В истории Великобритании был один небольшой, но очень примечательный период, получивший название "эдвардианского". Чем-то он напоминает наш "серебряный век". Строго говоря, "дядя Европы" Эдуард VII правил страной в 1901-1910гг., но обычно период расширяют на несколько лет до начала 2-й мировой войны. Фактически Мэдокс Форд опубликовал свой роман уже после, но писался он именно тогда...
Это был рассвет после ночи королевы Виктории, если несколько сгустить краски. Можно также сравнить с псевдо-"оттепелью" после смерти Сталина у нас. Время надежд, время призрачной свободы, время поисков. Помимо гигантов Джеймса Джойса и Вирджинии Вулф примечательны три писателя, возмужавших в эту эпоху. Из них у нас хорошо переводился Дэвид Г. Лоуренс, а Эдвард М. Форстер и Форд Мэдокс Форд - из рук вон плохо. Вот и The Good Soldier наконец-то не только опубликовали на русском, но и оцифровали... В 1915 году и около него в Британии в печать вышли такие знаменитые произведения, как "Бремя страстей человеческих" Сомерсета Моэма, "Сыновья и любовники" и "Радуга в небе" Дэвида Г. Лоуренса, сборник "Дублинцы" и роман "Портрет художника в юности" Джеймса Джойса. Роман Форда занимал и занимает не только видное место среди перечисленного, но и в истории мировой литературы вообще. Он повлиял на Хемингуэя, в частности.
Форд Мэдокс Форд (1874-1936) родился в семье немца и англичанки. Его настоящая фамилия - Хуффер. Уже в 1890-х Форд близко познакомился с Джозефом Конрадом, который также был многоязычным (польский у него, немецкий у Форда, французский и английский у обоих). Форд помогал Конраду в освоении английских идиом. Они бы и дальше оставались большими друзьями, если бы жена Конрада не пожаловалась на непристойное поведение Форда в отношении нее. Как раз в это же время (1900-е) у Форда был роман с сестрой своей собственной жены. В общем, непросто всё... Именно в это время и происходило что-то вроде литературной сексуальной революции ("Любовник леди Чаттерли", например). Кто-то искал новые пути в стиле, а кто-то - в содержании. Лоуренс и Форд предпочитали второе, хотя то, что тогда и позже делали Джойс и Вулф, также было им не чуждо. Потом это назовут модернизмом, а в то время Форд просто расширял границы психологического реализма Томаса Гарди и Генри Джеймса. Сам Форд употреблял к своему творчеству термин literary impressionism, чему способствовало его хорошее знакомство с французской литературой и культурой вообще. Романы XIX века (которые он сам называл “nuvvle” вместо "novel") являлись для него неким барахтаньем в болоте общих мест, против чего необходимо было восстать! Роман должен быть не только изложением, повествованием, докладом о случившемся, но и исполнением впечатления, как музыка или живопись. На горизонте уже маячил "поток сознания". Форд никогда не описывал, как камень упал в воду. В его романе мы впитываем ощущения от концентрических волн, идущих к нам уже давно. Постепенно мы начинаем осознавать - что, где, когда, как.
Если что, перед книгой есть очерк о Форде. Я его пропустил. Из чтения англоязычной критики и эссеистики у меня уже давно сложилось определенное мнение о нем. Оно подтвердилось. Я прочитал роман, теперь с легким сердцем можно смотреть экранизацию...
Итак, четыре главных героя представляют собой две супружеские пары. Рассказчик - Джон Дауэлл, его жена - Флоренс, это американская пара; вторая супружеская пара - английская - Эдвард Эшбернам и его жена Леонора. События происходят между августом 1904 и августом 1913 года, то есть именно в то время, о котором я говорил выше. Образ жизни героев - элегантная праздность, поэтому ничего удивительного, что мы читаем о подробностях семейной и любовной жизни. А о чем еще говорить?
О семье, о любви, о страсти. И всё это разные вещи...
Дауэлл рассказывает так, как бы это делал каждый из нас. Порой весьма сбивчиво и не очень вдумчиво, так как глубоким умом он явно не обладает. К одному и тому же событию он может возвращаться несколько раз, но, значит, это очень важное событие. Тем не менее, мы слушаем реального человека, не риторика и не ученого. У него свои достоинства и недостатки, сквозь призму его характера мы делаем выводы о нем самом и рассматриваем остальных героев. Наша точка зрения чуть ли не обязательно должна не совпадать с точкой зрения рассказчика. Мы должны понять для себя - кто были эти люди, что ими двигало, зачем они вообще жили.
