Все-таки магический реализм – совершенно не мой стиль. Есть в нем что-то нарочито печальное, я бы даже сказала – заунывное. К сожалению, и «Лезвие сна», выбранное мною исключительно благодаря невероятно красивому и таинственному названию, не является исключением из этого прискорбного правила. Книга беспросветно-печальная, повествующая о крайне несчастных, хоть и талантливых людях, и вполне способная вызвать слезы у эмоционального читателя. Если вы любите грустные сказки в бледных пастельных тонах, то эта книга вам подходит. Мне же они не по душе.
Мне кажется странной и наигранной преувеличенная эмоциональность большинства героев, а их слабость и нерешительность, по моему мнению, вообще не вписывается в психологическую норму. Я вовсе не требую, чтобы все персонажи были несгибаемыми и непробиваемыми суперменами, мановением мизинца левой руки решающими все свои проблемы, но если они все-таки оказались в поле внимания читателя, в них должно быть что-то интересное, какой-то стержень, изюминка, внушающая уважение черта. Здесь я ничего подобного не встретила, поэтому необходимого для максимального удовлетворения чтением сопереживания героям так и не возникло.
Вот город с его магией, тайнами и опасностями удался автору намного лучше, он получился живым и привлекательным. Если бы место под названием Ньюфорд было настоящим, мне, вполне возможно, захотелось бы его посетить. Особенно в зимнюю пору, когда он становится больше похож на сон или призрак. Да что там, у меня осталось впечатление, что я уже была там, гуляла по его узким улицам, шарахалась от хулиганов, видела трепетание ярких разноцветных лент и даже посетила местную галерею. Этот эффект присутствия, как и ощущение безвременья, царящего в книге, – явный показатель мастерства автора. Точно также, как и странная магия этого мира – талант главной героини оживлять персонажей своих картин и попадать в особые «сны создателя». К слову сказать, несмотря на довольно жуткие события книги, магическая ее составляющая – не пугающая, как это часто бывает, таинственность не заставляет сердце сжиматься от страха. Есть в ней некая обыденность, заставляющая принимать ее как должное, вроде закона всемирного тяготения. Брошенный предмет обязательно упадет на землю, мы же не содрогаемся при мысли об этом. Впрочем, не знаю, к чему отнести этот факт: к достоинствам или недостаткам.
Вообще в этой книге для меня слишком многое осталось непонятным. Возможно, я вернусь к ней через несколько лет, чтобы составить окончательное мнение. На данный момент я могу сказать только то, что эта, несомненно, талантливая, завораживающая и заслуживающая внимания книга оказалась совершенно «не моей». К сожалению.