Цитаты из книги Крах и восход

Иногда полезно сомневаться в святых.

Я кричала, пока сила затапливала меня, сжигала, поглощала изнутри. Я стала живой звездой. Возгоранием. Новым солнцем, рожденным, чтобы сотрясать воздух и пожирать землю. Я – сокрушение.

Каждый сломлен по-своему.

У нашей истории не будет конца

— Еще не поздно. Ты могла бы остаться. Вернуться со мной в Большой дворец. — И что я буду там делать? — Преподавать, помогать мне восстанавливать Вторую армию, валять дурака у озера?

Ни армии. Ни союзников. У нас оставалось всего три дня до встречи с Дарклингом. Мы рискнем, и если ничего не выйдет, вариантов больше не останется. Я убью единственного человека, которого когда-либо любила и который любил меня. А затем вклинюсь обратно в бой, нося его кости.

— Я рад, что Сергей мертв. Жаль только, что мне не досталась честь свернуть ему шею. — Для этого нужны обе руки. Последовала короткая напряженная пауза, после которой Адрик насупился. — Ладно, тогда заколоть его.

Не хотела разговаривать. Не хотела слышать слова утешения. Я хотела жар-птицу. Обратить свою боль в ярость и доставить ее к дверям Дарклинга.

Вот что производила Равка. Сирот. Несчастье. «Ни земли, ни жизни, только форма и пушка».

Я жаждала чего-то другого, чувства принадлежности, за которым гналась всю жизнь. Это желание похоронено в руинах часовни. Теперь я мыслю категориями союзничества, а не симпатии – кто и что сделает меня достаточно сильной для этой битвы.

— И мы больше не будем забирать детей в солдаты. — Если верующие хотят сражаться… — Вы на коленях. – Это не переговоры.

Он нуждался в них, но не мог им полностью доверять. Мне было знакомо это чувство.

• Святые, мне что, теперь придется всю ночь выслушивать храп Толи?
• Ты тоже храпишь, - заметил Хэршоу. - И отнюдь не по-женски.
• Я не...

Прошлое кишело ужасами, а от будущего нарастала паника и перехватывало дыхание

Мы проводили слишком много времени в пути, предаваясь собственным мыслям, а в мои мысли забредать небезопасно.

Я не считаю, что моей дружбы достойны только идеальные люди

Убирая книгу, чтобы подсесть к ней, я глянула на название. Религиозные притчи. Бедное дитя

Санкт-Демьян из Райма. По крайней мере, это объясняло замеченную мной лестницу. Только вера или страх могли сподвигнуть кого-то совершить такое восхождение.

– Могу проследить за ними, – предложил Толя.

– А почему бы мне просто не станцевать вальс посреди дороги? – поддела его Тамара. Толя едва ли мог двигаться бесшумно.

– Я натренировался, – возразил он. – Кроме того…

Мал заставил его притихнуть одним взглядом.

– Не преследовать, не вмешиваться.

Когда Мал уводил нас в гущу леса, Толя проворчал:

– Ты даже не умеешь вальсировать.