Цитаты из книги Angel Pavement

Здесь слишком много женщин. Слишком много сентиментальной глупости и нытья. Слишком много пудры, гуной помады, кольдкрема. Слишком много чулок и шелковых джемперов. Слишко много дурацкой суеты, истерического веселья, хныканья и чувствительных издияний

- Допустим, я пришел бы к вам две недели или неделю назад и сказал бы вам: как вы насчет того, чтобы купить парочку акций "Южнобережных прачечных", а? Что бы вы мне ответили на это?

• Ответил бы, что мне едва хватает на оплату моих собственных счетов в прачечной, - сказал мистер Смит, очень довольный своей шуткой.

Т.Бененден держался как подобает философу и финансисту, которого судьба преобразила в лавочника.

— Во всяком случае, судя по этим письмам, в Англии можно купить весь цвет ее талантов за четыре-пять фунтов в неделю, — фыркнул мистер Голспи. — Нет, кажется, ни единой вещи в мире, которой бы эти господа не умели делать, вот только работу найти они не способны.

Сам он пока не имел собственного мнения, ибо вечерняя газета еще не успела разъяснить ему, как следует понимать это событие, да и чужих мнений он тоже не слышал. Относительно всего, что происходило западнее Суэца, мистер Пирсон считал себя обязанным разделять точку зрения своей фирмы.

«Дом № 9, как и все дома на Натаниэл-стрит, был и тесен и темен, в мрачной маленькой передней всегда стоял смешанный аромат капусты, камфары и старых газет. Тарджис совершенно не замечал этого запаха, и только в тех редких случаях, когда он бывал в каком-нибудь другом, менее благоуханном доме, нос его немедленно сигнализировал, что находится в непривычной атмосфере»

«И в то же время миссис Дэрсингем усердно пудрила спину и шею, примеряла то бусы из горного хрусталя, то янтари, натирала щеки подушечкой с румянами, изучала себя в зеркале Жако, купленном ею в Брайтоне и оказавшемся очень плохим и вовсе не старинным. Утешало только сознание, что в этом дурацком зеркале ты кажешься гораздо хуже, чем на самом деле»

«..сын и дочь. Ничего дурного он в них не замечал, они были ничуть не хуже, а то и лучше других мальчиков и девочек. И он всегда готов был их защищать от нападок. Тем не менее они, вырастая, превращались в людей ему непонятных, как будто они были какие-то чужестранцы»

«Входя в контору, он не терял себя, а, наоборот, вырастал, он здесь был больше самим собой, чем вне стен конторы. И оттого в нем жила благодарность, рвение, интерес к делу, которых и в помине не было у остальных, ибо они в душе восставали против временного отрешения от большей и лучшей части своего «я». Они все приходили сюда зарабатывать деньги. А мистер Смит приходил работать»

«Справа слабо мерцали серые камни Тауэра, — словно солнце, веками сиявшее над ними, оставило в них немного своего света»

Что ж, все мужчины похожи друг на друга: все они влюблены в себя

— Если хотите знать, мистер Голспи, я только в двух местах написала «были» вместо «был». Просто потому, что это грамматически правильнее. И больше ничего. — Минуточку, минуточку! — прогудел мистер Голспи. — Не «правильнее», а «правильно». Вы написали фразу грамматически правильно, а раньше она была написана грамматически неправильно. Это вы хотели сказать? Фраза может быть либо грамматически правильна, либо неправильна, так?

Паспорта! — Он фыркнул и похлопал молодого человека по отвороту пиджака. — Никогда они не помогают задержать жулика, никогда! Чтобы улизнуть, ему требуется только капля изворотливости. А эти паспорта — одно беспокойство для честных людей вроде меня, которые хотят немного двинуть вперед торговлю.

В присутствии миссис Пелумптон прогресс начинал казаться бессмысленнейшим мифом. Если бы она могла превратиться в жену какого-нибудь мародерствующего викинга или в одну из женщин, следовавших за ордами Аттилы, она сочла бы это заслуженным отдыхом и была бы поражена, а может быть, и устрашена внезапно открывшейся перед ней перспективой красочной и веселой жизни.

Мистер Смит сидел над колонками крохотных цифр, был всегда страшно занят — и счастлив, как монах над своей летописью.

Помни, мой мальчик, дурную репутацию легко приобрести, даже если сам не делаешь ничего плохого.

Но я знаю одно: человек, который готов работать за гроши, - ничего не стоит. Мне его и даром не надо.