Цитаты из книги Прошлое не отпустит

— Я хочу, чтобы ты был главным в команде.
— Главным в команде папарацци, — кивнул Рэй. — Пожалуй, стоит позвать маму, пусть похвастается сыном перед своими партнершами по маджонгу.

— Семнадцать лет.
— Почти столько же, сколько Жавер искал Жана Вальжана.
— Да, как в «Отверженных».

It was obvious and a bit of cliché, but we don’t really age in a straight line. We age in a circle, curving back to childhood, but in all the wrong ways.

A friend once told Megan that we are always seventeen years old, waiting for our lives to begin. More than ever, clutching to this man, Megan understood that.

Hope could be a wonderful thing. But hope could crush you anew every single day. Hope could be the cruelest thing in the world.

Все звали их Кеном и Барби, так, для перестраховки. Ну и еще потому, что тайные прозвища — это по-настоящему круто, они и сами стали себя так называть.

Стриптизершу как ни одень, все равно она будет выглядеть стриптизершей. То же самое можно сказать об игроках, пьяницах, любителях марихуаны и копах.

Разве не безумие — постоянно делать одно и то же в ожидании различных результатов этой самой деятельности? А ведь мир именно так и живет.

О мужчине должно судить не по тому, сколько раз он оказался в нокдауне, а по тому, сколько барьеров преодолел.

— Каких-то девчонок просто хочешь. Или тебе кажется, что с ними можно славно позабавиться. Но есть и другие, или скорее всего другая, с которой хочется остаться навсегда.

Бывшие возлюбленные — это всегда и прежде всего вопрос: «А что, если бы?…» Это всегда путь, не пройденный до конца.

Я ни о чем не жалею. Такова жизнь. Можно получать радость, даже счастливой можно быть — но нельзя иметь все и всегда.

— Вам что-нибудь нужно, мистер Пирс? — спросила молодая помощница. Недавняя выпускница юридического факультета Стэнфорда, она всем своим видом демонстрировала, что довольна жизнью, и Дейв подумал: наступит момент, и жизнь преподаст ей урок. Так всегда бывает.

Дело не в том, что жизнь, к которой стремятся люди, изначально дурна или недостойна, дело в том, что для большинства она недостижима.

Даже муравью, если ступить рядом, инстинкт подскажет, что надо бежать. Все мы в основе своей сосредоточены на одном — на выживании.

Нам всегда семнадцать лет, мы всегда ждем начала жизни.