Цитаты из книги Белая горячка

Пикантно? Но подлинное мошенничество всегда имеет свою пикантную сторону.

Я опаздывал в погоне за истиной, упускал инициативу.

Любой убийца вряд ли выдаст себя, обрадовавшись, что преступление никто не заметил.

Кто-то вам мешает пройти. Удар по голове — и никаких проблем.

Если бы ваш муж скончался раньше своего отца, - а тут все решили считанные дни, - состояние Сен-Тьерри отошло бы дальним родственникам, а практически - государству.

Они не похожи друг на друга, но кто же разглядывает фотографию в паспорте, если нет причин для подозрений?

От мужа она переняла этот жуткий вкус к деньгам. Она заразилась им, как вирусом. Даже мертвый Сен-Тьерри оставался заразным. Влияние убить нельзя! Призрак на тот свет не отправишь!

Симон часто говорил, что хватит с него Франции, что это страна скупердяев и низкооплачиваемых трудяг.

— Он умирает столько же времени, сколько прожил!

Но в пустом доме всегда что-то может послышаться...

События сами определят продолжение истории.

... мы действительно представляли собой старую супружескую чету, для которой ласки значили гораздо меньше, нежели сплетни.

Да, мы много говорили о нем. Нам нравилось бунтовать.

Можно порвать, если озлобишься на кого-нибудь. А я ничуть не сердился на Марселину. Напротив, для меня она — роскошь, праздник, радость жизни...

— Ты принадлежишь к тем больным, которые любят свою болезнь. Я могу помочь тебе. Вылечить тебя — это другой вопрос. Все зависит от тебя.

Клавьер усмехнулся. Для меня, сказал он, все служит ответом. Даже жажда.

Я уперся. Как и полагается пьянчуге.

Я уставился на стакан. Чего бы я только не отдал сейчас за каплю спиртного.

Это направление окрестили "романом напряженного ожидания". Преступниками в книгах Буало-Нарсежака оказываются не традиционные "злодеи", профессиональные гангстеры и мошенники, а респектабельные с виду буржуа, типичные представители "сытой середины" общества потребления.

"В наших книгах психология, моральный климат, чувства занимают куда больше места, нежели кровь и насилие", утверждают писатели.