Цитаты из книги Кровь и пламя

– Корис… ты не можешь этого знать, но мой учитель, тот самый наставник, первый из первых, самый древний Раатхи и прочая и прочая, с родовой историей куда древнее, чем династия Ван Санти… так вот, вы с ним очень похожи. – Похожи? – О да. Знаешь, эти ваши странные слова, звучащие словно бы и к месту, но настолько малопонятные. Вы оба приплетаете к обычной, простой речи мудрые высказывания, и вы оба стараетесь прочесть между строк. Странно… вы кажетесь для меня настолько схожими, что еще немного и я приму вас за родичей… Так вот, мой учитель, которого я настолько сильно люблю, что вот уже столетия мечтаю вырвать его выспреннюю лживую глотку… он постоянно меня поучал, постоянно повторял: «мысли шире, мысли глубже, мысли выше…».

– Я и появился лишь из-за тебя. Ради того, чтобы освободить тебя из узилища. Слушай, Тарис, я преисполнен такой дикой ярости к тебе, что едва завидев, сразу кинусь ломать твои кости… и поэтому разговора с глазу на глаз у нас не получится. А вот так… на расстоянии… можно и поболтать разок. У меня к тебе есть вопрос – что ты знаешь о строящемся в Диких Землях каком-то темном храме? Якобы в том месте распоряжается некий Источник Скверны или же Темный Наставник. Не слышал о таком месте? Ответом мне стал бешеный нечеловеческий вой. Заключенный в шкатулке сломанный кинжал задрожал, пропуская через себя немыслимо сильные эмоции Тариса. Далеко от Подковы, из небольшой рощи разом взлетела в небо стая кричащих птиц.

– В том, что ты выбрался… моя вина? – Это было неизбежно, – без паузы послышалось в ответ. – Но… если бы не ты, возможно, я бы еще долгие десятки лет наслаждался зрелищем обратной стороны тяжелой каменной крышки. Мне бы этого не хотелось – за первые три года я выучил каждую трещинку и бугорок в совершенстве. Оставшиеся два века пришлось скучать… – Значит, все-таки моя вина, – с тоской вздохнул я. – Если бы я не ненавидел тебя настолько сильно, то вполне мог бы назвать благодетелем. Когда я уничтожал никчемное островное поселение – я вспоминал о тебе при каждом новом предсмертном крике, Корис! Я шептал твое имя, глядя, как на окровавленный снег падают корчащиеся люди!

Разные по количеству и составу отряды ненадолго задерживались по ту сторону Пограничной Стены, а затем начинали осторожное движение вглубь враждебных земель. Трепетали над их головами флаги и стяги с гербами, слышался непрестанный рев горнов, стучали барабаны… Кое-кого все же удалось схватить, были быстротечные кровавые стычки, были трупы. Что не напугало, а лишь озлобило остальных дворян, что пустились в путь и вплотную подступились к линии, за которой начинался открытый мятеж против трона. И когда отряды один за другим переходили отмеченную Стеной границу, все знали – назад пути не будет. Новый король не простит. Никогда…

Теперь же, если Тарис увидел мои способности, то, как я, играючи «опустошил» крылатую нежить, он ни за что не подпустит меня к себе столь близко, чтобы я мог попытаться его коснуться. Либо же обезопасит себя иным способом. Впрочем, младший принц из рода Ван Санти давно уже практикует некромантию и куда опытнее в делах с жизненной силой. Он мог давно уже защитить себя от подобного способа атаки. Как бы то ни было – пусть крохотный, но шанс теперь упущен. – Значит, оторву ему голову, – прорычал я тихо, следуя узкой тропинке, ведущей к платформе подъемника.

– В поселение его, – велел я. – Отмыть, старую вшивую одежду сжечь… да вы и сами знаете. Не первый раз гоблины у нас появляются. Но сначала запереть его на пару деньков! Кто его знает – может, этот из преданных всей душой делу Тариса… – Не преданный! – пискнул гоблин, не отрывая головы от камня. – Не преданный! Не кидайте вниз! – Разбирайтесь, – буркнул я. Бросил короткий взгляд на Рикара, и тот, все поняв, едва заметно кивнул. Гоблина не убьют, не искалечат. Наоборот – накормят от пуза, оденут, обогреют. А затем к нему приду я, и мы будем долго беседовать о лагере шурдов и самом Тарисе. Птички-разведчики увидели не только большие шатры, но и снующих повсюду гоблинов, то и дело забегающих внутрь шатров и снова выбегающих. Гоблины видят все и ничего не забывают. Идеальный источник сведений…

Обвязанный веревкой, старый шурд перевалился через край и канул вниз, медленно спускаясь ко дну ущелья. – Выдайте Корис-са или умрете! – донесся его гнусавый голосок. – Мы столько ему передали посланий для Тариса, – с сожалением вздохнул я. – И он обязательно бы передал каждое наше слово Тарису. Жаль только, что веревка лопнула… вот прямо сейчас лопнула… – Лопнула? – с недоумением переспросил один из воинов, покосившись на целехонькую веревку, медленно опускаемую двумя дюжими парнями. – Так ведь… – Сказали же тебе – лопнула! – рявкнул Рикар, взмахивая топором. – Молодые и тупые! Р-ра! Удар топора шутя перерубил веревку, оставив на камне глубокую зарубку. На лезвии топора не осталось и следа от удара – магия крепления работала.

– Ха-ха-ха! – буркнул я. – Очень смешно! Тарис последний из своего рода. Отче, а сейчас Тарис случаем не последний законный наследник престола? Вот тут-то старого священника и проняло… застыв на месте, он вытаращился на меня выпученными глазами, пошамкал губами и еле слышно выдавил: – Если он жив, а не мертв… – У-у-у-у, – протянул я. – Первая хорошая новость за долгое время. – Святая Церковь не дозволит сего! – Да я не про трон! А про того, кто на этом троне сидит СЕЙЧАС, – усмехнулся я. – Думаю, он не захочет увидеть входящего во дворец последнего из рода Ван Санти. Много ли дворян, по-настоящему преданных роду Санти?

– Пер на Пограничную Стену?! – воскликнул отец Флатис. – Там же невинные люди! Дети! Женщины! Хочешь, чтобы мирные деревни захлестнули орды прорвавшейся нежити?! – А у меня что? – взорвался я. – Одни преступники поселение населяют?! Невинных нет?! Даже дети грешны, что ли?! – Ну… – закашлялся седой старик, выразительно покосившись на помогающих вытягивать веревку бывших пиратов. – Но не все же! – буркнул я. – И давно! – добавил Рикар, хорошо помнящий, кто именно привел сюда пиратов. – И невинные гномы! – добавил проходящий мимо коротышка, спустившийся на подъемнике с вершины Подковы.