Цитаты из книги Господин Малоссен

– Дальше! – Дальше! Шестьсу, что было дальше? Шестьсу бросил на меня усталый взгляд. – Дальше… дальше… С этими детьми проблема в том, что они наивно думают, что у всего есть продолжение…

Это самый тупоголовый гений, какой когда-либо появлялся на белом свете! И самый гениальный идиот!

Когда все вокруг в мертвой неподвижности – замри. Лишь благодаря тому, что Жюли всегда повиновалась этому закону природы, она еще была жива.

… всю жизнь в разъездах… при этом панически боится самолетов. Мы идем к выходу под руку. – Каждый раз, как ему предстоит лететь самолетом, он отправляется в церковь помолиться, в кирху спеть псалом, в мечеть прочесть суру, не забывая заглянуть и в синагогу… И, уже взявшись за ручку двери, добавил: – И знаете, что он делает потом? Нет, я не знал. – Он звонит в авиакомпанию, чтобы убедиться, что пилот не верит в Бога!

«Лучше родиться хворым и убогим, нежели не родиться вовсе».

Тут ее смех освежающими брызгами холодной воды плеснул ему в лицо...

Счастье всегда спешит устраивать праздники, это – его право. Мы счастливы, да; делайте, как мы, радуйтесь сейчас, не дожидаясь поводов для шуток!

Сегодня – и тебе подтвердит это любой полководец – вести переговоры значит давать войне время делать Историю.

... мое собственное продолжение во мне, другом, маленьком, который уже растет мне на смену в кармашке Жюли. Как красива женщина в эти первые месяцы, когда она дает вам счастье второго «я»!

... почему, почему же тогда вы дали зеленый свет маленькому спермато с рюкзачком генов за спиной? Что ты хочешь услышать в ответ? Смысл всей жизни заключается в этом вопросе. Положим, в том, что касается существования, оптимизм почти всегда одерживает верх над мудростью небытия.

Рональд, видишь ли, решил выйти из тени, прежде чем уйти в небытие, продать свое собрание живописи ... <...> ... И вот мы уже в салоне Гранд Отеля «Такого-то», слушаем, как молоток оценщика размашисто отбивает такт вальса миллионов.

«Нет, все-таки лучше быть женщиной, которую бьют, чем женщиной, которая бьет».

Где ты подцепил эту розовую заразу? Пошлые сердечки с цветочным запахом! То, что ты называешь любовью… в лучшем случае – влечение! В худшем – привычка! И в любом случае – лицедейство, театральная постановка! От наигранного обольщения до лживого разрыва, с тайными сожалениями и угрызениями совести, смена ролей и ничего больше! Страх, уловки, приемчики, прихватцы всякие, вот твоя прекрасная любовь! Вся эта грязная кухня, за которой уже не помнишь себя! И каждый день одно и то же!

– Итак? – Хочу задать тебе один вопрос. – То есть ты полагаешь, что я смогу дать тебе ответ. Настоящий педагог должен этим гордиться.

– Делайте как я, сестренка, не ложитесь вообще. Так легче вставать!

А сейчас вряд ли больше дюжины наберется. Честь, она не дается малой кровью.

Есть символы, которые негоже лапать грязными руками.

– Если есть на свете Бог, Жервеза, то не для всех. Или же Он любит играть, а мы – его карты. И Он передергивает. Первый шулер.