Отзывы о книге Море, море

На даче прочла книгу Айрис Мердок "Море, море". Выбрала по названию - скоро в самом деле на море, и хочется уже думать о том, как мы ждем встречи друг с другом. Как многие, я очеловечиваю море. Книга отличная. Но у меня всегда после прочтения Мердок остается вопрос: "А о чем это?". Наверно, потому что в принципе современную литературу я понимаю плохо. Мердок: "Разумеется, эта книга - повесть о любви." Я вынуждена с ней не согласиться. На мой взгляд, эта книга о том, что остается после любви. Страх, гнев, унижение, недостойное поведение - все то, что мы делаем, чтобы удержать.. Поймать снова. Все те чувства, что неизменно приходят с концом любви (или у вас это по-другому? надо все-таки спросить). Я столько раз видела, как это ни к чему не приводит. В тему цитата:"-Мы расстались, и на этот раз окончательно. Наши отношения зашли в тупик - другого и быть не могло. -Но вы по-прежнему общаетесь? -Нельзя же притворяться, что мы не знакомы. В молчании Урсулы чувствовалось упрямое несогласие с его доводом. -Разве это не полумера? - задала она наконец вопрос."

Мнение о книге сложилось неоднозначное. Начало повествования было такое размеренное, спокойное, расслабляющее, увлекающее..всегда интересно прочитать мысли героя, тем более когда он подводит итог своей жизни. Когда стали появляться женщины, Лиззи и Розина прямо начались бразильские страсти. Но середина книги настолько временами была затянута. Хартли меня дико раздражала, поведение Чарльза я в принципе не понимала, человек просто был неадекватен! Семья Фич была вообще представлена как ад кромешный, для меня нет ничего хуже, чем муж самодур. Хотя и человека живущего с Хартли я представляю с трудом, настолько истеричная, зашуганная..Когда они уехали я испытала облегчение. Очень интересна для меня была линия взаимоотношения Чарльза и Джеймса. Джеймс оказался интересной личностью, сыгравшей в судьбе кузена огромную роль, он его спас не только физически, но и морально. Чарльз восстановился, пришел в себя и посмотрел на свое помутнение к Хартли со стороны.

Ну на конец то книга столь в похожая на творчество моего любимого Грема Джойса! Вернее будет сказать, творчество Джойса на нее похоже, т.к. написана она в 1978 году.

Я под очень сильным впечатлением! Правда вчитаться мне было не просто, т.к. история по-началу развивается очень неторопливо. Но когда я вчиталась, уже не могла оторваться! Вот это мастер слова! Не зря книга получила Букеровскую премию.

Если говорить о смыслах или о том, что эта книга для меня... Наверное по большей части о силе человеческих иллюзий, проекций, которые возникают из незавершенных внутри отношений. Читая, особенно в конце вспоминала одну из любимых мной новелл Ирвина Ялома "Лечение от любви". Для меня "Море, море" об этом! А еще о пути мужской зрелости...

За последнее время - это уже третья книга, которая оставляет сильное впечатление на данную тему (помимо "Роскоши изгнания" и "Возможности острова")

Книга с одной стороны невыразимо лирична, изобилует прекрасными описаниями моря, с другой стороны имеет очень динамичный сюжет. Прибавьте сюда тончайший психологизм + толику мистицизма - в общем, очень и очень рекомендую!

Хотя я предполагаю, что многие ее читали - все же классика! А я как всегда позади планеты всей...

Ах, это занимательное чтение (а вернее было бы сказать слушание аудиокниги) тянулось у меня еще с прошлого года. И тут скорее вопросы не к книге и её содержанию, а скорее к отсутствию привычки книги слушать, а не читать. Впрочем, чтец была невероятно хороша, а ради такого я все же настойчиво слушала и не переключилась на бумажный формат.

Мне понравилась история этого человека. Человека с ворохом недостатков, которые он, увы, как это свойственно многим, и недостатками не считает. Нет, в чем-то он себе признается, но какие-то его поступки выходят из такой потрясающе извращенной логики самооправданий, что мне сложно испытывать к герою негатив.

Удивительно приятный стиль автора, хотя, пожалуй, в этой книге слишком уж большой фетиш был на гастрономических предпочтениях. Из блюд, которые упоминаются в романе, можно составить целую поваренную книгу.

