Цитаты из книги Букет увядших орхидей

"Иногда чужие тайны чрезвычайно опасны не только для карьеры, но и для жизни".

"Иногда неведение - высшее из благ"

Когда нет фруктов, и свекла сойдет за апельсин!

Иногда неведение- высшее из благ.

А если у Зверева выгорит с этой новенькой Лизой, то я вообще буду прыгать до потолка. Надоело видеть его вечно унылую физиономию!

А ты знаешь, что некоторые люди считают орхидеи ядовитыми? Чаруя своей красотой, цветок влюбляет в себя с первого взгляда и тем самым забирает твои жизненные силы.

— Господи, – ошеломленно выдохнула Анфиса. – А ведь я читала о тебе на сайте городских легенд… Ты Нимфа?! О тебе еще в новостях говорили, когда «Геликон» сгорел!
— Моя слава меня опережает, – мрачно усмехнулась Нимфа.
— Преступница… и убийца…
— Но-но, я бы попросила!

Погнали! Позориться, так на весь мир!

— Вы сейчас с физкультуры? – тихо спросила Карина. – Он поет так, будто кто-то заехал ему между ног.
— Если он не закроет рот, именно этим сейчас все и закончится, – мрачно изрекла Алиса.

Стрелец, он твой.
И Мишланов тут же получил мощный удар. Кто-то отвесил ему такую оплеуху, что голова резко дернулась назад, и он едва не опрокинулся вместе со стулом.

— Не волнуйся, моя прелесть, – злорадно крикнула ему Саяна. – Я не дам им забрать тебя… живым!
Мишланова ее обещание почему-то не утешило.

— Самое время обняться и разрыдаться друг у друга на плече, – кивнула Оксана. – Но мы не будем этого делать, ведь я за рулем. Если захочешь, осуществим это попозже.

Такие, как я, на деревьях не растут.
— Они по деревьям прыгают, – согласилась Женя. – А еще спят, зацепившись хвостом за ветку.

Я пою, как раненая лошадь, а танцевать и вовсе не умею. Вон Димку берите.
Сидевший рядом Трофимов поперхнулся жевательной резинкой. Стас Кащеев усмехнулся.
— А я приду, – вдруг сказал он. – Мне театр всегда нравился.
Димка изумленно вытаращил на приятеля глаза и закашлялся. Тогда Кащеев со всего маху огрел его ладонью по спине. Димка едва не слетел с кресла, но кашлять перестал.

— Все хорохоритесь, Владимир? – строго спросила она. – А сами едва стоите, я же вижу! Но вы ведь не можете вечно сидеть на болеутоляющих таблетках!
— Надо же мне как-то произвести на вас впечатление, Евгения, – хмуро усмехнулся шериф. – Настоящий мужчина должен уметь справляться с любой болью.
— Господи, – Евгения порозовела от смущения

Ваша версия, новый шериф? Или все-таки старый? Я что-то запутался.
— Без комментариев, – хмуро буркнул Макарский.
— Так и запишем