Цитаты из книги Mustad vesiroosid

"Вряд ли она способна обворожить, – думал полицейский, – но впечатление производит".

Живерни - это ловушка. Очень красивая, что правда, то правда. И подумать трудно, что кто-то может мечтать отсюда уехать. Из такой красоты? Но дело в том, что все это - не более чем декорация. Намертво закреплённая декорация. Никто не имеет права украшать свой дом по собственному вкусу и красить его стены в тот или иной цвет по своему выбору. Здесь даже цветок сорвать нельзя! Запрещено законом, да не одним - их наберётся с десяток. Мы живём в картине, инспектор. Мы навечно в ней замурованы...

Он думал, что это сделает меня счастливой. Глупец. Как если бы надсмотрщик вздумал расписать стены тюрьмы.

Кто бы мог подумать, что я превращусь в старую мегеру, которая целыми днями торчит у окна и подглядывает за соседями, незнакомцами, туристами? Деревенская консьержка. Ежик, только без элегантности. Но это так и есть

...життя - це лише дві-три можливості, з яких треба скористатися. Ось у які ігри грає життя! І нічого більше.

Я приблизила лицо к зеркалу в облупленной позолоченной раме. Не разучилась ли я улыбаться? Я ведь так давно не улыбалась… Я попробовала. Уставилась в зеркало. Старуха куда-то исчезла. Из зеркала мне улыбалась счастливой улыбкой Фанетта. На меня смотрели фиалковые глаза Стефани. Живые. Совершенно живые глаза.

Одинокая старуха каждое утро прилипает к окну с выпученными, как у золотой рыбки, глазами, чтобы - как та же золотая рыбка - мгновенно, едва вильнув хвостом, забыть увиденное.

– Ну что, патрон? Как вам вдова? – Вдова-то? О, вдова что надо! Вдовее не бывает!

от этой мысли сердце опять застучало как сумасшедшее. кардиолог будет в ярости.

Правда, он прелесть? – спросила Беатрис. – Лучший из мужчин. Знаете, Лоренс, я ведь его давно заприметила. И сразу себе сказала: «Чур, мое».

Старухи обречены жить в тени, во тьме и мраке. Они никому не нужны. Их никто не замечает. Никто не помнит об их существовании.

Разве можно упрекать человека в том, что он - это он, а не другой?

- Да я тут ни при чём. Как говорил Моне, это не я, это мой глаз. Я просто воспроизвожу на холсте то, что вижу.

- Сильвио, ну ты маньяк.
- Знаю. Я строю это расследование в точности как строил бы веранду или террасу. А в строительстве главное - точность и терпение.
- Уверен, что твоя Беатрис потешается над тобой не меньше моего.
- Угадали. Ну и что? Зато терраса у меня любо-дорого глядеть.

- Господи, инспектор, что за бредовая идея?
- Понятно, бредовая! По этой самой причине я от неё в восторге!

- Я хотел сказать, Фанетта, что гениальность - пустой звук, если человек не... Как бы тебе это объяснить? Если человек не способен стать совершенным эгоистом.

- Неужели в полицейской школе преподают историю искусств?
- Нет, не преподают. Но разве полицейским запрещено любить живопись?

Стефани Дюпен с ног до головы окатила его своей свежестью. Щедро, не скупясь. Волна свежести, исходившая от неё, коснулась окружающего пейзажа, толп туристов и хохочущих детей на берегу Эпта. Себе она не оставила ничего...