А еще театр канвой через все произведение. И вроде всё это про человеческое, но всё буквально кричит фразой из Шекспира. "Весь мир - театр..."

Главный герой постоянно вызвал такие противоречивые чувства. Я склонна понимать людей. Могу оправдать даже самые неблаговидные поступки, если посмотрю на все с точки зрения персонажа. Здесь таких спорных моментов было предостаточно. И самоуверенность Чарльза, и его самолюбие, и его собственичество по отношению не только к женщинам, но по сути ко всему окружению. Любил ли он Хартли? Словно раскачиваясь на волнах, Чарльз и сам перескакивает от одного мнения к другому, то присягая в вечной любви, то уличая себя в самообмане. И потому он настоящий, живой. Этой живости мне часто не хватает в произведениях, которые написаны от первого лица, а особенно в формате дневников. Но тут было все. Нет черного и белого. Есть человек и его восприятие мира. Когда ты начинаешь смотреть на мир через очки Чарльза, все уже не кажется таким однозначным.

Ах, море, море...

При всем богатстве эмоций мне показалось суховато. Раздражали вечные прослойки новозеландского масла между всеми этими вот псевдоглубокомысленными умствованиями "о,Розина,оо...", "о, Хартли...ооо...." и "а любил ли я..нет, не любил я".Потом опять: " а был ли я влюблен? конечно, она любила меня, как же иначе...оо, Лиззи..о..» - и опять хлебцы, масло, тушеная морковь и вареный репчатый лук. Море всегда маслянистое, глаголы всегда сослагательного наклонения.

Главный герой бесил. Вот прям бесил (может, так и было задумано?) Одно сплошное гигантское «Я». Самовлюбленный, эгоистичный, напыщенный , высокомерный наглый надоедливый индюк с ооочень раздутым самомнением. Поел-поразмышлял-набросал несколько страниц автобиографии (кому она нужна, господи!)и дурацких писем –поплавал –опять немного поразмышлял над...и опять слегка перекусил. Мысли всегда придуманы не только себе, но и другим заодно приписаны –а что, очень удобно, зачем узнавать собственно мнение других, если уже сам все решил за них. На все руки от скуки. Хрен бы я к такому бегала по полям-по лугам-по ночам. Под конец повествование хоть немного оживилось, когда протрубили сбор десяти негритят в доме миссис Чорни на Троицу,когда «комиссар Мергэ» стал метаться между подозреваемыми в полыхающей синим пламенем жажде мести и вящей уверенности в своей незыблемой правоте. (Еще немного -и меня тоже смело можно было бы добавить в когорту подозреваемых). Но всё равно -ну очень длинное переливание из пустого в порожнее. Опять чемодан без ручки. Самое интересное, что я ведь не какая-то там...,которой подавай «розы-слезы-поцелуи при луне», мне нравятся,меня трогают, мне близки и понятны такие темы, размышления о прожитых жизнях, сложные чувства, парадоксы человеческих судеб, что собой представляют идеалы прошедшей молодости и с чем их едят, но...наверно, подача и приготовление таких блюд сильно зависят от автора.

О любви и морских чудовищах

В который раз публично признаюсь в своей любви к Айрис Мердок. По правде говоря, всегда это выходит у меня немного застенчиво, с налетом сентиментальности, наверное потому, что сам не знаю, за что люблю, и, видя, что другие не особенно-то и любят, люблю еще больше и скрытнее. Читать Мердок все равно что смотреть интересный сон, пока смотришь - очень интересно, но просыпаешься и все блекнет, в сознании задерживаются только один-два самых ярких образа. Вот и эта книга, "Море, море", оставила мне на прощание только пару видений. Главный герой, Чарльз Эрроуби, ушедший на покой театральный режиссер, сидит на пустынном скалистом берегу моря и смотрит вдаль. Внезапно в отдалении над гладкой поверхностью вздымается длинная, свернувшаяся омерзительными кольцами, склизская и влажно поблескивающая шея, мелькает широкая спина, зубастая пасть, и уже в следующее мгновение чудовищная морская тварь снова уходит под воду. Герой так и не узнает, привиделся ли ему этот кошмар или он действительно видел то, что видел, но вот другой образ - Чарльз срывается в воду, своего рода "колодец", выдолбленный в скалах волнами. Он тонет, захлебывается в ревущем водовороте. И эта тварь рядом. В тесном пространстве "колодца", в бурлящей воде, она подле него, и всегда была там. Кому-то могло показаться, что эти два эпизода не так уж значительны на фоне стремительно развивающихся событий книги, но для меня именно эти два образа вобрали в себя самую чуть произошедшего. Главный герой, от лица которого и написана эта история, не вызвал ни малейшего сочувствия, в частности, его воспоминания о первой возлюбленной, Хартли, которую он, собственно, и встречает в деревушке на берегу моря изрядно постаревшей и подурневшей. Сама "возлюбленная" вызывала острое желание хорошенько ее потрясти зашкирку и может быть даже швырнуть с бережка в удачно расположенное поблизости море. Так было до определенного момента (и в этом Мердок). Одна сцена, один абзац и все меняется. Образ Хартли приобретает абсолютную целостность, и за ее пустым тупым взглядом вдруг видишь бездну, в которой... все та же чертова морская тварь.

