Цитаты из книги Али и Нино

Душа восточной женщины не столь уж загадочна. Она многим отличается от женщин, не скрывающих лица под чадрой. Потому что можно увидеть глаза, нос, губы западных женщин, но постичь, что скрывается за всем этим, не сможет даже величайший мудрец, думающий, что он все знает на свете...

Повага до старших і любов до дітей завжди в пошані.

Вот сидим мы здесь, вместе, представители трех самых больших народов Кавказа, - грузинка, мусульманин и армянин. Все мы трое рождены под одним небом, живем на одной земле. Между нами есть разница, но мы едины, как Троица. Мы одновременно являемся и европейцами, и азиатами, вобрали в себя и Запад, и Восток. И обоим отдаем мы свое богатство.

Вообще-то муж не должен любить свою жену. Мужчина должен любить родину, любить войну. Некоторые любят красивые ковры, редкое оружие. Конечно, бывают случаи, когда мужчина любит женщину. Ты и сам знаешь о любви Меджнуна к Лейли, читал газели Хафиза. Он ведь всю жизнь писал о любви. Впрочем, знающие люди говорят, что Хафиз не спал ни с одной женщиной. А Меджнун был самым обычным сумасшедшим. Поверь мне: мужчина должен оберегать женщину, а не любить ее.

Мне кажется, у нее такой характер оттого, что она часто ездила в Россию. Отец всегда возил ее с собой в Петербург. А всем известно, что русские женщины — самые сумасшедшие женщины на свете.

«У палки два конца, и оба одинаковые. Перевернешь ее, а ничего не изменится.»

Женщины, как дети, только хитрее и злее. Это очень важно помнить. Делай ей много подарков, но если она что-нибудь посоветует, обязательно поступи наоборот.

В Берлине мне, вообще, довелось попасть в необычайный театр. Он называется опера. На сцене отвратительно пела какая-то толстая женщина.

...В старину мудрые люди говорили: «Прежде чем поручить верблюда покровительству Аллаха, покрепче привяжи его к забору».

Еда — это единственное занятие, при котором иранцу положено спешить.

Евнуху позволено все. Потому что он не мужчина и не женщина. Он среднего пола.

Все обращаются со мной как с дорогой и хрупкой вещью. Не знаю, насколько я дорогая, но я не хрупкая и вовсе не вещь.

Тревожащийся о завтрашнем дне никогда не станет отважным.

В этот торжественный день я решил вести себя не так, как всегда. Прежде всего, я дал себе слово быть как можно воспитанней. Впрочем, осуществить с утра это благое намерение оказалось сложнее, чем я предполагал — все домашние еще спали.

– Друг мой, – проговорил я, склоняясь над ним, – скажите, когда вы в последний раз говорили правду? Он поднял на меня прозрачно-невинный взгляд. – В гимназии, – совершенно искренне сознался вдруг он, – когда отвечал, сколько будет трижды три.

Курбан Саид. Али и Нино, гл. 19

Поверь мне: мужчина должен оберегать женщину, а не любить ее. Таково повеление Аллаха.

Все карты у немцев фальшивые, потому что их составляли русские. Представляете, русские еще задолго до войны составили карты и переправили их немцам. Русские карты! Да разве у русских могут быть правильные карты?!