Цитаты из книги Выстрел в спину

– Технологический процесс составляли не дураки, – пояснил главный технолог. – Изменение его приводит в большинстве случаев только к кажущимся выгодам. Практически всегда уменьшается прочность изделия…

Вероятно, сильно бы он удивился, если бы узнал, что его братья по ремеслу – карманники, домушники – употребляют слово «деловой» как синоним слова «вор».

...знаете, что гвоздь, только не знаете, от какой стенки.

Павлу стало ясно, что сам он, Ветров, пишет черт знает что, на потребу обывателя.

Педагогическая деятельность не годится, потому что такие, как я, есть в каждом поколении, а на роль Иисуса не претендую…

Он любил и понимал горы, умел быстро спускаться, дважды ломался крепко и трижды по пустякам, лез наверх снова. Но эта часть его жизни была для окружающих далекой и непонятной. Павел всегда был шпаной, спорт тоже хулиганский выбрал. Никто не обращал внимания, что Пашка в своем лыжном деле первый, что он ни разу в жизни не отступил. Двоечник, драчун, теперь с гор кувыркается! Чему здесь удивляться, чем гордиться?

Как это – вор? Он себя называл человеком деловым.

«Я обязан найти убийцу, выполнить свой долг», – сказал этот милиционер. Шутин ненавидел это слово, долг ассоциировался для него с огромной черной гирей, которую вешают человеку на шею. Необходимо тащить ржавую гирю на шершавой цепи и делать вид, что тебе весело и приятно. Теперь вместо Павла мне будет изрекать сентенции этот милиционер, накручивал себя Шутин.

Молодая и восторженная, Ирина не сомневалась, что все радуются ее молодости и счастью.

– Человека нельзя лишать права на ошибку, иначе храбрый превратится в труса, нерешительный в подонка. Пока человек жив, пока барахтается, чего-то хочет, он ошибается.

– Он был парень не серийного производства, штучной работы, индивидуальной. Таких многие не любят…

А я женюсь на маленькой симпатичной толстушке, – назло себе думал Лева, – носик пупочкой и глаза разные: синий и карий. Зато она будет любить меня, а не себя, и чтобы образование не выше среднего, так как если женщина красива, умна и образованна, это уже патология, это не для нормальных людей…»

Хорош, хорош, нечего сказать, сидишь у людей в доме, ешь и пьешь за одним столом, смотришь им в глаза, а закрыв за собой дверь, начинаешь рассуждать: кто же из них убийца?»

Несколько лет назад, в самом начале своей работы, Лева, нанеся ответный удар, тем более женщине, да еще молодой и обаятельной, опускал глаза, давал человеку прийти в себя. Сейчас Лева смотрел Ирине прямо в лицо, не гипнотизировал, не угрожал взглядом, просто смотрел, как бы предлагал: сбросим маски, будем естественны.

Нужны факты, а не впечатления.

Мать с отцом ни о чем не догадывались, и она не представляла себе, как сообщить о замужестве. Подругам она тоже ничего не говорила. А что она могла сказать? «Неделю назад я познакомилась с человеком, который утверждает, что мы любим друг друга и скоро поженимся»? Ирина не знала, любит ли она Олега, так как теперь не понимала, что такое любовь. Неделю назад знала абсолютно точно, теперь – нет.

В жизни не просить, отнимать надо. – Он улыбался, глаза смотрели холодно и зло.

За свою жизнь Павел помнил, как деньги называли по-разному: «башли», «тугрики», «хрусты», позже – «бабки», «капуста». Этим люди как бы выражают свое презрение к деньгам, стараются подняться над ними. А у кого может появиться желание возвыситься над собственным трудом? Если же тебе их подарили либо ты деньги украл, можно назвать их и туалетной бумагой.