Цитаты из книги Бездна Челленджера

Но за жизнь вдали от реальности приходится дорого платить.

– Можно видеть мир по-разному, – рассказывает доктор Пуаро в один из периодов просветления, когда я способен переварить его слова, а не выплюнуть обратно ему в уши. – У всех есть свои иллюзии. Кто-то видит в мире только зло, кому-то он кажется довольно неплохим местом. Одни ищут в каждой мелочи бога, другие видят на его месте пустоту. Где правда? Где ложь?

Меня часто окружают одни бездушные зомби.

- Мы обречены, - добавляет специалист по поддержанию боевого духа.

Лампочка "Проверьте мозг" может гореть множеством разных цветов, но есть одна большая проблема: водитель ее не видит. Как будто ее встроили в держатель для бутылок на заднем сиденье, поставили сверху банку газировки и забыли на месяц. Так что видят ее только пассажиры, и то только если хорошо поищут. Ну или если лампочка загорится так ярко, что расплавит банку и подожжет машину.

- Великие мореходы никогда не должны покидать своих чудовищ!

Наши мысли — это просто кожа.

Раньше я боялся умереть. Теперь боюсь не жить. Разница есть. Все мы непрерывно строим планы на будущее, но иногда это будущее так и не настает.

Меткость есть меткость, каким бы ни было оружие.

Из поз, в которых люди обнимаются, можно создать иероглифы для всех самых важных слов мира.

Страшен не океан снаружи, а буря изнутри.

Пугало.
Его руки широко раскинуты, а глаза устремлены к небу в вечной мольбе. Мне приходит в голову, что все пугала похожи на распятых мучеников. Быть может, именно это и отпугивает ворон.

– Смерть – крошечная плата за вечную жизнь.

Ты не столько спишь, сколько одалживаешь восемь часов у смерти.

Мама строго следила за «правилами поведения в метро»: литрами лей на себя антибактериальный гель и никогда не встречайся ни с кем глазами.

– Что тут намешано? – спрашиваю я.
Бармен смотрит на меня так, как будто я сморозил какую-то глупость. Или как будто глупостью было надеяться на ответ

Мне приходит в голову, что всегда кажется, будто птицы добродушно ухмыляются – примерно как дельфины, – и нельзя понять, что у них на уме. Дельфин может лелеять планы вырвать тебе сердце или забить тебя до смерти своим длинным носом, как они делают с акулами, но он будет улыбаться, и тебе все это время будет казаться, что он твой друг.

– У нее есть имя? – спросил я как-то.
– Назвать ее – все равно что потопить. Корабль с именем весит больше, чем вытесненная им морская вода. Спроси любую жертву крушения.