Цитаты из книги Обжигающий след. Потерянные

" Наверное, у каждого есть счастливые воспоминания из детства. Теплые,как солнечный зайчик на ладони.....и звонкие, как ледяные сосульки зимой. Сочные и яркие поначалу, позже они выцветают, будто старая потрепанная открытка. И чем старше мы становимся, тем труднее носить в себе память детства. Настает день, когда удивленно смотрим на ребятню и понимаем, что не можем припомнить, каково это,когда захватывает дух от первых капель ливня, и как искренне восторгаться первой игрушке. Спроси любого - хотел бы он вернуть своей душе легкость, какую он испытывал в детстве, вряд ли кто бы ответил "НЕТ"".

– Отпустите меня, граф, если не желаете расстаться с рукой, – тихо предупредила девушка. – О да! Дикарка из приграничья, – смакуя слова, прошептал Есий, горячо дыша ей в лицо. Но руку все-таки убрал. Тиса тут же отступила от наглеца на два шага. – Страстная необузданная роза с янтарными глазами, – хриплым голосом продолжил насмехаться барчук. – Подаришь мне свой поцелуй? – При вас есть платок, граф? – поинтересовалась девушка. Мужчина вздернул брови. Легкое изящное движение руки, и на свет был извлечен кружевной кусок ткани. – Подберите слюни, ваша светлость.

Расколотое общежитие чернело под мокрым снегом. Трещина словно раздулась и увеличилась, как воспалившийся шрам на фасаде заброшенного корпуса. Тиса глядела в ее мрак и не могла отвести глаз. Порыв ветра овеял лицо. «Сюда-а» – принес ветер еле различимый шепот. «Поднимись ко мне-е». Тиса распахнула широко глаза, не в силах отвести взгляд от трещины. В какой-то момент ей почудился белый всполох. Затем подобный этажом выше. Белым полотнищем скользнуло нечто в черных проемах окон. И через минуту замерло. И Тиса увидела в окне женскую фигуру в белом одеянии и босую. Она шагнула на край карниза. – Нет! – прошептала Тиса и рванулась к трещине. – Что вы делаете?! Не прыгайте!

Старушка, не отрывая глаза от заборной щели, кусала сухие губы и что-то бормотала себе под нос. И согнулась же как, чтоб подсмотреть, и как спина только не болит? А за забором кипели страсти. Вениамин и Матрена Голиковы выясняли отношения. – Ты какого смотрел на эту облезлую швабру из булочной! Думаешь я не видела, как ты зенки-то пялил, а?! – Душечка моя, да я ни в жизнь! Я ж на булочки только и глядел. Зачем мне на нее смотреть-то? – Тебе известно зачем! На кости, небось, позарился! – Матреночка, что ты голубушка моя! – Отойди от меня, кобелюка!