Цитаты из книги Огнетушитель Прометея

– Главный редактор по гостям программы «Выбираем вместе» слушает, – тоном диктора Кириллова, объявляющего об очередном запуске советского человека в космос, провозгласила Иришка.

Я сразу перестала злиться.

– Тебя повысили?

– Да! – заликовала Звягина. – Я стала боссом.

Я порадовалась за нее.

– Поздравляю. Хотя руководить людьми тяжелая обязанность.

– У меня нет сотрудников, – пояснила Ирка.

– Над кем же ты тогда главная? – удивилась я.

– Ну… наверное… над гостями, – без особой уверенности ответила Звягина. – Мне сегодня генеральный продюсер, Игорь Михайлович, уходя из студии, сказал: «Молодец, Ирина. Назначаю вас шефом». Но про подчиненных не обмолвился.

– Будем надеяться, тебе еще и зарплату повысят, – вздохнула я.

– Ага, прибавку Игорь пообещал, – оживилась Звягина. – Только, сказал, не сейчас и не завтра. Но когда-нибудь точно дадут.

– Там по первому каналу идёт чудесный концерт. Почему не смотришь?

– Газету читаю, – отвечала соседка сверху. – Хочу потом в молочный сгонять. Тебе купить кефир?

Почему бы подругам не пользоваться телефоном? Ну, до аппарата еще надо дойти. Хотя главное не это. Когда разговариваешь по телефону, то понимаешь – собеседник далеко. А при «живом» общении у женщин создавалась иллюзия, что они совсем рядом, бок о бок живут и вовсе не одиноки. Сын и дочь Ады Глебовны знали о дружбе, которая связывает их мать со Стефаненко, и заодно помогали, чем могли, и той. Даже сделали в ее квартире ремонт.

– Позовите Юрия Приходько, – попросила я. – Добрый вечер.

– Он тут больше не живет, – ответила молодая мать.

– Приходько прописан по этому адресу, – сказала я. – Извините, я не представилась. Людмила, помощник адвоката.

Хозяйка отступила в прихожую.

– Что случилось? Я бывшая жена Приходько, гражданская, он нас с дочкой бросил. Больше тут не живет.

– Разрешите войти? – спросила я.

– Заходите, – пожала плечами женщина. – Кухня справа. Туфли снимите, я полы недавно помыла.

Я сбросила обувь, повесила плащ на крючок, втиснулась в крошечное, едва ли пятиметровое пространство и опустилась на странную табуретку с треугольным сиденьем.

– Не имеешь ума, не садись на вола, – язвительно заявила игра.

– При чем тут вол? – удивилась Краузе.

– Полагаю, для рифмы, – пробормотала я. – Однако от оплеух не спрятаться.

– Отгадка! Маленьким, кругленьким докинешь до неба. Что это? Глаз человека! – сообщила детская забава.

– С ума сойти! – подпрыгнула няня. – Кому ж в голову взбредет глазами швыряться? Хотя загадочки древнерусские, времена тогда дикие были… Может, наши предки не считали такое поведение жестокостью? Выковырнут у врага очи и ну их подбрасывать.

– Думаю, речь идет о взгляде, – пояснила я. – Человек может увидеть небо, глаз маленький, круглый, но зоркий.

– В условии ясно прозвучал глагол «докинешь», – заспорила Роза Леопольдовна, – значит, предмет надо швырнуть.

– Есть ведь выражение «кинуть взгляд», – напомнила я и, тщетно пытаясь освободиться, подергала руками. – Зато теперь нам понятно, что игрушка интересуется частями тела. Их у людей не так уж и много, рано или поздно мы угадаем ответ, и нас отпустят.

Продолжить фразу мне не удалось – перед няней вспыхнула цифра «два», и голос пропел:

– Отвечай, милый друг, проводи весело досуг. Загадка! Маленьким, кругленьким докинешь до неба. Что это? Минута на размышление. Время пошло. Тик-так.

– Тут и гадать нечего, – засмеялась моя визави, – камень.

– Разве булыжник можно швырнуть до облаков? – засомневалась я.

– Аллегорическое народное выражение, – уперлась Роза Леопольдовна, – сказочный образ. Древнерусскому человеку казалось, что существуют великаны, способные попасть кирпичом в горизонт.

– В былинные времена кирпичей не существовало, – хмыкнула я и услышала требование:

– Говори ответ!

– Камень, – выпалила няня.

Пластмассовая крышечка с треском открылась.

– Ложись! – заорала я.

Роза Леопольдовна живо пригнула голову.

Боксерская перчатка замерла в воздухе.

– Долго мне в таком положении находиться? – прошептала Краузе. – Хлопалка спряталась?