Это история одержимого страстью героя. Вряд ли найдется читатель, который рискнет назвать этого героя положительным. Роман изобилует карикатурными персонажами, главный из которых — Чарльз Эрроуби в силу своего тщеславия — фигура самая неприятная. Однако каким же мастером слова надо быть, чтобы несмотря на всю карикатурность героев, снабдить читателя чувством симпатии к ним (и в этом я лично не нахожу авторов, равных Айрис Мердок).

Чарльз Эрроуби – вышедший на пенсию известный театральный режиссер, актер и сценарист, решивший поменять "шоу-биз" в Лондоне на отшельническую жизнь, полную простых эгоистических удовольствий в отдаленном неблагоустроенном доме на берегу моря. Но очень скоро в этой новой жизни Чарльза настигают проблемы: "привидения" в доме, "чудовища", выплывающие из моря, женщины из прошлого, от которых он стремиться спрятаться, появляются в гостях неожиданно… И еще более неожиданно по соседству с отшельническим логовом возникает его первая любовь — Хартли, и Чарльз, одержимый всколыхнувшейся страстью, прилагает массу нелепых усилий, чтобы спасти эту давно потерявшую виды, а также свои былые чувства к нему (даже если они были) женщину от ее "несчастного" брака.

На помощь Чарльзу приходят двое приятелей по театру: гей Гилберт и ирландец Перегрин, у которого Чарльз когда-то похитил жену. Вовлеченными в эту историю оказываются также приемный сын Хартли Титус и кузен Чарльза — генерал-буддист Джеймс Эрроуби. Джеймс — пожалуй, единственный по-настоящему положительный персонаж в романе, хотя через восприятие Чарльза, от имени которого ведется повествование, и его воспоминания детства, положительность Джеймса мы видим не сразу. Благодаря ему, история носит еще и мистический характер, но это не единственное достоинство этого героя.

Все романы Айрис Мердок являются свидетельством ее (профессионального) увлечения философией, но она не выступает в них нравоучителем. Мердок не берет на себя роль учителя правды для своих читателей, но по прочтении любого романа у читателя может возникнуть ощущение, что он прибыл по назначению, т.е. в то самое место, куда автор хотела бы его привести. Так было со мной, во всяком случае, и уже неоднократно. По прочтении романа "Море, море", в частности, я осталась благодарна Айрис Мердок за удивительные чувства, которые вызвал рассказ Джеймса Эрроуби о смерти его слуги-шерпа, и за мысли о связи между тем рассказом и основной идеей романа:

"We got up to the top of the pass and got caught in a blizzard. I thought we’d be all right. But we weren’t. There wasn’t enough heat for twо. Milarepa died in the night, he died in my arms. <…> He trusted me… It was my vanity that killed him…"

Шерпа погиб из-за тщеславия Джеймса. Хотя что есть его тщеславие по сравнению с тщеславием Чарльза Эрроуби?

Моя коллекция любимых книг пополнилась еще одним романом Айрис Мердок. Что касается недостатков, то (ИМХО) там есть один: история, пожалуй, не заслуживает толстого объема 502 (в том издании, которое я прочла) страниц. Кое-где ощущаются повторы, но этот недостаток, скорее, продолжение основного достоинства автора – ее удивительного владения словом, за которым, тем не менее, не надо лезть в словарь. Легкий, доступный и прекрасный стиль прекрасной Айрис.