Этот роман кажется очень камерным, я предостерегаю читать его тем, кто привык к глобальности отображения жизни, или просто к другим сферам (детективам, фантастике и т.п.). Допустим, рядом с вами ЧТО-ТО происходит с людьми, живущими или работающими рядом с вами. По обрывкам фраз, мельком увиденным характерным позам и жестам, вы составляете какое-то мнение об ЭТОМ, возможно, даже дополнительно интересуетесь слухами и/или сплетнями, специально наблюдаете и в процессе удовлетворяете свое любопытство (здоровое или не здоровое - отдельный вопрос). Как правило, люди считают свое мнение об ЭТОМ единственно правильным, и готовы повышать голос до уровня взлёта самолёта, чтобы доказать правоту.
Но ЭТО не то, что вам кажется, так или иначе. Вы не участвуете, вы сторонний наблюдатель, на вас не влияют аспекты и факторы, определяющие поведение наблюдаемых. Вы смотрите в бинокль на Луну и считаете, что видите там следы Армстронга. Да ничего вы не видите, ничего не знаете!
Форд Мэдокс Форд в качестве сверхмощного разноволнового телескопа максимально близко подводит нас к пониманию происходящего. Понятен ли странный брак Джона и Флоренс, где нет физической любви и есть опека над больной (якобы) женой? Понятен ли не менее странный брак Эдварда и Леоноры, где муж "ходит налево", а жена всё знает и пытается сохранить достоинство своё и всей семьи в целом, а о разводе даже не думает, ибо куда ей бесприданнице податься? Понятно ли случившееся между Эдвардом и Флоренс? Возможно, даже лучше, чем мне на самом деле хотелось бы. В предыдущих предложениях я выдал вам лишь исходную информацию, из боязни нарушить впечатление от книги.
Я уже приводил образ с кругами на воде. Приведу другой, и советую читать роман, держа его в голове. Представьте, что вы зашли с кем-то (один человек или несколько) в комнату с хитроумным расположением зеркал, даже не кривых, а самых обычных. Всё увиденное вами, пусть даже соответствующее в мельчайших подробностях, следует подвергать сомнению.
Сюжет - не линейный. Мысленно собирайте в голове последовательность событий. Не считайте ошибкой писателя, что чуть ли не на одной и той же странице Джон может назвать того или иного персонажа достойным человеком или недостойным. Просто он рассматривает разные понятия, по которым "вычисляется" достойность. В Англии и Новой Англии существовала глобальная, широко разветвленная система морально-общественных принципов, которая до сих пор лучше всего и определяет характер "британскости". На одной ветке принципов Эдвард, например, продолжал прочно сидеть, а с другой уже давно свалился. А Джон всё вместе в комплексе охватить не может. Сделайте это вы за него с позиции ваших собственных принципов.
Стиль романа ясен и доступен, но его содержание - как лот, заброшенный в темные глубины человеческого сердца.
P.S. One more thing. Посмотрите или пересмотрите фильм "Часы" по роману Майкла Канингхэма о хорошей знакомой Форда Мэдокса Форда - Вирджинии Вулф - и ее героине миссис Даллоуэй. Или "Широкое Саргассово море" по роману Джин Рис. Для "настройки" можно посмотреть также экранизации Дэвида Г. Лоуренса. Вообще, вызовите в памяти всё, что вы читали из упомянутых, а также из Генри Джеймса, Джона Голсуорси, Джозефа Конрада, Ивлина Во. Поймайте эту особую атмосферу...
P.P.S. Переводчик - Наталья Игоревна Рейнгольд. "Доктор филологических наук (1997), профессор (2007), зав. кафедрой теории и практики перевода Института филологии и истории РГГУ. Имеет международную степень доктора философии (PhD) по английской литературе, присужденную университетом Эксетера (Великобритания) в 2000 г. за диссертацию “Aspects of Modernism in the Writing Techniques of D. H. Lawrence and Virginia Woolf: Identity, Writing and Myth”."