– Нет, выжидает, покачивается, – тоже очень тихо ответила я. – Наверное, снабжена хитрыми датчиками и… Мама!

Пружина резко изогнулась, боксерская перчатка треснула няню по затылку и убралась.

– Большое спасибо, вы меня балуете, – улыбнулась я и показала на большую картонную коробку, стоявшую в центре стола. – Что это?

– Егор очень хороший брат. Первый раз вижу подростка, который так о маленькой сестре заботится, – похвалила сына Краузе. – Вчера вечером он принес настольную игру, называется «Русская народная викторина». Основана на нашем родном фольклоре. Плохо, когда малыши про всяких американских человеков-пауков и говорящих уток с мышами знают, а о своих избушках на курьих ножках и не слышали. Зарубежные сказки ужасны. Ну чему хорошему они научить могут? Лампа, только подумайте! Золушка без спроса отправляется на бал, пьет, гуляет там, пляшет до глубокой ночи, а потом одна несется босиком через лес. Странно, что ее никто не изнасиловал. Разве с такой героини можно брать пример? А Кот в сапогах? Он ведь и сам постоянно врет, и учит своего наивного хозяина выдавать себя за богатого человека, а потом еще нахально сжирает людоеда, когда тот превращается в мышь, и внаглую селит парня-дурака в замке, который ему никогда не принадлежал и на который он сам не заработал. Кот нарушил кучу законов, он уголовник! И кто вырастет из мальчика, услыхавшего сию сказочку? Бандит. Я уж молчу о Белоснежке, которая живет одновременно с семью гномами. Настоящий разврат и порнография. Нет, нам такие герои не нужны. Ариша должна воспитываться правильно. Хорошо, что вы сегодня пораньше пришли. Я хотела сначала сама викторину опробовать, нельзя же ребенка за нее сажать, не выяснив, в чем там дело. Но нужны два участника. Вы не против протестировать подарок Егора?

Юра начал откровенно шантажировать Весенина, говоря ему:

– Интересно, как отреагируют твоя жена и дочери, узнав о моем существовании? Когда единственного сына со своей семьей познакомишь?

– Чуть позднее, – отвечал Николай. – Раиса не очень хорошо себя чувствует, ей волнения ни к чему. И сколько раз тебе повторять? Я прекрасно отношусь к тебе, потому что ты сын Лианы, но общей крови у нас с тобой нет.

Юра поджимал губы и замолкал. А в один далеко не прекрасный день Весенин, вернувшись домой, обнаружил в столовой… Юру, Раису и притихшую Валю. Слава богу, Ларисы в квартире не оказалось.

– Что ты тут делаешь? – взвился Николай Георгиевич.

Юра повернулся к Раисе:

– Видите, как он ко мне относится? Даже не поздоровался, мигом кричать начал. Бросил нас с мамой, алименты не платил. Я ему родной сын! И что получаю от него? Жалкие подачки?

У Николая Георгиевича потемнело в глазах. Он ринулся в ванную, схватил ватную палочку, примчался назад в комнату, заломил парню голову, заставил его открыть рот, насильно взял образец слюны и приказал:

– Уходи подобру-поздорову. Результат исследования сообщу тебе первому.

Ясное дело, никакого сходства ДНК не выявилось. Рая и Валентина перестали дергаться, все решили ничего не сообщать Ларисе, мала она еще и слишком эмоциональна.

Когда Николай перебрался жить к Приходько, Лиана была на третьем месяце беременности. Она никогда не говорила Весенину, кто отец ребенка.

Живот у Лианы увеличивался. Соседские кумушки, наблюдая, как Коля и преподавательница вместе возвращаются с рынка и он тащит туго набитые сумки, перешептывались. Все были уверены, что Приходько нашла молодого любовника и решила женить парня на себе, родив ему ребенка.

Лиане было наплевать на пересуды. Когда на свет появился Юра, она довольно быстро вышла на работу, а маленького мальчика отдала в ясли. Николай поступил в автомобильный техникум и открыл собственную мастерскую. Откуда у молодого человека взялись деньги? Лиана продала кое-какие цацки, доставшиеся ей от матери, и дала Весенину солидную сумму в долг. Без расписки, под честное слово.

– Полтора года назад некая Юлия Викентьевна Панина приобрела в принадлежащем Николаю салоне малолитражку голубого цвета. Стоимость этой машины в стандартной комплектации, с механической коробкой, составляет восемьсот тысяч рублей. А Панина получила автоматику и полный набор удовольствий: подогрев сидений и зеркал, кожаные сиденья, парктроники и многое другое. Заплатила же Панина за все это всего четыреста тысяч. Угадай, где сейчас Юлия? Дам подсказку: там, куда она отправилась, колеса совершенно не нужны.