Цитаты из книги Дитя времени

Между прочим, монах из Кройлэнда тоже возмущался Генрихом. «Боже милостивый, — пишет он, — на кого же надеяться нашим монархам с этих пор в битве, ежели их верные слуги в случае поражения обречены на смерть, а их дети на нищету и бесправие?»

— Генрих казнил несколько человек, которые сражались на стороне Ричарда, обвинив их в предательстве. И знаете, как ему удалось обвинить их на законном основании? Он объявил первым днем своего царствования день, предшествовавший Босвортскому сражению. — Многозначительно замолчав, Брент взял сигарету, предложенную ему Грантом, но долго не выдержал. — И знаете, с рук ему это не сошло. Англичане, благослови их Бог, поставили его на место.

— Ce pays, — повторил Грант. — Как же он ненавидит Англию. Чего стоит одно его предположение, что мальчики были умерщвлены по «благосклонности народной»! Варварское мы племя, а? Эта страна (фр. ).

— Смешно, но если он мог бы предвидеть последствия заговора Стэнли и своего любимого Гастингса, то, не исключено, выиграл бы битву и у нас не было бы ни Тюдоров, ни выдуманного Тюдорами горбатого чудовища. Судя по тому, что мы о нем знаем, его правление наверняка стало бы лучшим в английской истории.

«Милая Лора, ты очень удивишься, если я тебе скажу, что принцы из Тауэра пережили Ричарда III? Всегда твой, Алан. P.S. Я уже почти здоров».

Лично он, Алан Грант, знает, что гений — самый доверчивый человек из всех людей на земле и может принять за чистую монету такие вещи, что любой дурак покраснеет от стыда.

Самодовольный комментатор, сам того не ведая, заронил в сердце Гранта пока еще слабую симпатию к истерзанному ночными кошмарами человеку. Убийца будто бы возвысился над тем, кто решился писать о нем. А такого быть не должно.

Ну конечно, Франция в смутное время войны Роз воспринималась как бы вместе с Англией, во всяком случае, она была ближе сердцу англичанина, чем Ирландия. В пятнадцатом веке он бывал во Франции почти запросто, а в Ирландию всегда ехал против воли.

Если у взрослого человека лицо без морщин, это обязательно идиот.

Не забывайте, что и вашу репутацию в любой момент может уничтожить случайная сплетня.

в больничной системе ценностей симметрия незначительно уступает чистоте, зато стоит намного выше сострадания. А вот что вне всякой конкуренции, так это невежество.

— Только и всего? А вы думали, великие открытия валяются на дороге? Не получилось стать первым, возглавьте новое движение.

– Да, это о горах; не книжка, а подарок судьбы. От картинок не оторвешься. Знаешь, только горы могут так наглядно показать перспективу.

– А звезды?

– Нет. Звезды делают из нас амеб. Они отбирают у нас гордость и уверенность в себе. А снежная гора дает верную оценку человеческому бытию. Я лежал тут, разглядывал картинку и благодарил Бога, что не карабкаюсь на Эверест. Больничная койка показалась мне раем. Тепло, спокойно, безопасно. А Пигалица и Амазонка – просто высшее достижение цивилизации.

Первые книги у большинства авторов часто бывают самыми лучшими, потому что именно их хотелось написать больше всего.

Ее трагедия в том, что она, королева, родилась со взглядами провинциальной домохозяйки, которой хочется одержать верх над миссис Тюдор с соседней улицы. В сущности, нет ничего забавнее и безобиднее.

настоящая история пишется в книге, не предназначенной для истории. История — в гардеробной описи, в наличности кошелька, в неофициальных письмах, в хозяйственных книгах