Цитаты из книги Рассечение Стоуна

Это был для нас ранний урок медицины. Порой, если уверишься, что заболел, взаправду заболеешь.

Мне стыдно за род человеческий, за его талант увечить, уродовать, осквернять тело.

Наверное, у поцелуев та же цель, что у объятий. Чтобы стало хорошо и уютно.

- Тост! Леди и джентльмены! Пусть ни один американец не покинет этот мир без иностранного врача у одра, точно так же, как ни один из жителей этой страны, я уверен, не появляется на свет без участия такового.

В Эдинбурге в Королевском колледже хирургии главный экзаменатор задал ему вопрос на устном экзамене (письменный Стоун уже успешно сдал): «Что надо проделать с органом слуха в качестве первой помощи при шоке?» Ответ Стоуна: «Вложить в него слова поддержки!» — вошел в анналы.

Евангелие от Иоанна, 15:13. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих.

Хирургия – не более чем хирургия. Мы можем выполнить операцию где угодно, были бы инструменты и люди.

В Америке каждый за себя.

... я обнаружил, что познание добра и зла дает медицина.

– Одного того, что я с вами говорю, достаточно, чтобы меня обвинить. Если хочешь обезопасить себя, обвини кого-нибудь. Будто звери, честное слово.

Нет, Шива-Мэрион никогда не разлучится окончательно, какая бы беда ни стряслась, достаточно чуть поднатужиться, и он вернется, воссоединится. Хотя мы уже давненько вроде как порознь… Меня кольнула совесть. Я пихнул его в бок, он улыбнулся (я почувствовал это с закрытыми глазами) и ответил мне тем же. У нас было несомненное преимущество перед всем остальным миром.

Гхош пошевелил пальцами в перчатках. Они были ловкие и сильные – настоящие руки хирурга. Такого не испытаешь, подумал он, пока не возьмешь на себя высшую ответственность.

Но именно там она поняла, что ее Бог мстителен и суров даже с теми, кто в него искренне верит.

— Признаюсь, мистер Харрис, став старше, я перестала молиться о прощении. Я молюсь о деньгах, чтобы выполнить работу Господа.

На свете есть люди, над которыми тяготит проклятие всюду оказываться не вовремя, подумала матушка. Они попадают в аварию по дороге на собственную свадьбу, их отпуск в Брайтоне безнадежно портят непрерывные дожди, день их личного триумфа приходится на день смерти короля Георга VI, и все помнят эту дату только как кончину короля. Они достойны сожаления, ибо помочь им нельзя.

– Знаешь, какой недостаток у дежурства через ночь? Я не нашелся с ответом. Он засмеялся: – Ты упускаешь половину интересных пациентов. График был жестокий, изматывающий, бесчеловечный. Я был от него в восторге.

Надо взрослеть и вести себя соответственно: спрятать мертвеца, не раскрывать душу, постараться понять мотивы других людей. Ведь взрослые действуют по отношению к тебе точно так же.

<...> от частого употребления воспоминания блекнут и стираются, одна подробность накладывается на другую.

Мой отец, к чьему дару хирурга я отношусь с глубочайшим уважением, говорит: «Наилучший прогноз дает операция, которую ты решил не делать»