Цитаты из книги Древо Иуды

Среди этих красивых вещей можно провести всю жизнь.

Ей хватило вкуса не перехваливать картину.

Находясь в чудовищно стесненных обстоятельствах, наряды она меняла не часто, зато все они были хорошего качества и она умела их стильно носить.

Он пригласил ее к пяти, и, так как пунктуальность была для нее проявлением хороших манер, она прибыла ровно в назначенный час.

Как приятно совершать здесь покупки, говорил он себе, повсюду тебе улыбаются, любезно встречают.

Могут ли люди быть счастливы, если они голодны?

"Для меня ничего хуже быть не может- никогда не думать о других, а только о себе"- Кэти Эрхарт

Оказавшись среди руин, он с поразительной четкостью увидел, что вся его жизнь — сплошной обман. Все, что произошло, — его рук дело, и несчастный случай тут ни при чем, виновата его внутренняя суть, склонность всегда выбирать тот путь, который он считал для себя самым выгодным.

Она любила его, беззаветно, всем сердцем — ошибки быть не могло. И все остальное не имело значения. Конечно, есть определенные трудности, но их можно преодолеть. Он должен ее убедить и обязательно это сделает. Ни о чем другом даже думать не стоит. Он добьется ее любой ценой.

И что же он сделал со своей жизнью? После благородного начала, каков был результат? Стоя там и рассеянно глядя наверх, он действительно почувствовал угрызение совести, пронзившее его, как копье. Теперь он не только горько сожалел обо всем, но и осознал тщетность того, что совершил с тех пор, как покинул комнату в мансарде.

Он возвращался наконец, возвращался спустя тридцать лет на свою родину. И почему он так долго откладывал? Ведь только там он мог найти покой, окончательное освобождение от угрызений, которые время от времени окутывали его темным, гнетущим облаком.

Буквально «дерево, проклятое богами»  — Тут он всякий раз улыбался и изящно переводил: — «Древо потерянных душ».

В главном ботаническом сокровище: огромном, великолепном иудином дереве, что выступало на первый план на фоне горного кряжа, озера и облаков. Это действительно был красивейший экземпляр с благородной раскидистой кроной, покрывавшейся весной тяжелыми лилово-розовыми цветками, которые появлялись раньше листвы. Все его гости восхищались иудиным деревом.

Боже, какая красота! С одной стороны в голубое небо поднималась гора Ризенберг, с нерукотворной симметрией возвышаясь над зелеными-зелеными лугами, что слегка поперчены красными крышами старинных сельских домишек; с другой — мягкие склоны Эшенбрюк, фруктовые сады: груши, абрикосы и вишни; прямо, на юге, — далекие хребты снежных Альп.

Да, вы совершили ошибку. - Она укоризненно погрозила ему пальцем. -Притом глупую. Но послушайте. Когда во время прогулки в горах вдруг выясняется, что вы свернули не на ту тропу, разве вы продолжаете идти дальше и падаете в ущелье? Нет. Вы спрашиваете дорогу у того, кто знает её лучше, поворачиваете и возвращаетесь назад. Вот как вы поступаете.

Для меня ничего хуже быть не может — никогда не думать о других, а только о себе.

Пути Господни неисповедимы, и не человеку о них судить.

Тайна по-прежнему хранилась в ее бедном разбитом сердце, теперь остановившемся навсегда, там, внизу, в шести футах под его дорогими туфлями ручной работы.

Будь оно все проклято, должен же человек позаботиться о себе.