Цитаты из книги Честь взаймы

Чужим не доверяй, своим не доверяй никогда

Воистину, мужчин и женщин ВсеТворец лепил из разной глины, и никогда мужчине не понять мотивов поступков этих… вздорных пучков пестрого муслина с кошачьими понятиями о верности.

Безупречные манеры и вежливая улыбка – ваши меч и щит, девочки

Мы многие тысячи раз бросаем ничего не значащие пожелания смерти. «Чтоб ты сдох!» и «Убить мало» – только малая часть разнообразия. Мы кричим это в запале гнева, или тихонько шепчем себе под нос, или же просто думаем, глядя на очередное недостойное жизни непотребство. Но редко кому доводится в жизни своей пожелать смерти по-настоящему и исполнить обещанное собственной рукой.

Все очень просто, можно сказать банально: мужчины занимаются стратегией, а женщины стирают их подштанники, особенно это важно, когда стратегия вдруг оказывается не самой удачной

Думать надобно после плотного завтрака, а на ночь глядя только всяческие тати планы строят.

Как, оказывается, легко уничтожить сильного человека – надо просто отнять у него память о себе. А лишить одного из самых ценных сокровищ – жизненного опыта и знаний, – оказывается, гораздо страшнее, чем избить до полусмерти и раздеть догола на морозе.

Где же тот колодец, на дне которого спит черное звездное небо? Где же тот источник, чья вода ядовита и дарует разуму сладостный сон забвения? Нет их, и не было, и не будет. Ибо каждый сам себе небеса и преисподняя, каждый сам себе родник счастья, вулкан страсти, река печали и море беспокойства. И сияющая вершина чести, и бездонная пропасть подлости.

Кому сказать – не поверят, но выражение лица у Лалил коренным образом отличалось от того, какое бывает у обычной продажной женщины. Ни тебе волоокого равнодушия, ни тебе игривости с плесневым налетом лени. Синие очи девушки оставались по-соколиному остры и пронзительны, будто у матерой волчицы. А так не бывает. И если Лалил сейчас не выслеживала кого-то, то Гриф Деврай готов съесть не только собственную шляпу, но и сапоги.

– Я поражаюсь, как мы до сих пор не слегли с воспалением легких.

– А ничего удивительного тут нет. На войне, как известно, никто насморком не болеет. Когда ты каждый день сражаешься за свою единственную жизнь, хвори попросту не липнут. Это я вам как старый вояка говорю.

Кто-то, может, и обманется заплатками на локтях, простой прической и коротко подстриженными ноготками, но аристократку выдают вовсе не одежда или ухоженные ручки. Умение держаться осторожно и вежливо, правильные привычки, учтивость и сдержанность у Фэймрил в крови

Любить - значит отдавать, не утрачивая, а колдовство подразумевает потерю - ты всегда забираешь, ничего не давая взамен.

Странствия в компании с Россом Джевиджем научили женщину ценить такие приятные мелочи, как теплое одеяло, таз для умывания и ночная ваза. О, чуть не забыла! Еще пушистые домашние тапочки!

Они снова обернулись птицами, черными, блестящими, прекрасными и свободными, они улетали куда-то далёко-далёко, туда, где их давным давно ждали. Они улетали, а она оставалась. С лучшими друзьями и верными соратниками, так щедро посланными навстречу судьбой, с самым удивительным мужчиной, равного которому еще не родилось, со своими робкими надеждами на будущее.

А для того чтобы разрушить замыслы врагов, нет нужды осаждать крепости, – заявил лорд-канцлер, цитируя какого-то классика.

Не показывай… несведущему половину дела...

От судьбы не уйдешь, она, словно лесной зверь – росомаха, не свернет со следа, отвлеченная другой, возможно, более легкой добычей. И когда ты упадешь от усталости, она прыгнет на загривок и вонзит свои острые зубы.

Нет, мистрис, у меня нет колдовского дара. Иногда вполне достаточно проявить искреннее участие к нуждам и заботам человека, чтобы расположить его к себе.