Цитаты из книги Le Passager

— А дети у вас были? — Нет. Я был против. — Почему? — Не забыл свое собственное детство. Ничего хорошего.

Заговоры и секретные операции бывают рациональными, организованными и последовательными только в исторических романах. А в реальности царит обычный бардак. Все происходит как попало.

Не искусство лечит нас, это мы лечим искусство!

Победителей не судят.

...истоки нервных срывов следует искать в детстве человека. Зло прокладывает себе русло в первые годы формирования психики.

Заговоры и секретные операции бывают рациональными, организованными и последовательными только в исторических романах.

Подняв глаза к небу, он вздрогнул: небо валилось на него. Облака, похожие на острые обломки скал, неслись вниз, метя точно в него...

Ему нравилось, как ветер обдувает его лицо. Нравилась висящая в воздухе водяная пыль. Нравилось море, далёкое и близкое, незримо присутствующее в каждой частице света. Он как будто пил морскую синеву и дышал морской солью.

В подобном изложении миссия казалась очень лёгкой. На самом деле она была невыполнима.

Занятия художественным творчеством впитывают в себя все бредовые идеи. Но, в отличие от нейролептиков, не отупляют человека. Они служат ему утешением.

Он - человек-матрешка. Путешественник без багажа. Пассажир тумана...

"Люди сходят с ума когда пытаются уйти от рутины"

"Он страдал непростительным недостатком - не пил вина. В Аквитании это равнозначно, как если бы он был слепым, глухим или паралитиком".

Несмотря на отопление, Лейлу все еще трясло. И где теперь закованная в латы завоевательница из «Джонни»? Плечи, грудь, сама ее фигура словно съежились. Сейчас молодая женщина походила на то, чем была на самом деле.Насмотревшаяся реалити-шоу и подсевшая на глянцевые журналы девчонка с окраины, чьи мечты ограничивались ВИП-зоной в модном кабаке. Арабка, усвоившая, что у нее лишь одно оружие, чтобы приблизиться к этой цели, но время поджимает

— Дайте сэндвич! Вы, козлы! Я знаю свои права!

Её мысли занимал один Януш. Она дышала Янушем. Жила Янушем

Она искала товарищей, а находила врагов. Она мечтала о «Никогда не говори никогда», а ей подсовывали «Грязную дюжину».

Их жизненные установки были не выше плинтусов танцпола.

Это, конечно, была полная хрень, псевдопсихиатрический бред, но звучало вполне убедительно. Хотя он точно знал, что затронутому повреждениями мозгу плевать с высокой колокольни на красивые фразы и логические построения.

— Почему вы живете в темноте? — Ради картин. Свет разрушает краски.