показался темный носик, мне ужасно захотелось коснуться его шубки. Что я и сделал, осторожно задев пальцем спинку. — А-а! — Чуть не грохнулся опять с кровати, потому что Серега резко подпрыгнул вверх и лихо десантировался. И лихо десантировался обратно на мою подушку. — Фух, братан, мы боимся друг друга. Хочешь честно? Я овчарку Дениса так не пугаюсь, как твоих трюков. Может, договоримся? Я тебя больше пальцами не тыкаю, а ты свое холодное оружие прячешь. Лады?