Цитаты из книги Посох Заката

— Те, кто останутся, будут обречены остаться со мной. На том пути, что я выбрал. Остаться до конца. Остаться или умереть — потому что я не могу себе позволить живых свидетелей. Только соучастники и трупы. Впрочем, у тех, кто пойдет со мной, и вообще маловато шансов на жизнь. Так что… думайте. Возможно, выйти за дверь значит… уцелеть. — Ну, хвала богам, наконец что-то стоящее! — улыбнулся Усатый Могила

Девушек Тенгере видел только издалека. С верхушки башни. Поэтому они казались ему существами возвышенными и загадочными. Чем-то вроде сказочных драконов.

За свою недолгую жизнь Тенгере прочел неимоверное количество магических трактатов и только два шпионских триллера, и был искренне убежден, что шпионы — самые прекрасные существа на земле… ну, после Учителя, само собой.

— Кстати, нам пора! — Как ты это определил? — поинтересовался Курт. — Ну, мне кажется, что в этом месте ты сотворил уже все возможные и невозможные глупости. Пора подыскать другое подходящее место, чтобы продолжить.

Под каждым густым кустом ему чудились притаившиеся разбойники, но их все не было. Под конец он даже начал на них злиться за нерасторопность. По всем законам жанра им давно уже следовало появиться, но они почему-то опаздывали. Курт начинал подозревать, что их уволили.

— Раз есть тропинка, значит, есть и тот, кто по ней ходит, — настороженно заметил Мур. — Или те, кто ходят… их может быть много.

— А безопасных приключений не бывает, Курт, они давно и безнадежно вымерли. Сохранилась только опасная разновидность.

Обычно тех, кто сюда попадает, больше всего интересует как от-сюда выбраться

Война надвигалась медленно и неуклонно, словно прилив. Каждая накатившая волна в конце концов откатывалась, но на смену ей уже спешила новая — которая продвигалась уже чуточку дальше. Мудрые старики знают: любой прилив раньше или позже сменяется отливом. Знают они и другое: на освободившемся от схлынувшей волны песке всегда остаются трупы. Трупы людей. Трупы государств. Трупы народов.

— Куда? — пробормотал Курт несчастным голосом. — Куда можно уйти? — А куда угодно! — усмехнулась Элна. — Главное — сделать первый шаг, а там уж… сам потом удивишься, куда тебя ноги занесут

— Я — Архимаг, — сообщил Архимаг с картины. — А я — нет… — зачем-то пробормотал мальчишка

— Не притворяйся, Эстен Джальн! — донеслось из-за двери. — Никакие угрызения совести тебя не мучают! Для того, чтоб появились угрызения, совесть потребна. Вот обзаведись ею, а тогда уж…

Последняя игла нашла свою жертву — особо негармонично визжащий наемник вдруг замолчал и отправился к демонам, дабы и они могли насладиться красотами его вокального таланта.

— Милостивое великодушие? — переспросил небожитель. — Боюсь, вам крупно не повезло, господа. Вчера я его где-то позабыл — вы уж простите старика, память подводит…

— Как ты там называл своего Хозяина? — тяжело дыша, вытолкнул он — Повтори, пожалуйста… Посох повторил охотно и с удовольствием. Курт сидел и слушал его с блаженной улыбкой на лице.

Еще недавно я не верил в существование говорящих посохов — теперь же я не верю, что хоть что-то под этим небом способно заставить тебя заткнуться! Наверно, нужно быть магом, чтобы достичь подобного чуда?

— Ага… я заметил… ну, конечно… — ошарашено бормотал Курт, старательно роясь в закоулках собственного сознания на предмет отыскания там столь необходимого ему понимания. Увы — то ли сегодня был неурожайный день, то ли зверя с таким именем в сознании Курта никогда не водилось, а только он ничегошеньки не понял.

Взорваться от собственной силы — невеселое дело. И малоприятное.